Эприлинн Пайк
Миражи

Лорел — 3

OCR: Mist; Spellcheck: IceCocoo
Эприлинн Пайк «Миражи»: Эксмо, Домино; Москва, Санкт-Петербург, 2011
Оригинальное название: Aprilynne Pike «Illusion», 2011
ISBN 978-5-699-54023-5
Перевод: Л. Плостак

Аннотация

Возвратившись из волшебного мира, Лорел, пятнадцатилетняя фея, ведет тихую, спокойную жизнь в калифорнийском городке Кресент-Сити. Ничто, казалось бы, не предвещает грозы, все хорошо, Лорел влюблена в Дэвида, ее одноклассника, и девушке есть кому поведать о своих чувствах — своей лучшей подруге Челси. Внезапно в школе, где Лорел учится, появляются Тамани, ее бывший телохранитель, которого она прогнала когда-то за его настойчивые притязания, и Юки, фея, которой покровительствует Клеа, охотница на троллей. С чем связана такая внезапность? Не с тем ли, что в окрестностях города все чаще обнаруживаются следы троллей? И кто она, эта таинственная Юки, — друг или враг?
Уже первая книга Эприлинн Пайк, «Крылья», вызвала настоящую бурю в литературном мире. Ведь дебютную книгу незнакомого автора представила сама Стефани Майер, культовый автор «Сумерек» и других не менее сенсационных произведений. Кроме того, роман мгновенно приобрела для экранизации компания Уолта Диснея в лице продюсеров фильма «Сумерки», снятого по роману все той же Стефани Майер.
«Миражи» с продолжение истории о девушке Лорел, ее победах и поражениях, о тайной дороге между двумя мирами и о трудном выборе единственного из этих миров — того, где сердце жилет в согласии с реальностью и мечтой

Эприлинн Пайк
Миражи

Посвящается Гвендолин, которая разделила со мной каждую минуту работы над книгой. От начала до конца.

ГЛАВА I

В коридоре школы Дель-Норте стоял шум и гам: начинался учебный год. Протиснувшись сквозь толпу к Дэвиду — она издали узнала своего парня по широким плечам, — Лорел обвила его руками за шею и уткнулась в мягкую футболку.
— Привет! — Дэвид привлек ее к себе.
Лорел зажмурилась, надеясь понежиться в объятиях, но не тут-то было — на них вихрем налетела Челси, порывисто обняла и воскликнула:
— Наконец-то мы выпускники! Можете себе представить?
Лорел рассмеялась. Для нее вопрос был отнюдь не риторическим; порой она не верила, что вообще дотянет до выпускного класса. Дэвид отвернулся к своему шкафчику, а Челси вынула из рюкзака список литературы, который им выдала миссис Кейн перед каникулами. Лорел улыбнулась про себя: подруга носилась с этим списком все лето, если не дольше.
— Похоже, все выбрали «Гордость и предубеждение»! — Челси помахала списком. — Ну почему я не взяла «Доводы рассудка»?
— Я не выбрала, — возразила Лорел.
— Ясное дело, ты предпочла «Краткую энциклопедию папоротников». — Челси наклонилась поближе и шепнула: — Или «Семь навыков высокоэффективных химиков».
— «Как приобретать груздей и оказывать влияние на шалфей», — подхватил Дэвид. Затем резко выпрямился и, широко улыбаясь, протянул руку: — Привет, Райан!
Райан хлопнул его по открытой ладони и приобнял Челси за плечи.
— Как дела у первой красавицы Дель-Норте?
Челси хихикнула и поцеловала его, встав на цыпочки. Лорел умиротворенно вздохнула и прильнула к Дэвиду. Она вернулась из Академии Авалона всего неделю назад и успела ужасно соскучиться по друзьям — гораздо сильнее, чем в прошлом году. Правда, Ярдли так ее нагружал, что тосковать было недосуг. Лорел неплохо освоила некоторые рецепты и продолжала изучать новые. Зелья удавались все легче; она начала чувствовать травы, экстракты и их сочетания. Конечно, изобретать рецепты, как Катя, Лорел еще не умела, но тем не менее могла собой гордиться.
И все же как здорово, что она вернулась в Кресент-Сити: здесь не было магии, зато одиночество не давило так сильно. Дэвид закрыл свой шкафчик и притянул ее к себе. Лорел улыбнулась. Как обидно, что у них в этом году всего один общий предмет! Хотя они не расставались всю неделю, Лорел до смерти хотелось побыть с Дэвидом подольше.
И поначалу она не обратила внимания на странное, еле уловимое ощущение.
За ней следят?
Лорел сделала вид, что поправляет свои роскошные белокурые волосы, и украдкой взглянула через плечо. Наблюдатель не прятался, но при виде его светло-зеленых глаз у нее перехватило дыхание.
На самом деле эти глаза были вовсе не светлыми, а ярко-изумрудными — как и волосы, теперь черные, подстриженные и уложенные гелем в «художественный беспорядок». Вместо рубахи и просторных штанов юноша надел джинсы и черную футболку. Хотя новая одежда ему шла, в ней наверняка было невыносимо жарко!
И он надел кроссовки! Лорел едва ли не впервые видела Тамани обутым. Светлые или темные, его глаза — постоянно преследующие ее во сне — были ей родными, как свои, как глаза родителей. Или Дэвида.
Их взгляды встретились, и месяцы разлуки сразу показались мгновением. Прошлой зимой в порыве ярости Лорел велела Тамани убираться, и он ушел. Она не знала, далеко ли, надолго ли, и суждено ли им увидеться вновь. За год боль расставания постепенно притупилась. И вот он здесь.
Лорел взглянула на Дэвида. Он тоже заметил Тамани.
— Ухты! — Челси прервала мечтания Лорел. — Кто этот красавчик?
Райан хмыкнул.
— Ну да, красавчик. Я же не слепая! — без тени смущения добавила Челси.
Тамани посмотрел на Дэвида и вновь на Лорел. Она все еще не могла вымолвить ни слова; в голове роились мысли.
«Почему он здесь? Почему так одет? Почему не предупредил?»
Дэвид ласково взял ее за руки, внезапно похолодевшие, как ледышки.
— Наверняка по обмену, — заявил Райан. — Смотри, мистер Робисон показывает им школу.
— Похоже, — беззаботно ответила Челси.
Мистер Робисон что-то на ходу объяснял троим новеньким, и Тамани повернул голову. Словно освободившись от чар, Лорел наконец опустила глаза.
Дэвид крепко сжал ее руку.
— Это тот, о ком я думаю?
Лорел кивнула, по-прежнему не в силах говорить. Хотя Дэвид и Тамани виделись всего дважды, обе встречи были... незабываемы. Дэвид и Лорел посмотрели в сторону Тамани.
Второй парень из новеньких выглядел растерянным, а девушка что-то втолковывала ему на незнакомом языке. Мистер Робисон одобрительно кивал.
Райан скрестил руки на груди и ухмыльнулся.
— Я же говорил, по обмену.
Тамани со скучающим видом перебрасывал черный рюкзак с плеча на плечо. Совсем как человек. Но еще удивительнее то, что он вообще здесь. И снова почти незаметно наблюдает за Лорел из-под темных ресниц.
Лорел изо всех сил старалась дышать ровнее. Она не знала, что и думать. Без причины его бы сюда не отправили, а допустить, что Тамани самовольно покинул свой пост, она не могла.
— Что с тобой? — Челси шагнула к Лорел. — У тебя странный вид.
Лорел непроизвольно покосилась на Тамани. Челси тут же проследила за ее взглядом.
— Это Тамани, — выдохнула Лорел, пытаясь не выдать радости и ужаса, которые испытывала. Должно быть, ей это удалось: Челси всего лишь недоверчиво вытаращила глаза.
— Тот красавчик?
Лорел кивнула.
— Серьезно? — воскликнула Челси.
Лорел украдкой взглянула на Тамани: заметил ли, что о нем шепчутся? Похоже, да, судя по улыбке в уголках губ.
Новенькие пошли за мистером Робисоном по коридору. Перед тем как свернуть за угол, Тамани оглянулся и подмигнул Лорел. Все-таки здорово, что она не может покраснеть!
Дэвид посмотрел на нее в упор, ожидая пояснений.
Лорел вздохнула и развела руками.
— Я тут ни при чем.

— Это ведь хорошо? — спросил Дэвид, когда они наконец оторвались от Челси и Райана и остановились у дверей кабинета. Лорел в жизни так не нервничала из-за звонка на урок. — Ты думала, что больше его не увидишь, и вот он здесь.
— Я рада встрече, — тихо сказала Лорел, наклоняясь к Дэвиду и обнимая его за талию, — но боюсь, как бы не случилось беды. У нас. Не у нас с тобой, — быстро исправилась она, проклиная невесть откуда возникшую неловкость. — Нам наверняка что-то угрожает.
Дэвид кивнул.
— Постараюсь об этом не думать. Он же рано или поздно все объяснит, правда?
Лорел посмотрела на него, вскинув бровь, и они рассмеялись.
— Мы ведь можем на это рассчитывать? — Дэвид прижал к губам ее руку, разглядывая серебряный браслет, который подарил почти два года назад. — Я рад, что ты его носишь.
— Не снимая. — Лорел притянула Дэвида к себе и поцеловала на прощание.
В кабинете истории она заняла последнее свободное место у окошек. Пусть они были крошечными, ей нужна хоть капля солнечного света.
Миссис Хармс раздала программу курса и стала рассказывать о требованиях, но Лорел было не до уроков. Мысли ее все время возвращались к Тамани. Почему он здесь? Если ей угрожает опасность, то какая? Лорел не встречала троллей с тех пор, как оставила труп Барнса на маяке. Может, это связано с Клеа, загадочной охотницей на троллей, которая его убила? Она давно не показывалась; по слухам, ушла охотиться в другое место. Или стряслось что-то еще?
Как бы то ни было, Дэвид прав — Лорел рада видеть Тамани. Более чем. В его присутствии почему-то спокойнее. И он ей подмигнул! Будто и не было этих месяцев разлуки. Будто он не уходил и они не прощались навсегда. Лорел вспомнила его объятия и касание мягких губ в те редкие минуты, когда она теряла контроль над собой. Воспоминания были столь яркими, что Лорел невольно поднесла руку к губам.
Дверь кабинета резко распахнулась, прерывая ее грезы, и вошел мистер Робисон. Немного позади держался Тамани.
— Простите, что прерываю, юноши и девушки! — начал мистер Робисон.
«Умеют же взрослые произносить два совершенно нормальных слова так снисходительно!» — поморщилась про себя Лорел.
— Возможно, вы слышали, что в этом году у нас будет несколько учеников из Японии. Тэм... — Лорел побелела: так Тамани называла только она, — формально не участвует в программе обмена, но он недавно приехал из Шотландии. Надеюсь, вы примете его не менее любезно, чем остальных иностранных гостей. Тэм, расскажешь что-нибудь о себе?
Мистер Робисон похлопал Тамани по плечу. Тот смерил школьного психолога взглядом. Лорел видела, что у него на языке вертится какая-то дерзость. Однако спустя миг лицо Тамани разгладилось. Он криво усмехнулся и пожал плечами:
— Я Тэм Коллинз.
Половина девушек в классе томно вздохнули, услышав его мелодичный акцент.
— Я из Шотландии. Из-под Перта — не того, что в Австралии, — и... — Он замешкался, словно подыскивая, чем еще заинтересовать слушателей.
Лорел могла бы ему кое-что подсказать.
— Я живу с дядей. С детства. — Тамани обернулся и улыбнулся учителю. — И ничего не знаю об истории. По крайней мере, Соединенных Штатов.
Класс был покорен. Парни еле заметно кивали, девушки перешептывались, даже миссис Хармс заулыбалась. Причем он еще не начал их обольщать!.. Представив себе, к чему бы это привело, Лорел чуть не застонала.
— Ну что ж, садись, — сказала миссис Хармс, протягивая Тамани учебник. — Мы только начали.
В классе было несколько свободных мест, и девушки затеяли молчаливую борьбу за новенького. Надя, одна из самых хорошеньких, действовала активнее всех. Она поочередно закидывала ногу на ногу, отбрасывала волнистые каштановые волосы за плечо и наклонялась вперед, громко барабаня пальцами по спинке стула. Тамани смущенно улыбнулся, прошел мимо нее и сел рядом с единственной девушкой, которая все это время не отрывалась от книги.
Рядом с Лорел.
Пока миссис Хармс бубнила о ежедневных заданиях по чтению, Лорел выпрямилась и в упор посмотрела на Тамани. Можно было не скрываться; на него пялились почти все девушки в классе. Невыносимо сидеть молча в шаге от него, когда в голове роятся миллионы вопросов — разумных и не очень.
Когда прозвенел звонок, у Лорел уже голова шла кругом. Наконец-то! Ей одновременно хотелось заорать на Тамани, дать пощечину, схватить за плечи и встряхнуть. А больше всего на свете тянуло его обнять — прижать к груди и горячо шептать, как она соскучилась. Она ведь может скучать по другу, правда?
С другой стороны, разве не потому она рассердилась и прогнала его? Для Тамани их объятия никогда не были приятельскими; он всегда хотел большего. Пусть его настойчивость и страсть льстили ей, вечное соперничество с Дэвидом было мучительно. Уход Тамани разбил Лорел сердце, и она боялась пережить подобное еще раз.
Она медленно встала, глядя на него; губы неожиданно пересохли. Забросив рюкзак на сильное плечо, Тамани обернулся и встретил ее взгляд. Не успела Лорел открыть рот, как он улыбнулся и протянул руку.
— Привет, — бодро сказал он. — Похоже, мы соседи. Хочу представиться — меня зовут Тэм.
Они обменялись энергичным рукопожатием. Точнее, Тамани энергично встряхивал ее одеревеневшую руку, а Лорел словно оцепенела. Тамани выразительно и почти сердито посмотрел на нее.
— О! — запоздало воскликнула она. — Я Лорел. Лорел Сьюэлл. Рада знакомству.
«Рада знакомству»? С каких пор она так разговаривает? И почему он трясет ее руку, как назойливый продавец?
Тамани вынул из кармана расписание.
— У меня сейчас английский, у миссис Кейн. Не покажешь, где кабинет?
Испытала ли она облегчение или, наоборот, огорчилась, узнав, что следующие уроки у них разные?
— Конечно, — весело ответила Лорел. — В конце коридора.
Она медленно собрала вещи, дожидаясь, пока класс опустеет, и наклонилась к Тамани.
— Что ты здесь делаешь?
— Ты рада меня видеть?
Она кивнула, не в силах сдержать улыбку.
Он просиял и улыбнулся в ответ. Значит, тоже опасался встречи.
— Почему?..
Тамани мягко покачал головой и жестом указал в коридор. У двери он придержал Лорел за локоть и тихо спросил:
— После школы встретимся в лесу за домом? Я все объясню.
Он помолчал, затем порывисто погладил ее по щеке и, сунув руки в карманы, вышел из кабинета.
— Тама... Тэм? — позвала она, догоняя его. — Я покажу тебе дорогу.
Тамани рассмеялся.
— Иди, — еле слышно велел он. — Думаешь, я заблужусь? В этой школе я ориентируюсь лучше тебя.
Подмигнув, он зашагал прочь.

— Вот это да-а! — завопила Челси, набрасываясь на Лорел сзади и вырывая ее руку из руки Дэвида. — Фей на моем уроке английского! Быстро рассказывай, пока Райан не пришел!
— Тсс! — шикнула Лорел, беспокойно озираясь. Но их никто не слышал.
— А он сексуальный, — продолжала Челси. — Все девчонки на него пялятся. А японец будет со мной на уроке математики, хотя ему всего пятнадцать. Когда уже в американских школах поймут, что у нас глобальная экономика? — Неожиданно ее глаза расширились. — Надеюсь, он не зубрилка и не выскочка.
Дэвид закатил глаза к потолку, однако улыбаться не перестал.
— Кто бы говорил!
— Послушай, — Лорел приобняла Челси, — я еще ничего не знаю; мы толком не общались. Расскажешь потом, ладно?
— Разве я когда-нибудь не рассказывала? — поддразнила Лорел.
— Сегодня?
— Посмотрим. — Лорел развернула подругу за плечи и подтолкнула к Райану. — Давай!
Челси показала Лорел язык и бросилась обниматься с Райаном.
Лорел мотнула головой и обернулась к Дэвиду.
— Всего один урок вместе! — сокрушенно сказала она. — Интересно, кто это придумал?
— Уж точно не я, — отозвался Дэвид. Они зашли в кабинет и уселись в конце.
После сумбурного дня Лорел уже не удивилась, когда Тамани явился на урок риторики. Стоило ему войти в класс, как Дэвид насторожился, но вскоре расслабился: бывший телохранитель Лорел сел впереди в нескольких рядах от них.
Семестр обещал быть долгим.

ГЛАВА II

Лорел с тяжелым вздохом положила рюкзак на кухонную стойку. Потом замерла возле холодильника, исследуя его содержимое, и отругала себя за то, что тянет время. Наконец взяла нектарин — надо же как-то оправдать свою медлительность — и захлопнула дверцу.
Подойдя к черному ходу, она привычно всмотрелась в деревья за домом; теперь феи стояли в карауле днем и ночью. Порой Лорел с ними разговаривала, а изредка даже снабжала защитными зельями и порошками. Неизвестно, был ли прок от ее снадобий, но стражи, по крайней мере, не отказывались. Зато она могла почувствовать себя полезной, ведь из-за нее у многих фей перевернулась вся жизнь.
Казалось, в постоянном дежурстве нет нужды: тролли не объявлялись с прошлого года. Лорел даже хотела предложить стражам вернуться домой, хотя в глубине души прекрасно понимала: так нельзя. По словам Джеймисона, тролли нападают, когда добыча меньше всего ждет удара, и Лорел на собственном опыте убедилась в его правоте. Нравится ей это или нет, пока что с охраной безопаснее.
Лорел вышла через черный ход и направилась к деревьям. Она точно не знала, куда идти; обычно Тамани находил ее сам. Обогнув дуб, она застыла как вкопанная: стоя лицом к лесу, Тамани стряхивал с ноги кроссовку. Футболки на нем уже не было. Лорел невольно залюбовалась картиной. Солнце проникало сквозь густую листву, освещая смуглую — смуглее, чем у Дэвида, — спину юноши. Тот сердито дергал за непослушный шнурок. Наконец, развязав узел, он запустил кроссовку в ближайший кипарис.
Словно сбросив оковы, Тамани расправил плечи и шумно вздохнул. Хотя по человеческим меркам он не вышел ростом, руки у него были гибкие и длинные. Стройный торс напоминал треугольник, сужающийся к талии; на бедрах свободно болтались джинсы. Юноша раскинул руки и подставил спину солнцу, буквально впитывая свет. Пришла пора выдать свое присутствие, но Лорел медлила.
Тамани уперся кулаками в бедра и поднял лицо к небу, Лорел решила объявиться, пока он не снял что-нибудь еще, и тихонько откашлялась.
Юноша резко обернулся; жесткие волосы блеснули на солнце.
— А, это ты, — с облегчением сказал он. И тут же посерьезнел. — Давно тут стоишь?
— Не очень, — быстро ответила Лорел.
— Минуту? Две? — настаивал Тамани.
— Ну... наверное, минуту.
— И я ничего не слышал... Проклятая одежда! — Покачав головой, он опустился на бревно и стянул носок. — Мало того что неудобная, она еще и шумная! А школа? Там так темно!
Лорел едва сдержала улыбку. То же самое она говорила маме, когда впервые попала в Дель-Норте.
— Привыкнешь. — Она протянула ему нектарин. — Съешь, тебе полегчает.
Тамани взял фрукт, ласково погладив ее пальцы, и, помедлив, надкусил.
— Спасибо. Поверь, я серьезно готовился! Но мне не приходилось так подолгу бывать взаперти. В основном я изучал культуру людей и даже не представлял, каково это — сидеть в четырех стенах.
— Лучше выбирать место у окна, — посоветовала Лорел. — Знаю по горькому опыту.
— А какой идиот придумал джинсы? — мрачно продолжал Тамани. — Тяжелая, удушающая ткань! Поверить не могу: раса, которая изобрела Интернет, не создала ничего лучше денима!
— Ты говоришь об Интернете, — хихикнула Лорел. — Так непривычно.
Он засмеялся и откусил еще кусочек нектарина.
— Ты права, помогает.
Она села рядом на бревно. Тамани был совсем близко, но казалось, их разделяет гранитная стена.
Он молча повернулся к ней.
Поколебавшись, Лорел улыбнулась и обхватила его руками за шею.
— Ну, здравствуй!
Тамани обнял ее за плечи. Лорел отпрянула, но он прижал девушку к себе, безмолвно умоляя остаться. Вырываться она не стала — не было желания. Через пару мгновений он нехотя разжал руки и тихо сказал:
— Привет!
Лорел заглянула в светло-зеленые глаза фея. Новый цвет ей не нравился. Хотя это по-прежнему были его глаза, к оттенку она никак не могла привыкнуть.
— Прости, — медленно начал Тамани, — что так ошарашил тебя.
— Мог бы предупредить!
— И что бы ты сказала?
Лорел уже готова была возмутиться, но тут же закрыла рот и виновато улыбнулась.
— Чтобы я не приходил, верно?
Она вскинула бровь.
— Потому и не предупредил, — пожал плечами Тамани.
Лорел выдернула из земли маленький папоротник и стала рвать его на кусочки.
— Где ты был? Шар ни в какую не признавался.
В основном в Шотландии, как и говорил на уроке.
— Зачем?
Теперь на его лице появилось виноватое выражение.
— Готовился.
— К чему?
— К школе.
— Все время? — еле слышно спросила она.
Тамани кивнул.
Лорел попыталась унять нахлынувшую обиду.
— Ты все время знал, что вернешься, и исчез не попрощавшись? — Она думала, что ему станет стыдно или, по крайней мере, неловко. Напрасно: Тамани и бровью не повел.
— А надо было дождаться, пока ты скажешь мне в лицо, что предпочла Дэвида?
Лорел отвела глаза; обида сменилась раскаянием.
— Чем бы ты мне помогла? Ты чувствовала бы себя героиней, а я — идиотом, который бежит на край света, как отвергнутый поклонник. — Тамани замолчал, жуя нектарин. — А так ты осознала последствия своего выбора, а я сохранил остатки гордости. Правда, на край света все равно пришлось отправиться. Мама сказала бы: «Такой же фрукт, но с другой ветки».
Лорел никогда не слышала эту поговорку: даже двух летних семестров в Авалоне не хватило, чтобы как следует вникнуть в культуру фей. Однако суть она уловила.
— Что сделано, то сделано, — заявил Тамани. — Давай забудем.
Он доел нектарин и с силой швырнул косточку в дерево.
— Раздался тихий стон.
— Клянусь Гекатой, Тамани! Тебе делать нечего?
Потирая руку, из-за деревьев показался высокий часовой с коротко стриженными волосами.
— Ты подслушивал, — беззаботно сказал Тамани.
— Да я не хотел, но ты сам назначил тут встречу.
Тамани развел руками.
— Твоя правда. Кто еще будет?
Остальные охраняют дом; тут им делать нечего.
— Отлично. — Тамани выпрямился. — Лорел, ты знакома с Аароном?
— Встречались иногда. — Лорел приветственно улыбнулась. Пожалуй, «иногда» было преувеличением, но пару раз они точно виделись. Прошлой зимой она пыталась заговорить со стражами, надеясь подружиться. Увы, они только молча кланялись в пояс. И все же лицо Аарона было ей знакомо.
Кроме того, он не возразил. Кивнул (а может, поклонился?) и повернулся к Тамани.
— Я здесь не совсем страж, — начал Тамани, взглянув на Лорел. — Скорее тот, кем мне надлежит быть: фер-глейи.
Лорел не сразу выучила это слово. Прошлой осенью Тамани объяснил, что оно означает «сопровождающий»; похожим словом Зимние феи называли своих телохранителей. И все же «фер-глейи» звучит более... интимно.
— В прошлом году мы слишком часто рисковали, — продолжал Тамани. — Трудно было наблюдать за тобой в школе и защищать в людных местах. Потому я уехал учиться в Шотландию. Я похож на человека меньше, чем ты, однако достаточно, чтобы всегда быть рядом.
— А это необходимо? — прервала Лорел.
Феи уставились на нее.
— Тролли и прочая нечисть уже сто лет не показывались.
Стражи переглянулись, и Лорел охватил страх: они явно что-то недоговаривают.
— Не совсем так, — наконец сказал Аарон.
— Кое-что попадалось. — Тамани снова опустился на бревно. — Самих троллей мы не видели.
— Это плохо? — Лорел по-прежнему считала, что не видеть троллей — это удача.
— Очень, — ответил Тамани. — Мы находили следы, окровавленные трупы животных, а иногда и кострища. Стражи у врат использовали все средства — сыворотки, ловушки, — но никто не засек присутствия тролля. Испытанные методы не помогают, хотя мы уверены, что тролли где-то поблизости.
— А может, это... старые следы? С прошлого года? — спросила она.
Аарон попытался что-то сказать, но Тамани перебил:
— Поверь, они свежие.
Лорел начало мутить. Пожалуй, пусть лучше Аарон помолчит.
— И я бы все равно приехал, — продолжал Тамани. — Еще до того, как ты рассказала Шару про маяк, Джеймисон собирался отправить меня на поиски банды Барнса. Хотя после его смерти стало чуть спокойнее, ему наверняка кто-то помогал или отдавал приказы. Разумнее считать, что сейчас просто затишье перед бурей.
К горлу подступил липкий страх. Лорел уже отвыкла бояться и с тоской поняла: все начинается сначала.
— Ты ведь выдала Клеа четверых спящих троллей. Едва ли они проснулись, убили ее и сбежали. Возможно, она допросила их и выяснила все о тебе, а может, и о вратах.
Лорел пришла в ужас.
— Допросила? Из ее слов я поняла, что она их просто убьет. Разорвет на части. Я даже не...
— Не переживай, — успокоил Тамани. — Ты тогда и так много сделала. Ты же не страж. Может, Клеа и правда убила их сразу же; допрашивать тролля смертельно опасно для большинства людей. И неизвестно, что Варне рассказал своим приспешникам. В любом случае, надо готовиться к худшему. Если охотники на троллей займутся феями, тебе несдобровать. Джеймисон немного изменил план с учетом новых обстоятельств.
— Немного... — отозвалась Лорел и, внезапно ощутив дикую усталость, зажмурилась и закрыла лицо руками. Тамани приобнял ее за плечи и кивнул Аарону.
— Я провожу ее домой. Думаю, мы все обсудили.
Он легонько подтолкнул Лорел, и она зашагала к дому, не прощаясь и вырывая руку из ладони Тамани. Надо же выдержать дистанцию и показать свою независимость.
Или то, что от нее осталось.
Зайдя в кухню, Лорел подошла к холодильнику и схватила первый попавшийся фрукт.
— Можно и мне? — попросил Тамани. — И правда помогает.
Лорел молча протянула ему свой фрукт: аппетита у нее не было.
— Что с тобой? — наконец спросил Тамани.
— Сама не пойму. — Лорел не решалась смотреть ему в глаза. — Все так... безумно. То есть... — Она подняла голову. — Я рада, что ты вернулся. Очень.
— Вот и хорошо, — Тамани неуверенно улыбнулся. — А то я уже начал беспокоиться.
— После рассказов обо всех опасностях я снова боюсь за свою жизнь. Не обижайся, просто мне трудно радоваться по-настоящему.
— Шар хотел отправить кого-то другого и ничего тебе не говорить, но я решил, что ты должна знать. Даже если это... так на тебя подействует. — Он неопределенно махнул рукой.
Лорел задумалась. Внутренний голос твердил, мол, так лучше, и все же ей было трудно согласиться.
— Мне угрожает опасность?
— Мы точно не знаем. — Тамани замялся. — Что-то происходит. Я тут всего пару дней, но уже такое видел... Слышала про сыворотки слежения?
— Конечно. Они меняют цвет. И показывают, свежий след или нет. Я еще не научилась их готовить...
— И не надо. У нас есть запасы, специально для обнаружения троллей и людей. Я полил сывороткой свежий след, и цвет вообще не изменился.
— Значит, ваша магия не работает? — К горлу Лорел подступил комок.
— Похоже на то.
— Ты меня утешил. — Она заставила себя улыбнуться, но голос предательски дрогнул.
— Не бойся, прошу тебя, — стал уговаривать Тамани. — Магия необязательна — просто с ней легче. Мы прочесываем всю территорию и не допускаем ни малейшего риска. — Он помолчал. — Мы толком не знаем, от чего защищаемся, вот незадача. Не знаем ни сколько их, ни каковы их замыслы. Ничего.
— Ты пришел сказать, что я должна быть сверхосторожна. — Лорел понимала, ей нужно поблагодарить его, а не фыркать. — С заходом солнца мчаться домой, как Золушка, и все такое?
— Нет, — неожиданно возразил Тамани. — Ничего подобного. Я не стою в карауле, никого не выслеживаю, просто держусь поблизости. Ты живешь обычной жизнью. Я позабочусь о твоей безопасности. — Он шагнул вперед и отбросил со лба непокорную прядь волос. — Или погибну, защищая тебя.
Лорел оцепенела: слишком уж серьезно прозвучали его слова. Тамани расценил молчание как знак согласия и наклонился к ней, гладя по щеке.
— Я скучал.
Лорел ощутила его теплое дыхание, и тихий вздох непроизвольно сорвался с ее губ. Тамани придвинулся еще ближе, и ее глаза стали закрываться сами собой.
— Я не передумала, — прошептала она. Их лица почти соприкасались. — Мой выбор в силе.
Рука Тамани застыла, только кончики пальцев продолжали подрагивать. Сглотнув, он криво улыбнулся и отпрянул.
— Прости. Я зашел слишком далеко.
— И что мне делать?
— То же, что и всегда, — пожал плечами Тамани. — Чем меньше изменится твоя жизнь, тем лучше.
— Я не об этом. — Лорел заставила себя посмотреть ему в глаза.
Он покачал головой.
— Ничего. Я должен справиться сам.
Лорел опустила взгляд.
— Я серьезно. — Тамани еще немного отодвинулся. — Тебе не нужно меня остерегаться или дружить со мной в школе. Я просто буду рядом, и все будет хорошо.
— Хорошо, — повторила Лорел, кивая.
— Знаешь квартал на Хардинг-стрит? — Голос Тамани вновь зазвучал непринужденно.
— Зеленые дома?
— Да. Я в седьмом, — подмигнул он. — Вдруг понадоблюсь.
Тамани направился к выходу. Лорел задумчиво смотрела вслед, как вдруг ее осенило.
— Стой! — Она спрыгнула со стула и бросилась ему наперерез, хватая за руку. — Не выходи в парадную дверь без футболки. У меня очень любопытные соседи.
Тамани обернулся и рефлекторно накрыл руку Лорел своей. Посмотрел на ее пальцы, такие светлые на фоне его оливковой кожи, и скользнул взглядом вверх, к плечу и шее. На миг зажмурился и сделал глубокий вдох, а когда снова открыл глаза, лицо его было непроницаемо. Он беззаботно улыбнулся и напоследок легонько стиснул ладонь девушки.
— Конечно, выйду через черный ход.
На пути к кухне он на секунду задержался и потрогал свой подарок — детское кольцо Лорел на серебряной цепочке.
— Рад, что ты его носишь.

ГЛАВА III

В школе стало невыносимо. На истории Лорел сидела как на иголках, а Дэвид был сам не свой на уроках риторики — и все из-за Тамани! Зато Челси ликовала: в Дель-Норте появился еще один настоящий фей! Ее мало заботило, что по Кресент-Сити рыщут тролли. Тамани почти все время был поблизости, но с Лорел и ее друзьями практически не говорил, лишь украдкой улыбался или подмигивал. Конечно, он просто напоминал, что опасность может подстерегать за ближайшим поворотом, и все-таки даже редкие знаки внимания грели ей душу.
С возвращением домашних заданий, контрольных и рефератов тролли и Тамани стали отступать на задний план. Лорел по опыту знала, как выматывает постоянный страх, и не желала погружаться в него с головой. Она хотела жить своей жизнью, и, хотя трудно было в этом признаться, Тамани занимал в ней не так уж много места.
В душе боролись противоречивые чувства: грусть, вина и досада. Лорел прекрасно знала, что для Тамани она всегда была на особом положении. Он жил ради того, чтобы ее защищать, и ни разу не подвел. Доставал, разочаровывал, обижал, бесил — но никогда не предавал.
Иногда Лорел задумывалась: чем он занят в ее отсутствие? Но особенно по вечерам, сворачиваясь клубочком на диване рядом с Дэвидом, она понимала, что, пожалуй, лучше не знать. С Дэвидом они эту тему не обсуждали. Хотя она вкратце объяснила ему ситуацию, оба давно пришли к негласному правилу: «молчание о Тамани — золото».
Противное ощущение, будто за ней наблюдают, теперь стало почти постоянным. Лорел старалась не думать, кажется ей или нет, и часто надеялась, что не кажется, особенно если у дома тормозила подозрительного вида машина.
Или сейчас, когда в дверь неожиданно позвонили.
— Не открывай, — сказал Дэвид, отрываясь от аккуратных и четких конспектов. Лорел смахнула с колен свои исчерканные тетради. — Наверняка что-то продают или рекламируют.
— Не могу, — вздохнула она. — Мама ждет посылку с eBay, надо за нее расписаться.
— Тогда возвращайся скорее.
Лорел открыла дверь, и ее улыбка тут же растаяла. Спохватившись, девушка попыталась изобразить радушие.
— Клеа! Привет, я...
— Прости, что я без предупреждения. — Клеа усмехнулась загадочнее Джоконды. Как всегда, она была в облегающей черной одежде; глаза скрывали зеркальные темные очки. — Хотела попросить тебя об одолжении, — с обескураживающей прямотой заявила она.
Лорел вспомнила слова Тамани о затишье перед бурей. Только бы Клеа не оказалась тем самым буревестником.
— О каком? — К счастью, вопрос прозвучал достаточно твердо и уверенно.
— Можем поговорить там? — Клеа кивнула на веранду.
Лорел неохотно пошла за ней, хотя знала, что стражи заметят любого, кто приблизился к дому. Клеа показала рукой на девушку, молча стоящую у плетеного стула в углу.
— Лорел, познакомься, это Юки.
Лорел видела ее с Тамани в школе: Юки приехала по обмену из Японии. Одетая в холщовую юбку цвета хаки и воздушный топ с красными цветами, девушка была чуть выше Лорел, но так низко опустила голову и съежилась, что казалась совсем маленькой. Лорел точно так же вжимала голову в плечи, когда хотела провалиться сквозь землю.
— Юки? — поторопила Клеа.
Юки подняла голову и взмахнула длинными ресницами.
Лорел удивленно заморгала. Хотя у девушки был изящный разрез глаз, их бледно-зеленый цвет странно смотрелся на фоне черных волос и смуглой кожи. Очень красивое, но неестественное сочетание.
— Привет. — Лорел неловко протянула руку. Юки слабо пожала ее. Голова у Лорел шла кругом.
— Ты учишься у нас по обмену? — спросила она, переводя взгляд на Клеа.
Клеа откашлялась.
— Не совсем. Она действительно из Японии, но мы подделали документы, чтобы устроить ее в твою школу. Пусть будет по обмену.
Лорел изумленно открыла рот.
— Сядем? — спросила Клеа.
Лорел молча кивнула.
— Помнишь, я еще осенью хотела обратиться за помощью? — Клеа откинулась на спинку стула. — Я надеялась, что не придется, но напрасно. Юки... ею интересуются в моей организации. Она не враг — быстро добавила она, предупреждая вопросы, и погладила Юки по длинным волосам. — Ей нужна защита. Мы спасли ее от троллей совсем крохой и пристроили в семью в Японии, как можно дальше от известных нам банд. — Клеа вздохнула. — К сожалению, всего не предусмотришь. Прошлой осенью тролли убили приемных родителей Юки. Мы едва успели ее спасти.
Юки спокойно смотрела на Лорел, словно Клеа рассказывала о чем-то обыденном.
— Юки снова отправили ко мне. Сперва она путешествовала с нами, но вообще-то ей надо учиться. — Клеа сняла очки и устало протерла глаза. Было пасмурно, но она носила свои дурацкие очки даже по ночам. — Кроме того, в прошлом году мы зачистили территорию от троллей. И все-таки я не хочу снова подвергать Юки опасности и не хочу, чтобы на нее вышли другие тролли. Поэтому мы и записали ее в школу.
— Не понимаю. Почему сюда? И что требуется от меня? — Лорел и не пыталась скрыть недоверие. Она видела лагерь Клеа и не могла представить, в какой защите от троллей та может нуждаться.
— Не так уж много. Просто у меня связаны руки. Я не могу брать ее с собой на охоту и не могу отослать далеко: вдруг там окажутся тролли, о которых я не знаю? Если она останется тут, любой, кто просочится сквозь нашу защиту, может напасть на нее. Год назад ты устояла против пяти троллей, а Иеремия Барнс был крепким орешком. Вот я и решила, что ты справишься с любым... бандитом в городе. Ты как раз подходишь, чтобы присматривать за ней. Правда же?
Она что-то явно недоговаривала, и Лорел ломала голову, что именно. Может, Юки шпионка? Или Лорел заразилась подозрительностью у Тамани? Ведь Клеа дважды спасла ей жизнь! И все же Лорел инстинктивно не доверяла ей. Как бы разумно и убедительно ни звучали ее речи, невозможно отделаться от ощущения, что она врет.
Может, Клеа специально говорит загадками? Лорел впервые видела ее при дневном свете, присутствие стражей придавало храбрости, к тому же она стала старше и увереннее. Одним словом, с нее хватит.
— Клеа, скажи честно, зачем ты пришла?
Юки неожиданно захихикала. Клеа оторопела, но через миг тоже улыбнулась.
— Вот за что я тебя люблю — за вечное недоверие, после всего, что я для тебя сделала. Впрочем, оно оправданно. Ты обо мне ничего не знаешь, и осмотрительность говорит в твою пользу. Я хочу, чтобы ты поверила и согласилась помочь, поэтому скажу начистоту. — Она взглянула на Юки: та опустила голову. Клеа наклонилась ближе и понизила голос. — Мы думаем, тролли преследуют Юки, потому что она не вполне... человек.
Глаза Лорел округлились.
— Судя по всему, она дриада, — продолжала Клеа. — Все признаки сходятся. Правда, кроме нее, дриад мы не встречали. Нам известно только, что Юки — не животное; у нее растительные клетки. Она питается от почвы, солнечного света и из внешних источников. У нее нет сверхъестественных способностей, например умения внушать, как у троллей, однако ее обмен веществ поразителен, так что... Прошу тебя, присмотри за Юки. Мне нужен не один месяц, чтобы найти ей надежное убежище. Надеюсь, сейчас я ее хорошо спрятала, но если нет, ты меня подстрахуешь.
Лорел осенило. Она повернулась к Юки и встретилась с ней взглядом. Бледно-зеленые глаза. Точно такие, как у Лорел. Аарона. Кати. И как в последнее время у Тамани.
Глаза феи.

ГЛАВА IV

Лорел прикрыла за собой дверь. Отчаянно хотелось вернуть время назад и не открывать, как предлагал Дэвид. Конечно, запертая дверь не остановила бы Клеа, и все же...
— Ну?
Лорел вздрогнула: Тамани застал ее врасплох. Они с Дэвидом стояли рядом в гостиной, скрестив руки на груди.
— Давно ты пришел? — недоуменно спросила она.
— За долю секунды до того, как ты открыла дверь, — ответил за него Дэвид.
— Что ей нужно? — Тамани поджал губы и покачал головой. — Я толком ничего не расслышал. Такое ощущение, что она специально выбрала это место — будто знала, что я тут.
Лорел вздохнула.
— Тамани, это веранда. Там принято сидеть и разговаривать.
Тамани явно не поверил, но решил не настаивать.
— И что произошло? Почему Юки была с ней?
— Кто такая Юки? — спросил Дэвид.
— Девушка из Японии, — буркнул Тамани. — По обмену.
Лорел пристально посмотрела на него. Неужели знает? Ах да, Робисон же водил новеньких по школе. Наверняка представил их друг другу. Да и Тамани бы ей сказал, если бы знал сам.
— Она фея, — тихо произнесла Лорел.
Повисла звенящая тишина.
Тамани застыл с открытым ртом, затем опомнился и тихонько рассмеялся.
— Глаза! Как я не заметил? Выходит, Клеа в курсе про фей, — нахмурился он. — Видимо, и про тебя тоже.
— Не уверена, — медленно сказала Лорел. — Она назвала Юки дриадой.
— Лорел села на диван — Дэвид тут же устроился рядом — и пересказала весь разговор. Тамани мерил шагами комнату.
— Хотя я не доверяю Клеа, вряд ли она понимает, кто такая Юки, — закончила Лорел.
Тамани остановился и задумчиво потеребил пальцем губу.
— Да, Клеа спасла нам жизнь, даже дважды, — заметил Дэвид. — Но появление второй феи в Дель-Норте уж очень не похоже на случайное совпадение.
— Ты прав, — согласилась Лорел, пытаясь привести в порядок мысли. Отчасти она была в восторге. Еще одна фея, живущая среди людей! И не временно, как Тамани, — она выросла у приемных родителей. Лорел подмывало обнять Юки, затащить в дом и засыпать вопросами. Как она ухитряется оставаться незамеченной? Что ест? Цвела ли она? Но если рассказать Юки, Клеа обо всем узнает, а этого уж точно нельзя допустить.
— Что тебе известно о Юки? — Дэвид взглянул на Тамани, который снова скрестил руки на груди и покачал головой.
— Практически ничего. Но она связана с Клеа, а значит, ей нельзя доверять, — мрачно ответил Тамани.
— А если Клеа не обманывает? — Несмотря на сомнения в искренности Клеа, Лорел надеялась, что Юки — в худшем случае невинная марионетка. Она и сама до конца не понимала почему. Может, это естественное желание защищать себе подобных? К тому же Юки такая тихая и застенчивая. — Если она шпионка, то зачем ей вообще раскрываться?
— Шпионить можно по-разному, — задумчиво сказал Тамани. — Положим, Юки здесь для отвода глаз или просто на виду легче спрятаться. Гораздо важнее знать, какая она фея.
— Разве большинство фей не Весенние? — спросил Дэвид.
— Конечно, — кивнул Тамани. — А сильный приманщик среди людей стоит армии.
Дэвид побелел, но Лорел покачала головой.
— По словам Клеа, Юки не обладает магическими способностями.
— А если она врет? Или Юки скрывает от нее свою силу? — усмехнулся он. — Не исключено, что как раз она водит Клеа за нос. Это само по себе впечатляет.
— И чем это нам грозит? — спросил Дэвид. — Она обольстит меня или Челси и мы разболтаем все тайны?
— А может, она трюкач и прямо сейчас слушает наш разговор, — продолжал Тамани.
— Летние феи так умеют? — спросила Лорел.
— Не все. Едва ли она могла научиться этому сама. Правда, раньше я бы поклялся, что знаю каждую фею за пределами Авалона, а тут все может быть. Возможно, Юки Зимняя — Он прикрыл глаза и дернул головой. Лорел ощутила спазм в желудке. — Или Осенняя.
Помолчав, Тамани выпалил скороговоркой, словно боялся, что ему помешают:
— А может, она тот самый химик, который отравил твоего отца.
У Лорел перехватило дыхание.
— Что? — сдавленным голосом спросила она.
— Я... — Тамани запнулся. — Одним словом, может, она и безобидна, а может — крайне опасна. Поэтому надо действовать быстро.
— Ты имеешь в виду, два года назад — когда он заболел? — настаивала Лорел. — Ты же говорил, это сделали тролли.
Тамани вздохнул.
— Может, и тролли. Хотя мы сотни лет не видели троллей, которые используют такие яды. Они грубые и хитрые, но... химичить не умеют. Поэтому когда твой отец заболел...
— Вы решили, что это дело рук феи? — прямо спросила Лорел. Ей стало страшно.
— Да. Нет. Не исключено...
— И ты мне не сказал? — вскипела Лорел. Что еще Тамани утаил? Ему ведь поручено просвещать ее, а не держать в неведении! — С тех пор я дважды приезжала в Академию! Где живут почти все Осенние феи! Мог бы предупредить!
— Я пытался, — возразил Тамани, — но Шар не позволил. И он был прав. Мы провели расследование; кроме тебя, ни один химик не проходил сквозь врата десятки лет. Так просто мы не выпускаем фей из Авалона.
— А меня выпустили, — настаивала Лорел.
Тамани грустно улыбнулся.
— Ты не такая, как все. — Откашлявшись, он добавил: — Никто не хотел, чтобы ты подозревала всех химиков в Академии в попытке убить отца. Тем более это вряд ли кто-то из них.
Лорел задумалась. Она знала нескольких Осенних фей — специалистов по животным ядам. Например, Мару, которая вдобавок затаила на нее давнюю обиду.
— И теперь ты думаешь, что Юки причастна к отравлению?
— Вообще-то шанс невелик: она еще слишком юна. К тому же на Барнса наши яды не действовали. Кто знает — вдруг он исключение среди троллей. В одном я уверен: Юки здесь не место. Тут не должно быть диких фей.
— Постой, — Дэвид наклонился вперед и положил ладонь Лорел на ногу. — Если Юки отравила твоего отца, значит, она работала на Барнса. А если так, почему она с Клеа? Клеа же убила Барнса.
— Например, она была его пленницей, а Клеа ее спасла, — предположила Лорел.
— А почему не сказала? Зачем соврала, что Юки — сирота?
— Мы снова пришли к тому, что Клеа врет, — усмехнулся Тамани.
После длинной паузы Лорел помотала головой.
— Не сходится. Мы ничего не знаем наверняка. У нас есть только история Клеа. Хотела бы я услышать версию Юки.
— Это невозможно, — быстро сказал Тамани.
Лорел недовольно уставилась на него.
— Почему?
Заметив досаду на ее лице, он смягчился.
— По-моему, это слишком опасно.
— А ты можешь ее обольстить? — спросил Дэвид.
— На фей это слабо действует, — возразила Лорел. Правда, она в свое время поддалась чарам Тамани, не зная, что сама фея. Что, если идея Дэвида не лишена смысла?
Тамани покачал головой.
— Хуже того. Если не сработает, значит, ей известно про обольщение и она сразу меня раскусит. Я не могу так рисковать, пока мы хоть что-нибудь не выясним.
— А как ты собираешься выяснять? — сердито спросила Лорел. Ситуация казалась неразрешимой. — Мы не знаем, кто говорит правду, а кто нет. Может, обе врут.
— Думаю, надо поговорить с Джеймисоном, — помолчав, сказал Тамани.
Лорел невольно кивнула.
— Хорошая мысль.
Тамани вынул из кармана какой-то предмет и начал постукивать по нему пальцами.
— О боже, это айфон? — От неожиданности Лорел повысила голос.
Тамани невозмутимо посмотрел на нее.
— Да, а что?
— У него айфон. — Лорел повернулась к Дэвиду. — У моего телохранителя-фея нет водопровода, зато есть айфон. О-бал-деть! У всех на свете есть мобильник, кроме меня. Фантастика!
Ее старомодные родители до сих пор считали, что мобильники положены только взрослым и студентам.
— Полезная штука, — стал оправдываться Тамани. — Признаюсь, люди далеко ушли от фей в вопросе связи. Моментальная доставка сообщений! Пара кнопок — и я могу говорить с Шаром! Потрясающе!
Лорел закатила глаза.
— Я в курсе, как они работают, — помрачнев, добавила она. — У Шара тоже есть мобильный?
— Правда, — медленно сказал Тамани, не обращая внимания на вопрос, — нам труднее, чем людям. У фей тело не проводит ток, и иногда приходится стучать по экрану несколько раз. И все-таки я не жалуюсь.
Дэвид виновато улыбнулся.
— Можешь пользоваться моей трубкой.
Тамани еле слышно проворчал незнакомое слово.
— Не отвечает. — Он задумчиво сунул телефон в карман и уперся руками в бедра.
Лорел смотрела на него, его напряженные плечи, гордую осанку. Он вернулся всего две недели назад, и привычная жизнь Лорел превратилась в хаос.
Очень сексуальный хаос, Надо сказать.
К счастью, сейчас Тамани был в футболке. Лорел откашлялась и отвела глаза, собираясь с мыслями.
— Нужно ехать в старый дом. — Тамани вынул из кармана связку ключей.
— Что? Постой! — Лорел вскочила на ноги. Дэвид поднялся вслед за ней. — Сегодня нельзя.
— Почему? Мы должны все рассказать Джеймисону. Я поведу машину.
До чего непривычно слышать от Тамани «поведу машину»!
— Уже почти шесть часов. Скоро вернутся родители, а я еще не сделала уроки.
Тамани обескуражено посмотрел на нее.
— И что?
Лорел покачала головой.
— Тамани, я не могу. У меня здесь дела. Поезжай один. Ты и без меня справишься. — Она глянула на багровеющее небо. — Да и стемнеет скоро. Я и так вся на нервах, мне будет спокойнее, если мы разойдемся по домам до захода солнца. Сам говоришь, поблизости рыщут тролли.
— Поэтому я и рядом, — возразил он. — Это моя работа.
— А моя работа — делать уроки. И защищать семью и друзей. У тебя ведь есть телефон. Позвони Шару позже; пусть он попросит Джеймисона встретиться с нами в выходные. В пятницу в школе короткий день, и мы сможем поехать. Или в субботу, когда до заката уйма времени.
Тамани скрипнул зубами. Похоже, он и сам понимал, как неразумно целый час ехать в темноте.
— Ну хорошо, — сказал он наконец — Но в субботу или пятницу поедем.
— После школы, — сказала Лорел.
— Сразу после школы.
— Идет.
Тамани кивнул скрепя сердце.
— Думаю, Дэвиду пора домой. Солнце садится. — Он развернулся и зашагал к черному ходу. Лорел прислушалась, но дверь не скрипнула. Она заглянула в кухню: Тамани нигде не было.
Дэвид прижался губами к шее Лорел, согревая ее плечо дыханием. Ей хотелось крепче его обнять, но что поделаешь, это подождет. Пусть Тамани и уверен в своих силах, лучше, если Дэвид доберется домой засветло.
— Тебе и впрямь пора, — шепнула она. — Не хочу, чтобы ты гулял в темноте.
— Не стоит так обо мне беспокоиться, — возразил он.
Лорел отстранилась и посмотрела на него снизу вверх.
— Стоит, — тихо сказала она. — Как я буду жить без тебя?
Вопрос уже не казался риторическим, но думать об ответе было выше ее сил.

ГЛАВА V

Тамани тихо прикрыл за собой дверь и бесшумно метнулся к деревьям. Пора исполнить едва ли не самую неприятную часть работы: проследить, чтобы Дэвид добрался домой живым. Лично Тамани не слишком заботила его жизнь, зато счастье Лорел было на втором месте после безопасности, поэтому приходилось провожать ее парня.
Внезапно из-за ближайшего дерева показался Аарон и схватил Тамани за руку.
— Что происходит?
— У нас неприятности, — мрачно ответил Тамани.
«Неприятности — это мягко сказано», — подумал он про себя.
Сейчас можно было не притворяться сильным и уверенным ради Лорел, и Тамани сел на землю, взъерошил волосы — он так и не привык к короткой стрижке — и наконец позволил себе испугаться по-настоящему. В который раз ему захотелось, чтобы Джеймисон приказал Лорел вернуться в Авалон навсегда. Но тот утверждал, что время еще не пришло и что она должна отправиться туда по своей воле.
— Появилась еще одна фея, — проговорил он.
Аарон удивленно вскинул бровь.
— Шар ничего такого не говорил...
— С Охотницей. Не из Авалона.
Теперь Аарон вытаращил глаза.
— Неблагая?
— Вряд ли. Что-то вроде... дикой феи.
— Но это невозможно! — Аарон шагнул ближе, уперев кулаки в бока.
— Знаю.
Обернувшись к дому, где в окне кухни виднелись два силуэта, Тамани кратко пересказал новости. Грудь сдавил страх; в голове замелькали самые ужасные варианты развития событий.
— А что это значит для нас? — спросил Аарон.
— Не знаю. Возможно, придется усилить охрану.
— Усилить? — изумился Аарон — Такими темпами к зиме сюда перекочует пол-Авалона.
— А что делать? Нужна минимум еще одна группа для наблюдения за новенькой. А может, и две. Джеймисон обещал выслать стражей, если понадобится, а я не хочу никого забирать от дома Лорел.
Послышался шум двигателя — Тамани уже узнавал машину Дэвида по характерному стрекоту. Пора. Он поднялся на ноги, вынул из кармана телефон — позвонить Шару по дороге — и положил руку Аарону на плечо.
Эта фея способна свести на нет все наши усилия. Надо быть начеку.
Не дожидаясь ответа, он помчался за машиной.

Что бы Юки ни замышляла, она всеми силами избегала Лорел.
Поначалу казалось, что она стесняется: при любой попытке подойти бормотала извинения и немедленно скрывалась. Когда Лорел ограничивалась улыбкой при встрече, Юки делала вид, что ничего не замечает. К четвергу она почти перестала показываться на глаза, и Лорел начала терять терпение. Перед разговором с Джеймисоном надо было хоть что-то узнать о Юки, однако неуловимая фея расстраивала все планы.
В пятницу утром, не обнаружив Тамани в кабинете истории, Лорел заволновалась. К счастью, он влетел в класс через секунду после звонка. Миссис Хармс не поставила отметку об опоздании, но подняла бровь, как бы говоря: «Вот в следующий раз...»
— Шар не берет трубку, — прошипел Тамани, как только миссис Хармс отвернулась к доске.
Лорел обеспокоенно взглянула на него.
— Совсем?
— Совсем. — Тамани заерзал на стуле. — Может, и не страшно, — добавил он, словно пытался себя успокоить. — Шар не переносит телефон. Говорит, не дело нам использовать человеческие технологии — от них одни неприятности. Скорее всего, не отвечает из принципа. Но... если что-то случилось? Мы ведь все равно поедем, правда?
— Да, — серьезно ответила Лорел, — Я рассказала родителям и все такое. Надо ехать.
— Прекрасно! — Голос Тамани звучал скорее взволнованно, чем обрадовано.
— А мы будем искать Джеймисона? — спросила она.
Тамани замялся. Лорел вопросительно посмотрела на него.
— Не знаю. Шар категорически против того, чтобы открывать врата лишний раз — особенно без предупреждения.
— Мы непременно должны повидаться с Джеймисоном, — настойчиво зашептала Лорел. — Разве мы не за этим едем?
Тамани бросил на нее странный, как будто злой взгляд.
— Ты — да, за этим, — буркнул он, повернулся к доске и начал рассеянно выводить в тетради каракули. Лорел писала конспект и периодически пыталась посмотреть Тамани в глаза, но он упорно отворачивался. Что она такого сказала?
Как только прозвенел звонок, Тамани, не оглядываясь, выскочил за дверь. Послышались ворчание и возня. Вытянув шею, Лорел увидела Дэвида и Тамани, стоящих лицом к лицу. На полу валялось несколько книг.
— Извини, — буркнул Дэвид. — Не заметил тебя.
Тамани сверкнул глазами, затем опустил голову и, пробормотав извинения, выскользнул в коридор.
— Что это вы? — спросила Лорел.
— Случайно. Прозвенел звонок, и он пулей вылетел из класса. Я не успел отойти. — Поколебавшись, Дэвид добавил: — У него невеселый вид.
— На меня разозлился, — вздохнула Лорел. Тамани уже затерялся в толпе. — Не знаю почему.
— Что-то случилось?
По дороге к раздевалке Лорел пересказала разговор. В этом году их шкафчики находились рядом. Все-таки у выпускников есть свои преимущества.
— Может, дело в том, что я несильно волнуюсь о Шаре?
Дэвид помолчал.
— Возможно... Ты ведь сердишься, когда он не беспокоится обо мне? Или о Челси?
— Это разные вещи. Тамани не переживает о тебе, потому что ты ему до лампочки. — Лорел душил гнев: она-то знала, что Тамани вообще презирает людей. — Я не волнуюсь за Шара, потому что он в состоянии позаботиться о себе. Тут дело в уважении...
— Понимаю, но если Тамани волнуется... — Дэвид понизил голос. — Может, и тебе стоит?
В его словах была доля истины, и Лорел почувствовала, как старая обида отпускает — правда, временно.
— Ты прав, мне надо извиниться.
— Сегодня у тебя на это масса времени, — нарочито беззаботно сказал Дэвид.
Лорел засмеялась и притворно ахнула:
— Ты что, ревнуешь?
— Нет! Ну то есть я люблю проводить день с тобой, так что из-за этого, пожалуй, ревную. Жаль, что я не могу поехать с вами. — Он помолчал и добавил невинным голосом: — Я мог бы подождать в машине.
— Вряд ли это разумно, — тихо сказала Лорел, вспоминая недавний разговор с Тамани. — Мы и так собираемся в Авалон без предупреждения. Если еще тебя возьмем, стражи и вовсе рассвирепеют.
— Ладно. — Дэвид снова помолчал, затем нагнулся к ней и громким шепотом сказал: — Как бы я хотел пройти сквозь врата с тобой!
У Лорел комок подступил к горлу. Авалон — единственное, что всегда будет их разделять. И дело не в том, что феи не пропустят Дэвида во врата, — невозможно представить, как его примут, даже если позволят войти.
— Знаю, — шепнула она, ласково касаясь его лица.
— Я буду скучать по тебе.
Она засмеялась.
— Я еще не ухожу.
— Зато ты идешь на урок. Буду скучать до самого звонка.
Лорел игриво хлопнула его по плечу.
— Вот глупый!
— Да, но ты меня любишь.
— Люблю, — Лорел обняла его.
После уроков она отправилась прямиком на стоянку, понимая, что Тамани не терпится выехать. Да и по правде говоря, было любопытно увидеть его машину. Разумеется, это оказался кабриолет. Тамани молча открыл ей дверь и опустил верх.
Первые несколько минут Лорел завороженно наблюдала, как Тамани ведет машину. Она почти привыкла видеть его в роли человека, но иногда все-таки поражалась.
Когда Тамани выехал на шоссе, она наконец нарушила молчание:
— Прости меня.
— За что? — с деланной беспечностью спросил он.
— За то, что не приняла всерьез новости про Шара.
— Да ничего, — сдержанно сказал Тамани. — Это я вспылил.
— Вовсе нет, — настаивала Лорел. — Я была невнимательна.
Он молчал.
Лорел не находила нужных слов.
— Если с ним случилась беда, не знаю, как я буду жить, — выпалил Тамани.
Опасаясь, что он снова замкнется, Лорел не перебивала.
— Шар... наверное, он мне как брат, хоть я и не знаю, что это такое. — Тамани быстро глянул на нее и повернулся к дороге — Ему я обязан всем. Я еще по возрасту не мог стоять в карауле, когда он взялся сделать из меня приличного стража, — Наконец он снова улыбнулся, — Это из-за него мне пришлось опять встретиться с тобой.
— Все будет хорошо, — Лорел старалась придать голосу уверенность — Судя по твоим рассказам, Шар классный. Вот увидишь, с ним все в порядке.
— Надеюсь.
Тамани прибавил газу. Лорел смотрела на дорогу, но краем глаза видела, как он косится на нее.
— Ты почти не разговариваешь со мной в школе, — сказала она через несколько минут, когда Тамани пошел на обгон вереницы трейлеров. Лорел не верила своим глазам: он запросто управлялся с механической коробкой передач. Ей в свое время было куда тяжелее.
Тамани пожал плечами.
— По легенде, мы ведь не знакомы, помнишь?
— Ты же общаешься со мной на уроке истории. Мог бы махать рукой в коридоре.
— Не думаю.
— Ага, конечно! — с притворной радостью воскликнула Лорел. — Лучше скрывать свою дружбу, и если нас увидят в одной машине, то решат, что я изменяю своему парню. Так гораздо лучше! Об этом ты подумал? Поверь, в маленьком городке любой скандал привлечет больше внимания, чем групповой каннибализм.
— И что мне делать? — спросил Тамани.
Лорел задумалась.
— Махать мне в коридоре. Здороваться. Не отворачиваться на уроках риторики. За пару недель все привыкнут. Даже Юки и Клеа, если их это волнует.
Он усмехнулся.
— Не думай, что ты самая умная.
— Я не думаю. — Лорел со смехом наклонила голову. Ветер подхватил ее длинные золотистые волосы и отбросил за спину. — Я знаю. — Помолчав, она добавила: — Ты и с Дэвидом можешь подружиться.
Тамани молча нахмурился.
— У вас столько общего, и мы вместе вляпались во все это.
Он покачал головой.
— Не выйдет.
— Почему? Он классный парень. И тебе будет полезно завести дружбу с кем-то из людей, — сказала она, намекая на его снобизм, который считала главным препятствием.
— Не в этом дело. — Тамани рассеянно махнул рукой.
— А в чем? — устало спросила Лорел.
— Я не буду подлизываться к парню, у которого намерен отбить девушку, — спокойно сказал он, глядя вперед.
Лорел уставилась в окно и не проронила ни слова до конца поездки.

ГЛАВА VI

Тамани притормозил у старого дома.
— Оставайся тут, — велел он, вглядываясь в деревья. — Надо убедиться, что опасности нет.
Лорел не возражала; в конце концов, он учился драться, а она нет. Тамани отстегнул ремень и выпрыгнул из кабриолета, не открывая дверь.
Не успел он добежать до опушки, как справа на него бросилась фигура в зеленом, сбивая с ног. Лорел оцепенела, но, узнав Шара, открыла дверь и помчалась к ним.
Стражи, сцепившись, катались по земле. Шар зафиксировал руки Тамани за спиной, а тот крепко обхватил его ногами за талию. Оба яростно, но безуспешно пытались вырваться. Лорел с улыбкой слушала гэльские ругательства и диковинные фейские слова.
— Трухлявая башка! Ты напугал меня!
— Нежный лютик, а не страж! Я застал тебя врасплох!
Наконец Тамани объявил перемирие, и они поднялись на ноги, отряхиваясь и мотая головами. Лорел заметила, что у Шара корни волос тоже не зеленые. Видимо, не только Тамани пришлось сменить рацион.
— Ты почему не отвечал на звонки, приятель? Я звонил всю неделю!
Лорел улыбнулась себе под нос: с каждым словом акцент Тамани усиливался. Шар вытащил из мешка на поясе айфон и скривился. С таким же выражением лица мама Лорел рассматривала объедки, завалявшиеся в глубине холодильника.
— Ну ее, эту проклятую штуку! — заявил Шар. — Вечно не слышу, как она жужжит, а когда слышу, подношу к уху, как ты говорил, — и тишина.
— А кнопку нажимаешь?
— Какую еще кнопку? Он гладкий, как лист падуба. — Шар держал телефон вверх ногами. — Ты сказал, надо просто взять и говорить. Я так и делал.
Тамани вздохнул, затем стукнул Шара в плечо. Тот даже бровью не повел.
— Не нужно ничего запоминать! На экране написано, что делать! Давай попробуем еще раз, — Тамани полез в карман.
— Незачем, — буркнул Шар, покосившись на Лорел, — Сейчас-то я тебя слышу. — Он развернулся и зашагал по тропинке — Лучше убраться отсюда. Троллей нет уже полгода. Вот будет номер, если кто-то из них забредет в эти края и увидит, как мы пялимся на человеческие прибамбасы.
Тамани некоторое время стоял с телефоном в кулаке, затем сунул руки в карманы и потопал за Шаром. По дороге он оглянулся, проверяя, идет ли Лорел за ним. Он явно повеселел.
Углубившись в чащу шагов на десять, Шар резко остановился.
— Почему ты здесь? — спросил он без тени былой игривости, — По плану тебе положено не шастать туда-сюда, а оставаться на посту в человеческом мире.
Тамани тоже посерьезнел.
— Ситуация изменилась. Охотница привела в школу фею.
Шар повел бровями; для него это была бурная реакция.
— Охотница вернулась?
Тамани кивнул.
— И с ней фея. Как такое вообще возможно?
— Не знаю. Вероятно, люди Клеа нашли ее в Японии, где она жила у приемных родителей. Неизвестно, каковы ее способности. — Тамани покосился на Лорел. — Я рассказал Лорел о яде. Дикая фея — Юки — слишком молода и вряд ли могла сделать что-то подобное, но кто знает?
Шар прищурился.
— Сколько ей на вид?
— Меньше тридцати. Больше десяти. Ты же знаешь, трудно сказать точно. По моим наблюдениям, она может быть ровесницей Лорел.
Лорел не приходило это в голову. Она знала, что возраст фей отличается от человеческого, но разница была заметнее всего у детей — как у племянницы Тамани, Ровены, — и зрелых фей, которые сотню лет выглядели как люди в расцвете сил. Хотя в Дель-Норте Юки не выделялась, это значило лишь, что она не младше одноклассников.
Шар задумчиво хмурился, однако больше вопросов не задавал.
— Ладно, я убедился, что твою глупую башку не растоптал тролль. Теперь нужно повидать Джеймисона, — сказал Тамани. — Он посоветует, как поступить.
— Тэм, ты же знаешь, Джеймисон не является по первому зову, — безучастно сказал Шар.
— Но это важно!
Шар шагнул к Тамани и заговорил так тихо, что Лорел едва разбирала слова.
— Последний раз я просил встречи с Зимним феем, чтобы спасти твою жизнь. На моей памяти феи погибали, когда Авалон мог защитить их, потому что я знал: нельзя подвергать свой дом опасности. Зимних не вызывают, чтобы поболтать. — Он помолчал. — Я отправлю запрос, когда получу ответ, дам знать. Это все, что в моих силах.
Лицо Тамани вытянулось.
— Я думал...
— Плохо думал, — отрезал Шар, и Тамани умолк. Шар бросил на него сердитый взгляд, но тут же вздохнул и смягчился, — Отчасти это моя вина. Если бы я поговорил с тобой через эту странную штуку, ты бы так не волновался, и я бы послал запрос пару дней назад. Извини, — Он положил ладонь на плечо друга, — Это дело чрезвычайной важности, и все же не забывай, кто ты такой. Ты страж, Весенний фей. Даже твоя наблюдательность ничего не меняет.
Тамани серьезно кивнул.
Лорел стояла молча, не веря своим ушам. Она уверяла Тамани, что беспокоится за Шара, но на самом деле приехала увидеть Джеймисона.
И она просто так не уедет.
Гордо подняв подбородок, Лорел повернулась и быстро зашагала в лес.
— Лорел! — закричал вслед Тамани. — Ты куда?
— В Авалон! — Она старалась говорить как можно тверже.
— Стой! — крикнул Тамани, хватая ее за предплечье.
Лорел вырвала руку; его пальцы больно впились в кожу.
— Не пытайся меня остановить! Ты не имеешь права!
Не глядя на него, она резко развернулась и зашагала дальше. Дорогу несколько раз преграждали феи с копьями наперевес, но, узнав ее, сразу отступали.
Дерево, за которым скрывались врата, охраняли пятеро вооруженных до зубов стражей. Лорел глубоко вдохнула, напоминая себе, что они не посмеют нанести ей вред, и подошла к ближайшему часовому.
— Я Лорел Сьюэлл, Осенняя фея-подмастерье, посланница в мире людей. У меня важное сообщение для Джеймисона, Зимнего фея, советника королевы Марион, и я прошу пропустить меня в Авалон.
Стражи, оторопевшие от такого натиска, поклонились в пояс и вопросительно взглянули на Шара. Тот шагнул вперед и поклонился в ответ. Лорел почувствовала укор совести, но отмахнулась.
— Конечно, — мягко сказал Шар. — Я немедленно передам твою просьбу. Однако Зимние феи сами решают, открывать ли врата.
— Мне это известно, — ответила Лорел, гордясь тем, что ее голос не дрогнул. Шар снова поклонился, избегая ее взгляда. Он обогнул дерево, и Лорел ужасно захотелось пойти посмотреть, как он общается с Авалоном. Однако это могло разрушить иллюзию власти, которую она, надо признать, успешно поддерживала. Поэтому она отвела взгляд и сделала вид, что скучает.
Казалось, прошла вечность, пока Шар показался из-за дерева.
— Они кого-то пришлют, — сказал он надтреснутым голосом. Лорел попробовала посмотреть Шару в глаза, однако он избегал ее взгляда, хотя тоже гордо поднял подбородок.
— Хорошо, — ответила она как ни в чем не бывало. — Я хочу, чтобы меня сопровождал мой... телохранитель, — Лорел кивнула на Тамани. Она чуть не произнесла гэльское слово, которым он себя называл, но побоялась ошибиться.
— Конечно. — Шар по-прежнему буравил взглядом землю. — Твоя безопасность для нас превыше всего. Первые двенадцать стражей, прошу вас выйти.
Лорел спиной ощутила, как Тамани рванулся вперед, но удержался на месте.
Дюжина стражей выстроилась у большой полости на дереве, и каждый вложил в нее руку. С содроганием Лорел вспомнила, как Шар поднес туда почти безжизненную руку Тамани, когда она притащила его, раненного в схватке с Барнсом.
Она старалась выглядеть безучастной, когда дерево вспыхнуло и преобразилось в золотые врата, защищающие королевство Авалон. За ними была чернота: Джеймисон еще не прибыл. Затем медленно, словно солнце, пробивающееся из-за тучи, высунулись детские пальцы и обхватили прутья решетки. Через миг створки распахнулись, заливая поляну ярким светом.
В проеме стояла девочка лет двенадцати на вид («По человеческим меркам», — напомнила себе Лорел; на самом деле юной фее было около пятнадцати.) На фоне колоссальных врат она выглядела совсем малюткой. Это оказалась Ясмин, подопечная Джеймисона. Лорел опустила глаза и склонила голову в знак уважения: если уж играть роль, то до конца. Затем выпрямилась и оглянулась.
И чуть было не потеряла самообладание.
Она терпеть не могла, когда Тамани вел себя, как надлежит Весеннему: держал руки за спиной и смотрел под ноги. Из-за опущенных плеч он казался низкорослым, хотя был на полфута выше Лорел. Проглотив комок в горле, она изобразила повелительный тон и шагнула вперед:
— Идем!
Юная Зимняя фея улыбнулась Лорел.
— Рада снова тебя видеть, — звенящим голоском произнесла она и посмотрела на юношу. — И Тамани тоже.
Тамани искренне заулыбался, и Лорел ощутила укол ревности. Поклонившись, он встретил ее взгляд, и она отвела глаза. Видеть покорность гордого и сильного Тамани было невыносимо.
Ясмин отступила, приглашая их внутрь. Лорел и Тамани прошли мимо. Ясмин не последовала за ними, а поздоровалась с кем-то еще. Обернувшись, Лорел увидела, как Шар с поклоном выступил вперед.
— Слушаю, капитан, — кивнула Ясмин.
— Раз уж вы здесь, могу я пройти во врата Хоккайдо? Я буду готов встретить вас, когда вы вернетесь с посланницей.
— Конечно.
Шар двинулся к вратам, но створки захлопнулись, и свет погас.
— Часовым на Хоккайдо нужно немного времени, — с поклоном сказала маленькая темноволосая стражница. Ясмин кивнула, и часовые Авалона собрались у восточного портала. Лорел ни разу не видела, как открываются другие врата.
— Ты хочешь повидаться с ней? — прошипел Тамани.
Шар молча сверкнул глазами.
— Не надо, Шар. Ты потом неделями приходишь в себя. Сейчас не время для депрессий. Ты нам нужен в полной боевой готовности.
— Я иду из-за новой феи, — серьезно ответил Шар и, помолчав, покосился на Лорел, — Если она выросла среди людей в Японии, ее внешность лишний раз доказывает существование Преображения. Тогда им наверняка что-нибудь известно. В любом случае, у них есть знания и опыт, которых нет у нас. Я сделаю все возможное для защиты Авалона, Тэм. Особенно если... — Он запнулся. — Впрочем, ладно.
— Шар... — начал Тамани, затем сжал губы и кивнул.
— Капитан? — раздался вкрадчивый голос Ясмин.
— Да, конечно, — Шар развернулся.
У портала, который Ясмин держала открытым, полукругом расположились стражи. Они были похожи на тех часовых, что всегда приветствовали Лорел, но в отличие от них носили одежду с длинными рукавами и массивные броши — непривычное облачение для фей. Из портала повеяло холодом, и у Лорел на миг перехватило дыхание. Она взглянула на Шара: тот уже шагал вперед, доставая из мешка просторный плащ. Вскоре страж исчез из виду, и врата захлопнулись.
— Сюда! — Ясмин направилась по извилистой тропке, уходящей из сада.
Рядом шагали полдюжины стражей в голубом — фер-файре Ясмин, — телохранители и почти постоянные спутники юной феи. За одно это Лорел бы никогда не согласилась быть Зимней, несмотря на все их могущество. Она слишком ценила те редкие минуты уединения, которые удавалось выкроить.
Они тихо шагали вдоль каменных стен, в которых располагались врата, навстречу великолепию Авалона. Лорел задержалась, чтобы полной грудью вдохнуть чистый воздух; от зрелища первозданной природы у кого угодно закружится голова. Наступал вечер, и на западе пламенел восхитительный закат.
— Прости, что Джеймисон не смог встретить тебя лично, — сказала Ясмин, — Он попросил, чтобы я привела его к тебе.
— Где он? — Лорел не хотелось отвлекать Джеймисона от важных дел.
— В Зимнем дворце, — обыденным тоном сообщила Ясмин.
Лорел застыла, благоговейно глядя на холм, где едва виднелись потрескавшиеся белые мраморные шпили Зимнего дворца. Тамани не поднимал головы; по слабому подрагиванию сомкнутых рук было видно, что мысль о проникновении в святыню Зимних фей страшит его еще больше, чем Лорел.

ГЛАВА VII

К Зимнему дворцу вела крутая тропинка. Лорел издали заметила, что стены увиты зеленой виноградной лозой, но вблизи оказалось, что тонкие стебли вплелись прямо в сверкающий белый камень, заключив дворец в страстные объятия. Здание словно дышало жизнью!
На вершине холма стояла огромная белая арка; по обе стороны от нее простирались развалины некогда великолепной стены. Во дворе, на безупречно подстриженной лужайке глазу открывались потрескавшиеся руины — обломки стены, статуй и фонтанов. Нигде в Авалоне Лорел не видела такой разрухи и запустения. В Академии все, что ломалось, немедленно чинили, и постройки содержались в идеальном порядке. Все уголки Авалона выглядели похожими друг на друга — кроме Зимнего дворца. Почему так — Лорел не представляла.
Зато в коридорах и залах дворца сновали феи в белоснежной форме, до блеска надраивая все поверхности и поливая сотни растений в резных вазонах. Там царили чистота и роскошь, к которым Лорел привыкла еще в Академии. Ясмин повела их по широкой парадной лестнице. Чем выше они поднимались, тем слабее становились все звуки. Сначала Лорел решила, что это акустический эффект, однако на середине лестницы наступила полная тишина.
Она бросила взгляд через плечо. Тамани держался позади. Руки, которые недавно чуть заметно дрожали, он сжал так крепко, что было больно смотреть. Снизу на гостей таращились феи-уборщики; щетки и лейки безвольно повисли в их застывших руках. Даже фер-файре остались у лестницы, когда Ясмин начала подниматься.
— Мы идем в верхние залы Зимнего дворца, — сдавленным голосом шепнул Тамани, — Туда не пускают никого. Ну, кроме Зимних фей.
Лорел подняла глаза: вместо просторного холла за лестницей располагались массивные двойные двери, щедро отделанные золотом и густо увитые виноградом. Таких огромных дверей она никогда не видела. Казалось, Ясмин не по силам сдвинуть их даже на дюйм.
Но юная фея без колебаний подняла руки ладонями наружу и изобразила мягкий толчок, не касаясь створок. В ее движении чувствовалось усилие, словно она толкала что-то в воздухе. Постепенно, под шелест лозы, двери отворились ровно настолько, чтобы можно было пройти по одному.
Ясмин выжидательно посмотрела на Лорел. Помедлив, девушка вошла в дверь; за ней неохотно последовал Тамани.
На миг Лорел показалось, что она попала под крону Древа мудрости. Воздух был пропитан волшебством и могуществом.
— Мы нечасто пускаем остальных фей в верхние залы, — спокойно объяснила Ясмин, — но Джеймисон решил: раз уж посланница просит аудиенции, нужно уединение, возможное лишь на верхнем этаже дворца.
Лорел уже немного жалела о внезапном порыве. Что скажет Джеймисон, когда узнает о цели их визита? Стоило ли поднимать такой шум из-за дикой феи?
— Он там. — Ясмин поманила их через длинный зал, отделанный белым мрамором и золотом. На верхушках гипсовых колонн располагались разнообразные предметы: небольшая картина, инкрустированная жемчугом корона, сверкающий серебряный кубок. Краем глаза Лорел заметила длинную лютню из темного дерева. Она сошла с синего ковра, который простирался через весь зал, и, повинуясь неведомому зову, направилась к лютне и застыла как зачарованная. Больше всего на свете ей хотелось перебирать эти нежные струны.
Только Лорел потянулась к лютне, как Ясмин схватила ее за запястье и дернула назад с неожиданной силой.
— На твоем месте я бы ее не трогала, — как ни в чем не бывало сказала фея, — Извини, надо было тебя предупредить; мы все уже давно привыкли к зову.
Ясмин мягкой бесшумной поступью вернулась па ковер. Лорел глянула через плечо: к лютне по-прежнему тянуло, но уже слабее. Она поспешила уйти, пока не поздно.
В конце зала они свернули за угол. Видимо, Джеймисон услышал шаги: он оторвался от своего занятия и вышел им навстречу сквозь мраморную арку, широко раскинув руки в знак приветствия. Массивные каменные стены по бокам арки медленно сомкнулись с гулким стуком. Через плечо Джеймисона Лорел заметила меч, вонзенный в гранитную плиту. Лезвие сверкнуло, как бриллиант, и исчезло за тяжелыми створками.
— Получилось? — спросила Ясмин.
— Не больше, чем обычно, — улыбнулся фей.
— Что получилось? — не утерпела Лорел.
— Старая задача, — уклончиво ответил Джеймисон. — И, как положено старым задачам, не очень срочная. В отличие от встречи с тобой. Рад видеть.
Он с улыбкой протянул одну ладонь Лорел, а вторую — Тамани. Лорел схватила его кисть обеими руками и уважительно склонила голову. Тамани поколебался, ответил коротким рукопожатием и молча поклонился в пояс.
— Идем. — Джеймисон указал на комнатку рядом с мраморным залом. — Поговорим там.
Лорел вошла в искусно отделанную комнату и села на краю красного парчового дивана. Джеймисон устроился слева в большом кресле. Тамани бросил взгляд на диван, потом передумал, а может, оробел, и встал у стены, скрестив руки на груди.
Ясмин задержалась в дверях.
Джеймисон поднял голову.
— Ясмин, спасибо, что проводила гостей ко мне. Завтра нам предстоит много учиться. Солнце почти зашло, и я не хочу, чтобы ты переутомилась.
Юная фея уже почти надула губы, но в последний момент взяла себя в руки.
— Конечно, Джеймисон, — вежливо кивнула она и медленно удалилась, оглянувшись напоследок.
Внезапно Лорел вспомнила, что, несмотря на могущество и высокое положение, Ясмин совсем еще ребенок. Да и сама Лорел недалеко ушла — особенно по сравнению со старым и мудрым Джеймисоном.
— Итак, — сказал Зимний фей, когда шаги за дверью стихли, — чем я могу вам помочь?
— Ну... — застенчиво начала Лорел, все больше убеждаясь, что выходка у ворот была неуместной. — Дело важное, хотя я не уверена, что до такой степени, — Она жестом указала на величественное убранство.
— Осторожность лишней не бывает, — возразил Джеймисон, — Рассказывай.
Лорел кивнула, пытаясь унять накатившую дрожь.
— Клеа... она вернулась.
— Я ожидал этого, — кивнул Джеймисон, — Ты ведь не думала, что тогда мы видели ее в последний раз?
— Не знаю. Мне казалось... — Лорел оборвала себя на полуслове. Не в этом дело. Откашлявшись, она добавила: — Она привела кое-кого с собой. Фею.
Джеймисон в изумлении посмотрел на Тамани. Тот не отвел глаза, но промолчал. Джеймисон снова повернулся к Лорел.
— Продолжай.
Лорел пересказала историю Клеа о том, как Юки нашли сеянцем и как тролли убили ее родителей.
— Клеа просила присматривать за ней. Полагаю, хотела, чтобы мы подружились. Она знает, что мне удавалось вырваться от троллей.
— Клеа, — тихо проговорил Джеймисон, — Какая она?
— Ну... высокая. С короткими каштановыми волосами. Стройная, но не тощая. Все время в черном. — Лорел пожала плечами.
Джеймисон смотрел на Лорел не мигая, и у нее легонько защипало лоб. Ощущение было настолько неуловимым, что Лорел даже засомневалась, не кажется ли ей. Выдержать взгляд было тяжело, и она повернулась к Тамани. Джеймисон выпрямился и вздохнул.
— Никогда не был в этом силен, — разочарованно пробормотал он.
Лорел коснулась лба. Холодный.
— Что вы только что...
— Прошу тебя, сядь, — Вместо ответа Джеймисон обратился к Тамани. — Когда ты стоишь так далеко, мне приходится кричать.
Проворно, но немного скованно Тамани шагнул к дивану и сел рядом с Лорел.
— Есть основания думать, что у этой феи недобрые намерения? — спросил Джеймисон.
— Нет. Она выглядит застенчивой. Скрытной, — сказал Тамани.
— У нее есть видимые признаки магической силы?
— По крайней мере, я не заметил. Клеа утверждает, будто Юки примечательна лишь тем, что она растение. Клеа назвала ее дриадой, но кто знает, вдруг это уловка.
— Есть ли причина подозревать, что дикая фея угрожает Лорел или Авалону?
— Э... нет, пока нет, но в любой момент... — Тамани замолчал и сжал челюсти, как всегда, когда пытался совладать с эмоциями. — Нет, сэр.
— Ну что же... — Джеймисон встал; Лорел и Тамани тоже вскочили на ноги. Тамани развернулся, чтобы идти, но фей положил ему руку на плечо. — Я не говорю, что ты зря пришел, Тэм.
Тамани сдержанно взглянул на Джеймисона. Лорел ощутила укор совести — в конце концов, это она настояла на встрече. Ей до смерти хотелось получить совет.
— Мы не могли предусмотреть такого развития событий. Но, — Джеймисон поднял палец, — на самом деле мало что изменилось. Ты ведь и раньше считал, что Клеа может быть опасна для Лорел?
Тамани молча кивнул.
— Выходит, и Юки может быть опасна. Но, — фей заговорил громче, — если так, тебе надлежит находиться рядом с Лорел в Кресент-Сити. Не здесь, — Джеймисон положил руки Тамани на плечи, и юноша опустил голову. — Будь увереннее, Тэм. У тебя всегда был острый ум и тонкая интуиция. Пользуйся ими. Решай сам, что нужно, и делай это. Я наделил тебя полномочиями.
Тамани еле заметно кивал.
Лорел хотела вмешаться, объяснить Джеймисону, что это она виновата, но слова застревали в горле. Зачем она вообще пришла? Выговор, пусть и мягкий, трудно выдержать даже без свидетелей. Она собиралась что-то сказать в защиту Тамани, однако так ничего и не придумала.
— У меня есть предложение, — сказал Джеймисон, провожая их к огромным дверям в вестибюле. — Думаю, стоит определить касту дикой феи — ради предосторожности, а также на случай, если она сможет быть тебе полезной.
Лорел не приходило это в голову. Что бы ни замышляла Клеа, можно будет выведать ее планы, переманив Юки на свою сторону. Но если она еще слишком юна, чтобы цвести...
Не успела Лорел произнести вопрос, как Джеймисон повернулся к ней.
— Определить ее силу непросто. Загляни в Академию и посоветуйся с учителями. А затем возвращайся в Калифорнию, — твердо добавил он. — Мне не нравится, что ты ушла так далеко от стражей после захода солнца. И все же если поспешить, ты успеешь назад к вратам. Здесь темнеет раньше, — Он махнул рукой в сторону окна: на черном бархатном небе загорались звезды.
Джеймисон проводил их к позолоченным дверям, распахнув их движением кисти, а затем в вестибюль. Зал почти опустел; цветы мягко светились в просторном зале. Эскорт фер-файре ждал Джеймисона. Телохранители окружили его, как только он спустился с лестницы.
— Ясмин уже спит, — заметил фей, когда они проходили под аркой, — так что ворота открою я. — Засмеявшись, он добавил: — Вот только старые стебли не так проворны, как юные. Идите в Академию. Я отправлюсь в Сад у врат, и мы там встретимся.
Лорел и Тамани вышли со двора, перегнав Джеймисона. Как только они оказались достаточно далеко, Лорел замедлила шаг, чтобы поравняться с Тамани.
— Надо было мне сказать, что это я придумала, — выпалила она.
— Нет, не ты, — спокойно возразил он. — Это я придумал, еще в начале недели.
— Зато именно я потребовала нас впустить. Джеймисон отчитал тебя за мою оплошность.
— Оставь, — улыбнулся Тамани. — Я с радостью приму за тебя любой упрек.
Лорел смущенно отвернулась и зашагала быстрее. Идти вниз по склону было легко, и вскоре в темноте показались огни Академии. Лорел взглянула на монументальное серое здание и невольно заулыбалась.
Когда она успела полюбить Академию?

ГЛАВА VIII

В то время как Зимний дворец погружался в сон, в Академии бурлила жизнь. Кто-нибудь непременно готовил снадобье, требующее выдержки при свете звезд. У лестницы Лорел помахала рукой знакомым феям, и те удивленно посмотрели на нее. Однако, подчиняясь порядку, они молча вернулись к работе и оставили гостей одних.
Только Лорел шагнула на нижнюю ступеньку, как к ним подбежала высокая женщина в скромном наряде Весенней феи.
— Простите, но приемный день закончился. Приходите завтра.
Лорел удивленно оглянулась.
— Я Лорел Сьюэлл.
— Боюсь, что не могу пустить тебя, Лорелсьюл, — твердо сказала фея, слепив имя и фамилию Лорел в одно слово.
— Я Лорел. Сьюэлл. Подмастерье. Иду к себе в комнату.
Глаза феи округлились, и она немедленно поклонилась в пояс.
— Покорнейше прошу простить. Никогда не видела вас раньше. Я не узнала...
— Перестаньте, — оборвала Лорел. — Ничего страшного. Мы сейчас закончим дела и уйдем.
Фея оцепенела от ужаса.
— Надеюсь, я вас не обидела... пожалуйста, оставайтесь, сколько хотите!
Лорел заставила себя тепло улыбнуться: наверняка фея новенькая и боится, что ее уволят.
— О нет, вы тут ни при чем. Я должна вернуться на свой пост. Не могли бы вы... сообщить Ярдли, что я здесь? Мне нужно с ним поговорить.
— В вашей комнате? — Фея просияла от радости, что может быть полезной.
— Это было бы чудесно, спасибо.
Фея присела в глубоком реверансе — сначала перед Лорел, затем перед Тамани — и поспешила к комнатам учителей.
Тамани с отстраненным выражением лица последовал за Лорел по лестнице и вниз в холл. Увидев свое имя, написанное причудливыми завитушками на знакомой двери из вишневого дерева, девушка расплылась в улыбке. Повернула отлично смазанную ручку — как и положено, без замка — и вошла в комнату.
Все вещи лежали в точности так, как она их оставила, хотя горничные наверняка регулярно вытирали пыль. Даже забытая щетка для волос валялась на кровати. Лорел подняла ее, чтобы захватить с собой, но потом решила не брать. Будет запасная. В конце концов, дома она уже купила другую щетку.
Она оглянулась на застывшего на пороге Тамани.
— Заходи, я не кусаюсь.
Он мотнул головой.
— Подожду здесь.
— Нет, не подождешь, — отрезала Лорел. — Когда придет Ярдли, мне понадобится закрыть дверь, чтобы не разбудить остальных. Если останешься в коридоре, пропустишь весь разговор.
Тамани вошел в комнату, оставил дверь открытой и застыл в шаге от порога. Лорел грустно покачала головой и захлопнула дверь. Не отпуская ручку, она посмотрела на Тамани.
— Я хотела извиниться за свою выходку.
— О чем ты? — недоуменно спросил он. — Я же говорил, пусть Джеймисон ругает меня, мне...
— Не за это. — Лорел опустила голову, — За то, что раскомандовалась у врат, за резкость и высокомерие. Это была игра. Стражи не принимают меня всерьез, если я не веду себя как высоколобый химик с манией величия. Вот я и притворилась. На самом деле я так не думаю. Надеюсь, ты и сам знаешь. И мне не нравится, что другие феи так думают... ладно, это бессмысленный спор. — Она перевела дух. — Главное, я вовсе не хотела тебя обидеть.
— Все в порядке, — пробормотал Тамани, — Мне полезно знать свое место.
— Тамани, нет! Не со мной. Я не могу изменить всех в Авалоне — по крайней мере, пока. Но со мной ты никогда не будешь просто Весенним феем. — Она ласково коснулась его руки.
Он бросил на нее короткий взгляд и снова уставился в пол, нахмурив лоб.
— Тэм, что случилось? В чем дело?
Он поднял голову.
— Та Весенняя... она не знала, кто я. Увидела нас вместе и решила, что я тоже химик. Она поклонилась мне, Лорел! Обычно кланяюсь я. Странное чувство... мне даже понравилось, — признался он. — Несколько секунд я словно не был Весенним. Она не заметила формы стража и приняла меня за другого. Так приятно... И неприятно, — быстро добавил он — Все сразу. Как будто... — Его прервал тихий стук в дверь.
Лорел почувствовала досаду, что придется оборвать разговор.
— Наверное, это Ярдли, — тихо сказала она. Тамани кивнул и снова встал у стены.
Лорел открыла дверь, и ее чуть не сбило с ног облако розового шелка.
— Я услышала шум у тебя в комнате! — Катя с воплем бросилась ей на шею — Поверить не могу! Ты же говорила, что не скоро вернешься.
— Я и сама не знала, — улыбнулась Лорел.
Рядом с Катей нельзя было не улыбаться. На ней была шелковая ночная рубашка без рукавов, с вырезом на спине для цветка, который появится через месяц. Она отпустила белокурые волосы и теперь выглядела еще более юной.
— Неважно! Я рада тебя видеть. Ты надолго?
Лорел смущенно улыбнулась.
— Боюсь, на пару минут. Сюда идет Ярдли, я поговорю с ним и вернусь к вратам.
— Но уже темно! — возмутилась Катя. — Останься хотя бы на ночь.
— В Калифорнии еще день. Мне очень нужно домой.
— Ну, ясное дело, — подмигнула Катя. Заметив Тамани, она стрельнула глазами, — А кто это с тобой?
Лорел легонько толкнула Тамани в плечо, подзывая его ближе.
— Это Тамани.
Увы, он немедленно согнулся в глубоком поклоне.
— О, — сказала Катя, внезапно догадавшись. — Тот солдат, с которым ты приходила на Самайн?
— Телохранитель, — поправила Лорел.
— А, ну да, — рассеянно сказала Катя и схватила Лорел за руки, тут же забыв о Тамани. — А теперь иди сюда и расскажи, что это у тебя за одежда.
Лорел рассмеялась и разрешила ей пощупать жесткую джинсовую юбку, бросив на Тамани извиняющийся взгляд. Напрасно: он снова стоял у стены, уставившись в пол.
Катя плюхнулась на кровать, шелковая рубашка взметнулась, повторяя изящные линии ее фигуры. Вырез обнажил безупречную кожу. Лорел почувствовала себя простушкой в хлопковом топе и юбке и на миг пожалела, что привела Тамани к себе. Отогнав постыдную мысль, она села рядом с Катей, а та принялась делиться последними новостями. Еще год назад Лорел не поверила бы, что о пугающей незнакомой Академии можно взахлеб болтать с подругой. Впрочем, она ведь точно так же опасалась обычной школы за год до поступления.
«Все меняется, — подумала она. — И я тоже».
Неожиданно Катя посерьезнела и потрогала Лорел за щеки кончиками пальцев.
— Ты снова выглядишь счастливой.
— Правда?
Катя кивнула.
— Не притворяйся, — заявила она своим «фирменным» торжественным тоном, — прошлым летом ты была очень классной, но печальной до ужаса. Не хочу лезть не в свое дело, но ты снова счастлива. Я так рада за тебя.
Лорел изумленно молчала. Печальной? Она покосилась на Тамани: он, похоже, не слушал.
В дверь резко постучали. Лорел вскочила с кровати и бросилась открывать. На пороге стоял Ярдли, высокий и гордый, в штанах с тесемками и, как всегда, босиком. Руки он скрестил на обнаженной груди.
— Ты звала меня, Лорел? — Хотя Ярдли говорил сурово, в его глазах светилась теплота. За два лета учебы он привязался к своей воспитаннице. Правда, на количестве заданий это никак не отражалось. Прежде всего Ярдли был требовательным учителем.
— Да, — быстро ответила она. — Пожалуйста, заходите.
Ярдли шагнул на середину комнаты, и Лорел стала закрывать дверь.
— Мне уйти? — спокойно спросила Катя.
Лорел взглянула на подругу, затем на Тамани.
— Нет... не думаю. Это не секрет, по крайней мере здесь.
Тамани посмотрел на Лорел, слегка нахмурившись, и ей даже показалось, что он сейчас возразит. Однако он отвел глаза и пожал плечами. Она повернулась к Ярдли.
— Мне нужен способ определить... время года феи.
Лорел не могла произнести слово «каста» при Тамани. Да и не только при нем.
— Женщины или мужчины?
— Женщины.
Ярдли пожал плечами.
— Посмотреть, как она цветет. Или когда мужчины-феи рядом с ней выделяют пыльцу.
— А если она еще не цвела?
— Можно спуститься в архив — этажом ниже — и найти ее в книгах.
— Не здесь, — сказала Лорел. — В Калифорнии.
Ярдли прищурился.
— Фея в мире людей? Не связанная с тобой?
Лорел кивнула.
— Неблагая?
Неблагие до сих пор оставались для Лорел загадкой. Хотя о них не говорили открыто, по обрывкам фраз она уяснила, что все они живут обособленной общиной вне врат.
— Не думаю. Но в ее истории кое-что... не сходится, и трудно сказать наверняка.
— А сама она не знает своего времени года?
Лорел задумалась.
— Если и да, то я не могу спросить.
Ярдли понимающе кивнул.
— Вот оно что. — Он вздохнул и прижал пальцы к губам. — Я сам никогда не задавал таких вопросов. А ты, Катя?
Катя покачала головой. Ярдли продолжал:
— Мы тщательно записываем в книги каждый сеянец в Авалоне, так что твоя задача уникальна. И все-таки решение должно быть. Может, попробуешь приготовить собственное зелье?
— Разве я готова? — с надеждой спросила Лорел.
— Не уверен, — безапелляционно сказал Ярдли. — Но в конце концов, первый опыт не обязан быть удачным. Думаю, тебе уже пора изучать основы приготовления зелий. Можем начать прямо здесь. Распознающий порошок циоан. — Он говорил о простом порошке, который помогал отличить людей от других существ. — Вот только тебе придется выяснить, как различаются касты на клеточном уровне. Не уверен, что эта область серьезно изучена. Исследования пока не дали результатов.
— А тилакоидные мембраны? — тихо спросила Катя. Все обернулись к ней.
— Что это? — спросил Ярдли.
— Мембраны, — продолжала Катя уже погромче, — в хлороплазме. Тилакоидные мембраны трюкачей лучше всего. С их помощью они освещают свои миражи.
Ярдли наклонил голову набок.
— Вот как?
Катя кивнула.
— В детстве мы иногда таскали светящуюся сыворотку для фонарей и... э-э... пили ее. После этого светишься в темноте, — Она опустила ресницы, словно стыдясь детских проделок. — У меня была подружка, Летняя, и однажды она тоже выпила сыворотку. Вместо одной ночи она светилась целых три. Только спустя годы я поняла почему.
— Отлично, Катя. — Судя по голосу, Ярдли был доволен, — Я бы хотел обсудить это с тобой подробнее на занятиях. На следующей неделе.
Катя с готовностью закивала.
Ярдли повернулся к Лорел.
— Это уже что-то. Займись растениями со светящимися свойствами, в которых может быть более сильный тилакоид, и попробуй воспроизвести реакцию порошка циоан. Я лично буду работать с Катей в Академии.
— А если она не Летняя фея?
— Тогда ты будешь на четверть ближе к цели.
Лорел кивнула.
— Мне нужно записать.
Она страшно не хотела признаваться, что не имеет понятия, о чем говорит Катя. Наверное, Дэвид знает. Лорел взяла со стола пару листиков для заметок — остались с прошлого лета — и села рядом с Катей. Катя тихо рассказывала, а Лорел конспектировала основные понятия, горячо надеясь, что феи и люди используют общие биологические термины.
— Проводи опыты, а мы с Катей будем разбираться здесь, — сказал Ярдли, — Боюсь, на данный момент это все, чем я могу помочь. Рад был снова видеть тебя, Лорел.
Стараясь не выдать досады, Лорел улыбнулась Ярдли на прощание. Она чуть ли не припадок изобразила, чтобы попасть сюда, и что толку?
— Слышала? — негромко, но восторженно спросила Катя, когда Ярдли вышел. — Он будет работать со мной индивидуально. Теперь я стану еще ближе к тебе, — Она взяла Лорел за руку. — Займусь рецептом зелья для мира людей. Вот здорово!
Схватив Лорел за плечи, она притянула ее к себе и расцеловала в обе щеки, а потом выскочила в коридор и тут же заглянула снова.
— В следующий раз зайди сначала ко мне, ладно? — Катя с тихим щелчком закрыла дверь, и комната как будто опустела.
— Надо спешить, — сказала Лорел, не глядя на Тамани, чтобы не выдать разочарования.
По дороге к вратам они молчали. Фер-файре Джеймисона стояли навытяжку, а сам он беседовал с Шаром. Вскоре феи кивнули друг другу и повернулись к Лорел и Тамани.
— Визит в Академию принес плоды? — спросил Джеймисон.
— Пока нет, но, надеюсь, скоро принесет, — ответила Лорел.
— Вы готовы?
Они кивнули, и Джеймисон поднял руки. Врата распахнулись. Зимний фей посмотрел на Шара, потом на Тамани.
— За Охотницей и Диким цветком необходимо следить, однако не тратьте на них слишком много времени. Уцелевшие пособники Барнса ждут удобного момента, чтобы напасть. Если вам что-то понадобится — подкрепление, запасы еды и так далее, — только попросите.
— Нам нужны стражи. Для дикой феи, — сказал Тамани. Вдалеке от дворца и Академии он снова выпрямился и заговорил уверенно.
— Конечно, — ответил Джеймисон, — Сколько скажешь, и даже больше. Мы будем охранять Лорел, но она должна оставаться в Кресент-Сити. Тем более что мы хотим знать, чем все это закончится.
Лорел стало слегка не по себе: эти слова звучали почти как «Лорел — приманка». Но Тамани никогда ее не подводил, и у нее нет причин сомневаться в нем сейчас.

ГЛАВА IX

Как только врата захлопнулись, Тамани повернулся к Шару, надеясь — и сомневаясь, — что с другом все в порядке.
— Не зря ходил?
Шар покачал головой.
— Трудно сказать. Пожалуй, я получил по заслугам.
«Ты слишком суров к себе», — подумал Тамани, но вслух, как обычно, ничего не сказал. Хотя Шару всегда непросто давались путешествия в Японию, еще тяжелее были душевные муки, которым он подвергал себя после.
— С кем ты встречался, Шар? — спросила Лорел.
Фей не ответил. Тамани положил руку девушке на талию, мягко подталкивая ее к машине. Сейчас не время обсуждать Хоккайдо.
Они остановились на опушке, и у Шара в уголке рта заиграла улыбка.
— Поторопись. Скоро зайдет солнце, а тебе завтра в школу.
Тамани проглотил насмешку.
— Дурацкие уроки!
— В следующий раз отвечай на этот чертов телефон, ладно? — сказал он на прощание.
Шар скользнул рукой к поясу, в котором хранил телефон, но промолчал.
Сев за руль кабриолета, Тамани выехал на шоссе и на этот раз не стал разгоняться. До захода солнца оставался час, лицо ласкал прохладный бриз, а в машине сидела Лорел. Незачем спешить.
Они долго ехали молча. Наконец Лорел спросила:
— Куда ходил Шар?
Тамани колебался. Не дело выбалтывать секреты друга; он обязан рассказывать только то, что поможет Лорел выполнить свою миссию. Правда, в глубине души он считал этот приказ скорее настоятельной рекомендацией. А появление Юки, весьма возможно, как-то связано с Неблагими.
— К своей матери.
— На Хоккайдо?
Тамани кивнул.
— Почему она живет в Японии? Она телохранитель?
Тамани резко мотнул головой.
— Его мать — Неблагая.
Лорел вздохнула.
— Я даже не знаю, что это значит!
— Ее изгнали. — Он задумался, как бы объяснить помягче.
— То есть отправили в ссылку? И остальных Неблагих тоже?
— Не совсем, — Тамани нервно куснул губу. «С чего же начать?» — Давным-давно, — он помнил, что именно так люди начинают самые правдивые истории, — было два двора фей. Они враждовали... по разным причинам, но в основном из-за отношения к людям. Первый двор был расположен к ним — и люди прозвали его Благим. Феи из второго двора стремились порабощать людей, мучить и убивать их ради забавы. Это были Неблагие. Однажды в Благом дворе произошел раскол. Часть фей — сторонники изоляции — считали, что лучше всего людям будет, если мы оставим их в покое.
— Разве сейчас не так?
— Так, — кивнул Тамани. — А раньше было по-другому. Благие даже заключали договоры с королевствами людей — например, с Камелотом.
— И ничего не вышло? — спросила Лорел. — Ты рассказывал год назад на празднике.
— Пакт с Камелотом какое-то время действовал и принес немало пользы. С помощью Артура Благие навсегда изгнали троллей из Авалона и почти уничтожили Неблагих. Увы, рано или поздно всему приходит конец.
Тамани обычно утомляли излишние подробности, но, когда речь шла о Неблагих, трудно было понять, где заканчивается одна история и начинается другая. На рассказ о Камелоте ушел бы не один час. Кроме того, даже для Авалона это предание было слишком древним и вряд ли таким уж точным. Некоторые считали, что Древо хранит истинные воспоминания, однако Тамани доводилось общаться с Безмолвными, и он знал: из их мудреных ответов тяжело извлечь исторические факты.
Оставалось пересказывать обрывки.
— Когда Камелот наводнили тролли, феи окончательно убедились, что с людьми опасно связываться: самые лучшие намерения неизменно приносили одни неприятности. К власти пришли изоляционисты, а всех остальных объявили Неблагими.
— Значит, часть Благого двора стала новым Неблагим двором?
Тамани нахмурился.
— Вообще-то у Неблагих больше тысячи лет нет своего двора. Титанию свергли, Оберон стал законным королем и издал всеобщий указ, что ради блага людей феям надлежит навсегда оставить их в покое. Все вернулись в Авалон, Оберон создал врата, и с тех пор мы существуем отдельно. Правда, иногда всплывают идеи, что феям следует вмешиваться в жизнь людей — как благодетелям или захватчикам. Тех, кто отстаивает такие взгляды чересчур рьяно, изгоняют.
— На Хоккайдо?
Тамани кивнул.
— Там находится... лагерь для осужденных, недалеко от врат. Мы отправляем их туда, чтобы они не сеяли смуту в Авалоне и вдобавок не могли связываться с людьми. На самом деле там нет отдельного королевства, но все называют их поселение Неблагим двором.
— А мать Шара? Когда ее... изгнали?
— Где-то пятьдесят лет назад, когда моего сеянца еще не было.
— Пятьдесят? — засмеялась Лорел. — Сколько же Шару лет?
— Восемьдесят четыре.
Лорел изумленно покачала головой.
— Никак не привыкну!
— Привыкнешь, когда самой стукнет восемьдесят. — Тамани пихнул ее в бок.
— А почему Шар ходил к ней сегодня? Думает, что Юки — Неблагая? И что еще за Преображение?
Тамани медлил. Лорел затронула непростую тему.
— Значит, так. С Преображением ясно одно: это полная чушь. Хотя звучит она правдоподобно. Я тебе расскажу, а ты запомни: в него никто не верит. По крайней мере, в здравом уме. В Авалоне небезопасно упоминать о Преображении.
Лорел выпрямилась и сложила руки на коленях. Тамани понял: предостережение лишь подогрело ее интерес. Иногда она ведет себя так по-человечески!
— Для начала вопрос. Ты когда-нибудь задумывалась, почему люди так похожи на нас внешне?
— Ну, не совсем в такой форме. — Лорел улыбнулась, — Но да, задумывалась. Дэвид говорит, это связано с параллельной эволюцией — мы заполняем подобные... мм... экологические ниши. Как акулы и дельфины, только... ближе.
Тамани мысленно поморщился; только Дэвида тут не хватало.
— Так вот, Неблагие верят, что это наших рук дело — до Преображения мы выглядели совсем по-другому. Скорее, как растения.
— Зеленая кожа и все такое прочее? — спросила Лорел.
— Кто знает? Но Неблагие говорят, одна древняя королева, Зимняя фея Мэб, могущественными чарами изменила нашу расу и сделала ее похожей на людей. Вроде бы она влюбилась в человека... Они решили, что сеянец, прорастающий рядом с людьми, должен быть внешне похож на местных жителей.
— Значит, фея, которая родилась... то есть проросла в Японии, должна походить на японку. — Лорел рассуждала вслух. — Кажется, это легко проверить. Все дети Неблагих должны быть похожи на японцев. Поэтому Шар и пошел выяснить, не сбежала ли Юки из... тюрьмы.
— Вот только Неблагих не пускают в Сад, значит, юная фея не может быть родом из лагеря. Больше тысячи лет феи не рождаются за пределами Авалона. А сеянцев мы не изгоняем.
— Постой, как это «не пускают в Сад»?
— Им запрещено... размножаться. — Тамани пожалел, что она задала этот вопрос.
— И как вы этого добиваетесь? — запальчиво воскликнула Лорел.
— Осенние феи поят их чем-то, — ответил Тамани. — Зелье разрушает способность фей цвести. А если нет цветков — нет сеянцев.
— Неблагих калечат? — Лорел сверкнула глазами.
— Не совсем, — беспомощно сказал Тамани.
— Неважно! В такие дела никто не имеет права вмешиваться!
— Я не устанавливаю законы, — возразил Тамани. — И не говорю, что они правильные. Смотри, как рассуждал Шар. Его мать всегда втайне была Неблагой, и о Преображении он узнал еще сеянцем. Помимо всего остального, — добавил он загадочно, — Потом его мать сослали на Хоккайдо. Сейчас мы рассказываем ему о фее родом из Японии, где живут Неблагие. То, что Юки проросла в Японии и похожа на японку, никак не подтверждает действие Преображения — ты же видела, какие разные бывают феи по сравнению с людьми, — но для Шара это еще одна нить, которая связывает ее с Неблагими.
— А почему ты не рассказывал о Неблагих раньше — когда Юки появилась впервые?
Они остановились на первом светофоре в Кресент-Сити, и Тамани обернулся к Лорел.
— Потому что Шар спешит с выводами. За Неблагими постоянно наблюдают, и не без причины, — Он вспомнил, как однажды отправился с Шаром на Хоккайдо. До чего ужасно было слышать безумные речи из уст фей с такими ясными и умными глазами! Совершенно нереальные истории о заговорах, тайных мирах и черной магии. — Я видел их поселение — всех его обитателей записывают в книги. Никто не выходит оттуда до самой смерти.
— А если Юки не из Неблагих, то кто она?
— Это нам и предстоит выяснить. — Тамани снова смотрел на дорогу. — Дикая фея, не связанная ни с Благими, ни с Неблагими... такого мы не ожидали. Но я не вижу других вариантов.
— И что мы будем делать? — спросила Лорел.
Она смотрела так серьезно, открыто и доверчиво; бледно-зеленые глаза блестели в лучах заходящего солнца. Тамани поймал себя на том, что наклоняется к ней, опомнился и отпрянул. Следующий шаг нельзя сделать без Лорел, хотя лучше бы ей не ввязываться.
— Клеа просила тебя подружиться с Юки. Надеюсь, ты сможешь что-нибудь узнать.
Лорел кивнула.
— И я надеюсь. Правда, сама Юки этот план не одобряет. Такое ощущение, что она от меня прячется.
— А ты попробуй еще. — Тамани старался говорить ободряюще. — Только будь осторожна. Мы до сих пор не знаем, на что она способна и не собирается ли тебе навредить.
Лорел опустила голову.
— И постарайся выяснить ее касту, — Тамани тут же вспомнил, что Лорел не любит это слово — по причине, которую он толком не понимал, — и исправился: — То есть время года. Для нас это имеет колоссальное значение.
— Хорошо.
Тамани почти подъехал к дому Лорел. Она положила руку на ручку двери и задержалась.
— А Шар... Неблагой?
Тамани покачал головой.
— Мать пыталась воспитать его таким, но он не особенно поддавался. А с тех пор как встретил свою подругу, Ариану, он меньше всего на свете хочет покидать Авалон. Ариана и ее сеянец Ленор — для Шара весь мир. Для него нет ничего дороже их безопасности — и безопасности Авалона. Даже если его матери придется умереть в изгнании.
— Я просто спросила, — тихонько сказала Лорел.
— Послушай, Лорел! — Тамани перехватил ее запястье. Ему хотелось притянуть ее к себе, обнять и забыть обо всем. Руки задрожали от страсти, и он заставил себя успокоиться, — Спасибо, что поехала со мной. Без тебя бы ничего не получилось.
— А оно того стоило? — Ее рука застыла в его ладони. — Мы ничего не узнали. Я думала, Джеймисон хоть что-то объяснит.
В глазах Лорел читалось разочарование. Тамани сглотнул; он ненавидел ее огорчать.
— Для меня — да, — тихо сказал он, не отрывая глаз от их рук.
Так не хотелось ее отпускать, но иначе Лорел осторожно высвободится сама, а это еще хуже. Он заставил себя разжать пальцы, и ее рука бессильно повисла.
— К тому же, — добавил он, изображая беззаботный тон, — хорошо, что Джеймисон узнал про Клеа и Юки. Шар такой... независимый. Любит сначала разобраться сам, а потом уже рассказывать. Упрямый, ужас! — Тамани откинулся на спинку сиденья, держа руку на руле. — Увидимся в школе в понедельник, — улыбнулся он и, резко нажав на газ, унесся прочь.
Войдя в пустую квартиру, Тамани не стал включать свет, а молча сел в кресло. Зашло солнце, и в комнате совсем стемнело. Он старался не думать о том, чем Лорел займется в выходные. Хотя он и не был чересчур назойлив, однако видел нежные поцелуи и объятия гораздо чаще, чем хотелось бы. Он подозревал, что все выходные одинаковы, и сомневался, сможет ли снова выдержать подобное зрелище.
С усилием поднявшись, Тамани подошел к окну, выходящему к деревьям за домом. Джеймисон велел доверять себе. Так тому и быть. Несколько дней назад он прокрался вслед за Юки к домику, где она, по-видимому, жила. Стражи, которым предстоит следить за ней день и ночь, прибудут через пару дней. А значит, он не выспится, но станет наблюдать за ней сам.

ГЛАВА Х

— Чудеса, да и только, — сказал Дэвид.
Они сидели у Лорел на диване и болтали о поездке в Авалон, забыв об учебниках.
— Да знаю! Я-то думала, только люди изгоняют инакомыслящих. Лично мне это кажется особенно забавным.
Дэвид рассмеялся.
— Кстати, это неслабое нарушение законов физики — переноситься на тысячи миль за пару секунд.
— У фей свои законы, — отмахнулась Лорел. — Так ты узнал что-нибудь про мембрану?
— Узнал. А ты? — поддразнил он.
— Прочла в Интернете, что тилакоидная мембрана содержит хлоропласты. Значит, в ней солнечный свет преобразуется в энергию.
— У меня тот же ответ, — улыбнулся Дэвид, — И твоя подруга Катя говорила, что на Летних фей тилакоид действует сильнее. Наверное, вырабатывает больше энергии из меньшего количества света.
— Видимо, потому, что свет используется в их магии, — Лорел вспомнила «фейерверки» на празднике Самайн в прошлом году.
— Катя обнаружила эту особенность, когда пила с подругами светящийся раствор? — Дэвид не скрывал восхищения.
— В общем, да.
— Вот бы попробовать!
Лорел удивленно подняла брови.
— Нет, правда! Представляешь, как круто? Например, в Хеллоуин, дал детям пару глотков на дорогу, и пусть идут пугать соседей. Зато не потеряются!
— Сомневаюсь, что тебя так волнует их безопасность.
— А еще здорово выпрыгнуть из-за дерева, светясь зеленым!
— Вот теперь верю. — Лорел посмотрела на скудные записи, которые сделала с Катиной помощью, — Выходит, если обработать образец клеток фосфоресцирующим веществом, по длительности свечения можно легко отличить Летнюю фею.
— Не думаю, что все так просто. — Дэвид перевернулся на живот и придвинулся к Лорел. — Подружка Кати светилась, потому что ее тилакоидная мембрана полностью усваивала вещество. В образце клетки неживые и не растут. Нужно найти способ сохранить его живым. Или провести опыт прямо на коже Юки.
— Сомневаюсь, что она согласится, — криво усмехнулась Лорел.
Они помолчали.
— Цветы ведь некоторое время не вянут в подслащенной воде?
Дэвид пожал плечами.
— Думаю, да.
— А когда тролли бросили нас в реку Четко, Тамани заклеил мне рану и лечил таким сияющим шаром — вроде карманного солнца. Если бы мне удалось как-нибудь тайком, — она покачала головой, отгоняя мысли о возможных препятствиях, — получить крошечный образец клеток Юки! Я бы положила его в сладкую воду и потом посветила этим шаром. Вдруг этого хватит, чтобы сохранить живую ткань?
— Кто знает. То есть, будь это обычное растение, я бы не поверил, но ведь феи — высшая форма растительной жизни?
Лорел кивнула.
— Вдобавок шар волшебный, так что может и получиться. Сумеешь его сделать?
— Нет, это очень серьезная магия. Попрошу Тамани достать.
— А светящийся раствор сможешь приготовить?
— Думаю, да.
— Выпьешь его как-нибудь ночью? Будешь сиять в темноте.
Лорел опешила.
— Нет!
— Ну пожалуйста! Роскошное будет зрелище! — Он поднялся на колени, восторженно сцепив руки. — Я бы на твоем месте непременно выпил.
— Нет.
— Да брось!
— Ни за что!
Дэвид пихнул ее в бок.
— Будешь похожа на сияющего ангела.
— Скорее на источник радиации. Спасибо, не надо.
— Он схватил ее в охапку, прижал к дивану и стал щекотать.
— Перестань!
Дэвид убрал руки и плюхнулся рядом.
— Знаешь, ты удивительная, — выдохнул он, отбрасывая со лба прядь волос.
— Сам такой.
Он поскреб нос и покачал головой.
— Ну и ладно. Однажды я тебе надоем, и ты пошлешь меня подальше.
Несмотря на улыбку, в его голосе звучали серьезные нотки.
— Дэвид, ты мне никогда не надоешь, — мягко сказала Лорел.
— Очень надеюсь. — Дэвид зарылся лицом ей и шею. — Среди обычных людей я умру от скуки.

В понедельник Лорел первым делом стала выглядывать Тамани. Интересно, где его носило все выходные — особенно после того, как они столько выяснили? А еще ей не терпелось узнать, достанет ли он светящийся шар. На приготовление раствора уйдет несколько дней, и вскоре можно будет испытать новую теорию.
Она как раз возьмет свой лепесток.
Утром, выйдя из душа, Лорел заметила крошечную шишку и ощутила знакомое покалывание между лопатками. Было довольно рано, но лето выдалось жарче обычного; теперь же мать-природа словно спохватилась. Дул прохладный ветерок; листья стали понемногу желтеть. Наступил сезон туманов, и по утрам бывало промозгло и сыро. А Лорел, как и все растения, зависела от погоды.
Хотя она ожидала раннего цветения, шишка никогда еще не набухала в сентябре.
— Ну вот, опять, — шепнула Лорел, задумчиво разглядывая свое отражение в зеркале.
Правда, шептать не было нужды. Она скрывала цветение от всех, кроме родителей. В прошлом году, когда ложь едва не стоила им с Челси жизни, Лорел решила, что честность — лучшая политика. Прятаться и так было от кого, и уж в родном доме, как нигде, хотелось быть собой. Родители знали о волшебном происхождении дочери, о Тамани и даже о Юки. Лорел умолчала только о своих чувствах к Тамани и не объясняла, почему так важно, что Юки — фея. Кому нужны лишние подробности? Родителям хватало ума, чтобы делать выводы самостоятельно.
Тамани так и не появился, зато у шкафчиков ждал Дэвид.
— Рада видеть. — Лорел тепло обняла своего парня.
Он погладил ее по щеке, отодвинул непокорную прядь со лба и нежно взял за подбородок. Лорел улыбнулась, предвкушая поцелуй.
— Привет, Лорел!
Тамани с усмешкой прошел мимо и помахал рукой, довольный, что помешал им обниматься. Провожая его взглядом, Лорел заметила еще одного зрителя.
У противоположной стены стояла Юки и неотрывно, почти страстно смотрела на Тамани.
— Ерунда какая-то, — еле слышно шепнула Лорел.
— И не говори, — буркнул Дэвид.
— Я не о нем. — Лорел крепко сжала его руку. — О Юки.
Дэвид перевел взгляд на дикую фею: она повернулась к своему шкафчику и снимала книги с верхней полки.
— А что Юки?
— Не знаю... так странно на него таращилась. — Лорел задумалась, — Кстати, надо к ней подойти — я же хочу дружить. Прекрасный синоним к слову «шпионить», — добавила она шепотом.
Дэвид кивнул. Лорел стиснула его руку на прощание и направилась к Юки.
— Эй, Юки! — звонко позвала она, мысленно морщась от своей неискренности.
Похоже, от дикой феи фальшь тоже не ускользнула.
— Привет, — вежливо кивнула она.
— Мы почти не общаемся, — Лорел силилась найти тему для разговора, — Просто хотела узнать, как ты тут освоилась.
— Хорошо, — угрюмо ответила Юки.
— Вот и отлично, — улыбнулась Лорел, чувствуя себя полной идиоткой. — Если что-нибудь понадобится, обращайся, ладно?
Сверкнув глазами, Юки шагнула в сторону, подальше от толпы учеников, и потянула Лорел за собой.
— Слушай, Клеа вздумалось просить у тебя помощи, но это не значит, что я в ней нуждаюсь.
— Я не против, — искренне ответила Лорел, положив руку Юки на плечо. — Просто я сама была такой потерянной, когда сюда пришла. Представляю, каково тебе.
Юки дернула плечом, сбрасывая руку, и посмотрела так зло, что у Лорел пересохло во рту.
— У меня все хорошо. Я большая девочка и способна о себе позаботиться. Мне не нужна твоя помощь и уж тем более жалость.
Она развернулась, взметнув полы голубой юбки, и зашагала прочь.
— Ну что ж, — сказала Лорел в пустоту, — для начала неплохо.
Та же сцена, почти без изменений, повторилась на следующий день и два дня спустя.
— Клянусь, она меня ненавидит, — прошептала Лорел Тамани. Они сидели на уроке истории, и миссис Хармс что-то бубнила про войну тысяча восемьсот двенадцатого года. — Что я ей сделала?!
— Тебе нужно стать более коммуникабельной, — усмехнулся Тамани.
— Зачем? Думаешь, она наябедничает Клеа?
— Слышала поговорку «Держи друзей близко, а врагов — еще ближе»?
— Мы точно не знаем, что она враг.
— Да, — согласился Тамани, — не знаем. Но в любом случае лучше держаться к ней поближе.
— И что мне делать? Я предложила помощь, а дальше ты знаешь.
— Да брось. — В его голосе послышался мягкий упрек. — Сама бы не разозлилась, если бы тебя полезли опекать?
У Лорел не нашлось возражений.
— Ума не приложу, что делать.
Тамани покосился на миссис Хармс и наклонился ближе.
— А давай я попробую.
— Попробуешь... подружиться с ней?
— Ну да. У нас много общего. Правда, ей не все известно, зато мы оба иностранцы и впервые в Кресент-Сити. А кроме того, — добавил он, подняв брови, — сама знаешь, я хорош собой и обаятелен.
Лорел вытаращила глаза.
— А еще я с тобой здороваюсь.
С этим было трудно поспорить. Он здоровался раза три в день, как правило, чтобы помешать поцелую.
— Что да, то да, — согласилась Лорел.
— С тобой я уже подружился, теперь подружусь с ней, а через неделю-другую наши пути пересекутся.
— Неплохой план. — В глубине души она обрадовалась, что больше не придется общаться с Юки. Мама всегда говорила, мол, насильно мил не будешь, и за последние дни Лорел еще раз убедилась в ее правоте.
— К тому же я не связан с Клеа — ну, насколько ей известно. У меня больше шансов что-нибудь выяснить.
Лорел не сомневалась, что Тамани добудет любую информацию у кого угодно, если захочет. Она откинулась на спинку стула и пожала плечами.
— Она твоя.

Юки шла к домику, где, похоже, проводила все время после школы. Тамани медленно ехал вдоль тротуара на своем кабриолете.
— Подвезти?
Девушка обернулась, испуганно прижав к груди книги. Она сразу его узнала, но опустила глаза и чуть заметно покачала головой.
— Да ладно! — озорно улыбнулся Тамани, — Я не кусаюсь... слишком сильно!
Юки смерила его пристальным взглядом.
— Нет, спасибо.
— Хорошо, — сказал он через минуту, — Как хочешь.
Тамани нажал на газ, обогнал ее и притормозил у обочины. Юки поравнялась с ним, когда он вылезал из машины, и растерянно спросила:
— Что ты делаешь?
Тамани захлопнул дверь.
— Ты не хочешь покататься, вот я и решил пройтись.
Она остановилась.
— Шутишь?
— Тебе необязательно идти рядом. Правда, тогда я буду разговаривать сам с собой, а это странно выглядит.
Он развернулся и неторопливо зашагал вперед, считая в уме до десяти. На цифре девять послышался шорох гравия: Юки догоняла. Отлично.
— Извини, — сказала она. — Я не шарахаюсь от людей, просто тут все чужие. И я не сажусь в машину к незнакомцам.
— Мы знакомы. — Тамани заглянул ей в глаза — Наверное, я первый, кого ты встретила в школе. После Робисона, конечно.
— Ты делал вид, что не знаешь меня, — сдержанно заметила Юки.
Тамани пожал плечами.
— Да просто хотел понаблюдать за остальными. Они так забавно разговаривают, как будто у них ватные шарики во рту.
Юки засмеялась, и Тамани наконец-то смог ее рассмотреть. Она была очень хорошенькой, когда не опускала свои красивые зеленые глаза. А еще у нее милая улыбка — вот только раньше не доводилось ее видеть. Он протянул руку.
— Кстати, я Тэм.
— Юки. — Она нерешительно ответила на рукопожатие. Тамани чуть задержал ее руку в своей, надеясь выманить еще одну улыбку.
— А у тебя нет... сопровождающего из класса? — спросил он, когда они повернули за угол. — Ты ведь по обмену?
— Ну... — Юки нервно поправила прядь волос. — Не совсем. У меня особый случай.
— А с кем ты живешь?
— В основном одна. Не то чтобы совсем одна, — быстро исправилась она. — Хозяйка дома — ее зовут Клеа — звонит каждый день и часто приходит. Но она много ездит по работе. Не говори в школе, ладно? — добавила Юки, явно удивляясь своей просьбе. — Они думают, Клеа почти все время тут.
— Не буду, — беспечно пообещал Тамани. Он наблюдал за домом и знал, что Клеа появляется от силы раз в неделю. — А сколько тебе лет?
— Шестнадцать.
«Ответила без запинки, — подумал Тамани. — Или идеально умеет врать».
— Тебе не одиноко?
Юки замялась, кусая губу.
— Бывает. Но чаще мне нравится. Никто не гонит спать и не указывает, что смотреть по телику. Многие о таком мечтают.
— Например, я, — сказал Тамани. — Мой дядя весьма строг — «Мягко говоря», — подумал он про себя. — Правда, чем старше я становлюсь, тем больше свободы он мне дает.
Юки свернула на тропинку к домику.
— Ты здесь живешь? — спросил Тамани.
На самом деле вопрос был излишним: юноша сразу узнал небольшой, увитый плющом коттедж. Сзади располагалась крошечная спальня, а за входной дверью — гостиная. Тамани знал, что покрывало на постели фиолетовое, а стены увешаны фотографиями поп-звезд, вырезанными из журналов. Еще он знал, что на самом деле Юки не любит одиночества и подолгу валяется на кровати, глядя в потолок.
Вот только она не догадывалась, что не одинока с тех пор, как приехала в Кресент-Сити.
— А, да, — встревоженно отозвалась Юки, словно только сейчас поняла, куда они зашли.
— Тогда попрощаемся здесь. — Тамани не хотел надоесть при первой же встрече. — Я тут машину оставил неподалеку.
Она снова улыбнулась, и ямочка на левой щеке покорила Тамани окончательно. Не то чтобы у фей такого не бывало, но при свойственной им симметрии ямочка с одной стороны — это редкость. Тамани невольно заулыбался в ответ. Все-таки Юки — малый ребенок, и хочется верить в ее искренность.
— Ну что, — сказал он, отступая к тропинке, — если я завтра с тобой поздороваюсь, ты ответишь?
Она молчала, и Тамани замедлил шаг.
— Зачем ты это делаешь, Тэм? — спросила Юки после долгой паузы.
— Что? — Тамани остановился.
— Все это. — Она жестом показала на себя и на него.
Тамани опустил глаза, изображая смущение.
— Я соврал. Я заметил тебя в первый же день. Сразу заметил. Просто не сразу набрался смелости, чтобы подойти.
Он внимательно смотрел на Юки и еще до того, как она ответила, понял, что победил.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Я буду здороваться.

ГЛАВА XI

Лорел изучала себя в зеркале, размышляя, действительно ли шишка на спине такая большая или ее искажает отражение. В конце концов, придется распустить волосы и надеяться на лучшее. Дэвид рано ушел в школу на заседание «Национального общества почета», и Лорел решила, что пойдет пешком, а потом поедет с ним домой. Глянув на часы, она побежала вниз. По дороге схватила яблоко из корзинки на кухонной стойке, крикнула родителям «пока!» и выскочила во двор, навстречу утреннему солнцу.
— Подвезти? — Рядом притормозил кабриолет Тамани.
Лорел замешкалась. С одной стороны, почему бы не прокатиться с приятелем? С другой — он явно заявил о своих намерениях, и ей не хотелось его поощрять или, что еще хуже, водить за нос, как год назад. Зато в кабриолете можно надышаться свежим воздухом — Лорел обожала ветер в лицо.
— Спасибо, — Она с улыбкой открыла дверь и юркнула на сиденье.
— Ну что, химичишь понемногу? — спросил Тамани, когда показалась школьная стоянка.
— Почти закончила вторую порцию раствора. Дело идет медленно, но зато я уверена, что на этот раз все получится.
— Тогда удачи. А я принес тебе подарок, — Тамани протянул ей небольшой сверток.
По очертаниям Лорел узнала долгожданный светящийся шар.
— Спасибо! Надеюсь, завтра я зацвету и мы начнем опыты.
— Всегда пожалуйста. Я вот думаю: может, стоит сначала провести опыт на живой фее? То есть сейчас, если я верно понял, ты хочешь сохранить живые растительные клетки и соединить их с раствором. Разве не лучше начать с более простой реакции? Не подумай, что я учу тебя химичить, — быстро добавил он.
— Нет, ты прав, — неохотно сказала Лорел, припомнив просьбу Дэвида выпить раствор, — Правда, неудобно будет заявиться в школу сияющей.
— Может, и не придется. Уже почти выходные. Катя же говорила, что вещество за ночь выветривается? И если мы попробуем оба, то увидим разницу между Весенними и Осенними.
— Может... — рассеянно сказала Лорел. — Не уверена, что разумно пить эту смесь... а что, если применить ее прямо... — Она умолкла, погрузившись в раздумья.
— Лорел?
— Да? — встрепенулась она.
Тамани рассмеялся.
— Я звал тебя уже трижды.
Они были на стоянке. Ученики сновали между машинами, буквально перед самым носом.
— Кстати, я еще хотел рассказать о Юки.
— Что именно?
— По-моему, первый контакт состоялся. На днях я провожал ее домой.
— Вот как? Неплохо.
Лорел чувствовала себя неуютно, сидя в кабриолете Тамани посреди школьной стоянки. Она подняла голову: на ступеньках у входа ждал Дэвид. Видимо, заседание закончилось раньше. Он посмотрел в их сторону и быстро зашагал навстречу.
— Буду продолжать в том же духе. Надеюсь, она оттает... — Тамани замолчал, глядя поверх головы Лорел.
Она обернулась: Дэвид стоял у машины, натянуто улыбаясь.
— Помочь? — спросил он, открывая дверь.
— Да, спасибо. — Лорел забросила сумку на плечо и вышла.
— Не знал, что тебя надо подвезти, — сказал Дэвид, попеременно поглядывая то на нее, то на Тамани. — Могла позвонить.
— Ты был занят, — пожала плечами Лорел. — Я решила, что мы вместе поедем домой после обеда, и пошла пешком.
— А я проезжал мимо, — спокойно сказал Тамани.
— Не сомневаюсь. — Дэвид обнял Лорел за плечи и повел от машины.
— Лорел? — позвал Тамани. — Так что, может, в выходные?
В вопросе явно слышался подтекст, и Дэвид проглотил наживку.
— Что в выходные? — напряженным тоном спросил он.
— Да ничего. — Лорел встала между Дэвидом и Тамани, надеясь, что, не видя друг друга, они прекратят пикировку. — Он помогает мне с... одной штукой. С опытами.
— Мы же собирались в выходные готовиться к экзаменам, — разочарованно произнес Дэвид.
— У нее есть дела посерьезнее, чем ваши человеческие экзамены.
— Да прекратите же! — прошипела Лорел, разозлившись на обоих. — Что с вами?
Дэвид виновато скрестил руки на груди, а Тамани стал похож на ребенка, застигнутого за кражей печенья. Лорел сердито глянула на обоих и понизила голос.
— Послушайте, у нас столько всего происходит! Я не намерена нянчиться с вами обоими. Бросайте, ладно? — Не говоря ни слова, она захлопнула дверь кабриолета и быстро зашагала к школе.
— Лорел, постой! — позвал Дэвид.
Но она не остановилась.
Он догнал ее в раздевалке.
— Слушай, извини. Я просто... озверел, когда увидел тебя с ним. Это так глупо.
— Глупее не бывает.
— Мне... не нравится, что он здесь. Раньше все было нормально, а теперь он постоянно здоровается, когда мы вместе, записывается на дополнительные уроки... — Дэвид смущенно улыбнулся. — Если помнишь, именно так я ухаживал за тобой.
— Тут совсем другое. — Лорел захлопнула шкафчик, — У нас важное дело, и мне сейчас не до твоих амбиций.
— Это не амбиции, — возразил Дэвид, — Мы оба знаем: он хочет быть для тебя не только телохранителем. Думаю, логично, что меня это слегка расстраивает.
— Ты прав, — отрезала Лорел, — Если ты мне не доверяешь, это логично.
Она развернулась и, не оглядываясь, пошла на урок.
— Парни — это тихий ужас! — фыркнула Лорел, швыряя рюкзак на пол в мамином магазине.
— Рада слышать, — улыбнулась мама.
Лорел невольно улыбнулась в ответ, хотя и скорчила недовольную гримасу.
— Похоже, ты прячешься? — спросила мама. — Твой план эвакуации предусматривает легкий физический труд?
— Всегда рада помочь.
С тех пор как они год назад прояснили отношения, Лорел чаще помогала здесь, чем в соседнем книжном у отца. У мамы появилась приходящая сотрудница, и откровенно поговорить удавалось не всегда, но в будни магазин был целиком в их распоряжении.
— Что нужно сделать? — спросила Лорел.
— У меня две коробки с новым товаром. Можем разобрать их вместе и заодно поболтать.
— Идет.
Какое-то время они работали молча, затем мама нарушила тишину.
— Так что... Дэвид оказался не на высоте?
— Типа того, — пробормотала Лорел. — Он странно себя ведет. Я ведь рассказывала про Тамани?
— Да, — хитро улыбнулась мама, — хотя я подозреваю, что не все.
— Ну да, не совсем. Он начал вмешиваться в наши отношения. И Дэвид ревнует.
— А есть причины?
Лорел задумалась.
— Кто его знает?..
— Это вопрос?
Она засмеялись, и у Лорел словно упала гора с плеч.
— Похоже, ты умеешь постоять за себя, — сказала мама. И добавила: — Так вы расстались?
— Нет! — резко возразила Лорел.
— Значит, ты все-таки счастлива с ним?
— Да! — закивала Лорел, — Он классный. Просто у него неудачный день. Из-за такого не расстаются. Он весь на нервах из-за Тэма... Тамани, — В школе она привыкла к его уменьшительному имени.
— Но Тамани тебе тоже нравится?
— Не знаю, — шепнула Лорел. — То есть это не так, как с Дэвидом. — Она склонила голову маме на плечо. Все так запутанно! — Я люблю Дэвида. Мы столько пережили вместе. Ты понимаешь, о чем я?
— Да, понимаю, — усмехнулась мама — Но любовь всегда немного эгоистична. Невозможно просто заставить себя полюбить. Одного желания недостаточно.
Лорел опешила.
— По-твоему, мне надо бросить Дэвида? — Сама мысль приводила ее в ужас.
— Нет, не надо. Дэвид мне нравится. Я никогда не видела Тамани — кстати, нужно это исправить. — Мама накрыла руку Лорел ладонью. — Я говорю только, что не стоит оставаться с ним из благородства. Ты не обязана пожизненно быть чьей-то девушкой. Этот выбор делается каждый день.
Лорел медленно кивнула и помолчала.
— Я люблю его.
— Знаю. Но любовь бывает разная.

ГЛАВА XII

Воодушевленная маминым советом, Лорел решила, что вполне может пригласить Тамани в гости. Как друга. В пятницу вечером она впервые позвонила ему на айфон и предложила зайти в субботу помочь с опытами. И только с опытами. Маме не доведется увидеть Тамани — по субботам в магазине горячая пора, а отец будет дома. Для начала и этого хватит.
Раздался звонок в дверь, и папа крикнул, что сам откроет. Лорел не побежала вниз — все равно папу не обогнать — и снова стала разглядывать цветок в зеркале. Красивый и целый — как раньше. Год назад тролль вырвал у нее пучок лепестков, и Лорел боялась, что больше не сможет полноценно зацвести. К счастью, травма прошла бесследно. Густо-синие в центре и почти белые по краям, лепестки образовывали четырехконечную звезду, даже сейчас похожую на крылья. Временами, когда цветок не пугал и не причинял неудобств, она любила его.
А вот знакомить с Тамани отца, который знает, что она зацвела, как раз было таким неудобством.
Собираясь с духом, Лорел поправила зеленый топ и капри и чуть приоткрыла дверь комнаты. Вскоре снизу послышался мягкий выговор Тамани. Встречать гостей с пышным цветком на спине было чересчур опасно — вдруг окажется, что соседка заглянула поболтать.
Уже в который раз Лорел задумалась, не позвонить ли Дэвиду. Вчера он прислал имейл с извинениями, но она еще не ответила. По правде говоря, не знала, что написать. Где-то час назад она подходила к телефону и начинала набирать его номер. Но в разгар опытов ей будет не до выяснения отношений; а если Дэвид придет сюда, напряженная атмосфера помешает сосредоточиться.
«Позвоню, когда Тамани уйдет», — пообещала она себе и стала медленно спускаться по лестнице.
Тамани беседовал с папой. Как ни странно, Лорел почувствовала укол ревности. Два года Тамани был ее личным секретом, которым она лишь пару раз поделилась с Дэвидом. Порой она жалела, что нельзя вернуть все назад, когда у Тамани были ярко-зеленые глаза, длинные волосы и он не носил джинсов и обуви. Когда он принадлежал только ей.
Она и не заметила, что папа и Тамани умолкли и смотрят на нее.
— Салют! — Лорел неловко махнула рукой.
— Салют был бы кстати! — воскликнул папа. — Я и не знал, что ты уже цветешь!
Лорел пожала плечами.
— Ничего особенного, — заявила она со всем безразличием, на которое только была способна. Тамани выглядел спокойным, но не отрывал глаз от ее цветка.
Внезапно он сунул руки в карманы.
«Ах да, пыльца!» — догадалась Лорел.
— Итак. — Она вымученно улыбнулась. Папа пялился на ее лепестки, а Тамани старательно смотрел в сторону. — Папа, это Тамани. Тамани, это папа.
— Да, Тамани как раз рассказывал мне о работе телохранителей. Очень увлекательно!
— Для тебя увлекательно все, что связано с феями, — устало сказала Лорел.
— Почему бы и нет? — Папа скрестил руки на груди и с гордостью посмотрел на дочь.
Лорел не знала, куда деваться от смущения.
— Ладно, у нас дела.
— Уроки? — недоверчиво спросил папа.
— Магия. Тамани любезно согласился предоставить свое тело для моих опытов. — Слова вырвались раньше, чем она осознала, как двусмысленно они звучат. — Ну, то есть он мне будет помогать.
— Потрясающе! А можно посмотреть? — с детской наивностью спросил папа.
— Конечно — когда папа заглядывает через плечо, это так естественно! — весело откликнулась Лорел.
— Ну хорошо. — Он подошел обнять дочь и шепнул на ухо: — Выглядишь великолепно. Не закрывай дверь.
— Папа! — прошипела Лорел, но он многозначительно поднял бровь.
Тамани задумчиво наблюдал за происходящим.
— Хорошо. — Она отстранилась и пошла к лестнице. — Сюда.
Тамани на миг задержался, подошел к папе Лорел и протянул руку. Пыльцы на ладони не было, видимо, вытер о подкладку кармана.
— Рад познакомиться, мистер Сьюэлл.
— Взаимно, Тэм. — Лорел поморщилась: до чего нелепо слышать «Тэм» от папы. — Поболтаем как-нибудь?
— Конечно. — Тамани второй рукой похлопал папу по плечу. — Но сегодня суббота, наверняка в вашем магазине толпа людей!
— Обычно толпа собирается к полудню. — Папа указал на часы: было одиннадцать с минутами.
— Да, но ведь учебный год только начался, и все покупают учебники. Уверен, там полно народу и всем нужна ваша помощь. Идите в магазин. С нами все будет в порядке.
Через три секунды Лорел поняла, что происходит.
— Пожалуй, ты прав, — Папин голос зазвучал несколько отстраненно. — Пойду помогу им.
— Рад был пообщаться с вами, хоть и недолго. Уверен, мы еще увидимся.
— Да, с удовольствием! — сказал папа уже нормальным тоном, — Ну что ж, успехов вам, а я пойду выручать Мэдди, в субботу в магазине не протолкнешься, — Он захватил ключи от машины и вышел.
Лорел повернулась к Тамани.
— Знаешь, не смешно.
— А что? — искренне удивился тот. — Он же нам мешал.
— Он? Это мой папа!
— Обольщение безвредно, — возразил Тамани. — Кроме того, я сто лет живу один и не очень-то привык к заботливым родителям.
— В моем доме свои правила, — твердо заявила Лорел. — Больше так не делай.
— Договорились, — Тамани поднял руки и, помолчав, окинул ее взглядом, — А он прав, ты великолепно выглядишь.
Гнев Лорел растаял, и она смущенно опустила глаза. Тамани как ни в чем не бывало стал подниматься по лестнице.
— Ну что, начнем?
За последние пару лет комната Лорел превратилась из типичного обиталища подростка в уютную розовую лабораторию. От прежней жизни сохранились лишь тонкие занавески и девчачье покрывало. На подоконнике сверкали прозрачные призмы, отбрасывая радужные блики. Вместо дисков, косметики, книг и одежды повсюду валялись пробирки, ступки и реактивы — мешочки с листьями, флаконы с маслами и корзинки с сухими цветами.
Зато тут всегда приятно пахло.
Лорел села за стол и жестом указала Тамани на розовую табуретку, пытаясь не вспоминать, как часто на ней сидел Дэвид, наблюдая за опытами.
— Ну что, — сказал Тамани, обращаясь скорее к ее цветку, — много уже успела?
— Пока не все, — У Лорел сдавило грудь, но она старалась не обращать внимания. — Светящийся раствор я приготовила. Еще пыталась сделать немного порошка циоан, но пока не вышло.
— А зачем он тебе? О феях с его помощью ничего не узнаешь.
— Мне ведь нужно что-то похожее. А бывает — вроде бы все получается, но я делаю ошибку, и возникает такое чувство... не знаю, как описать. Когда берешь аккорд на гитаре и он как будто звучит правильно, только я знаю, что это не то, что мне нужно совсем другое...
Тамани беспомощно улыбнулся.
— Ничего не понял.
Лорел засмеялась.
— Да я тоже! В этом-то и беда. Думаю, Катя права, разные феи по-разному реагируют на свет. Например, хотя я люблю солнечные лучи, химичить они не помогают. А Весенние феи... вы ведь легко приспосабливаетесь. Скажем, можете всю ночь не спать, правда?
— Довольно часто. — Судя по усталому голосу, Тамани не спал несколько ночей.
— А стражи на Хоккайдо выдерживают серьезные морозы.
Тамани задумался.
— Ну да, но им помогают Осенние. Они делают специальный чай из...
— Белой брионии, я помню. И все-таки энергию нужно откуда-то брать. А Зимние феи используют тонны энергии, когда... что такое? — спросила она, заметив, что у Тамани странно сверкнули глаза.
— Только послушай себя, — сказал он с некоторой гордостью. — Ты восхитительна. У тебя появилось чутье. Я знал, что ты снова превратишься в настоящую Осеннюю фею.
Лорел откашлялась, пряча улыбку, и стала бесцельно толочь готовый порошок на донышке ступки.
— И что будем делать? — спросил Тамани.
— Не знаю. Я по-прежнему думаю, что нам не стоит пить эту смесь. Интересно, подействует ли она на нашу кожу...
Тамани немедленно протянул руку.
— ...Но я не собираюсь пробовать наугад. Зелье нужно чувствовать руками, — сказала Лорел. — То есть сначала я хочу понять, как устроены твои клетки, а значит, мне нужно к тебе... прикоснуться.
«Еще глупее нельзя было сказать?» — мрачно подумала она, видя, что Тамани не скрывает радости.
— Давай, — Он снова протянул руку, блестящую от пыльцы.
— Вообще-то, — медленно сказала Лорел, — лучше, чтобы ты... снял футболку и сел у окна. Тогда через некоторое время в твоих клетках начнется фотосинтез, и я смогу его ощутить.
— Звучит почти разумно, — Тамани ухмыльнулся, сел на стул у окна и стал ждать, когда Лорел устроится рядом. Она тщательно следила, чтобы их тела не соприкасались. Не потому, что боялась отвлечься, просто так пальцы будут гораздо чувствительнее.
— Готова? — тихо и немного вкрадчиво спросил Тамани.
Лорел выглянула в окно: солнце только что показалось из-за облака.
— Прекрасно, — спокойно сказала она. — Давай.
Тамани вытянул длинные руки над головой, стаскивая футболку.
Лорел изо всех сил старалась сосредоточиться. Поднеся руки к спине Тамани, она провела пальцами по коже. Закрыв глаза, нажала чуть сильнее и попыталась ощутить, что происходит в клетках.
Солнце ласкало тыльные стороны ладоней. Лорел наклонила голову и тут же поняла свою ошибку: она закрывает кожу Тамани от солнечных лучей. Разочарованно вздохнув, она убрала руки и снова опустила, на этот раз ниже, к боку, на который падал свет. Тамани пошевелился, но Лорел была так сосредоточена, что даже он не мог ее отвлечь.
Ну, почти не мог.
Ярдли научил Лорел постигать свойства любого растения на ощупь. Он уверял, что со временем она начнет чувствовать все необходимое — в частности, как будет вести себя растение при смешивании с другими. Точно так же ей нужно почувствовать Тамани. А если бы еще получилось найти способ отличать их клетки друг от друга…
Ощущения ускользали, не успев появиться. То ли оттого, что Лорел по-прежнему закрывала свет, то ли различий на самом деле не было. От попыток напрячься становилось только хуже. Наконец она поймала себя на том, что до боли сжимает пальцы и уже не чувствует никакой разницы.
Лорел убрала руки, стараясь не замечать небольшие вмятины, которые оставила на спине Тамани.
— Ну что? — Он повернулся к ней и оперся на подоконник, не изъявляя ни малейшего желания надеть футболку.
Лорел раздосадовано вздохнула.
— Что-то было... и улетучилось.
— Хочешь повторить? — Тамани наклонился ближе. Он говорил мягко и искренне, без тени флирта.
— Не думаю, что есть смысл.
Она все еще пыталась разобраться в ощущениях на кончиках пальцев. Похоже на слово, которое вертится в голове, но забывается, как только пытаешься его произнести. Закрыв глаза, Лорел стала медленно массировать виски, ощущая жизнь собственных клеток. Ничего нового.
— Жаль, что я... не могу... прикоснуться лучше. — Точнее сформулировать не получалось. — Просто я толком не понимаю, что хочу уловить. Как будто мешает твоя кожа. В Академии я бы разрезала образец, но этот вариант нам не подходит.
— А что ты еще делаешь, когда не можешь определить свойства растения? Кроме того, чтобы его резать?
— Нюхаю, — машинально ответила Лорел. — А если оно неядовитое — пробую на вкус.
— На вкус?
На лице Тамани заиграла полуулыбка.
Нет. — Она сразу догадалась, что он имеет и виду. — Нет, нет, нет, не...
Она умолкла: Тамани обхватил ее за щеки вымазанными пыльцой руками и впился ртом в губы.
В глазах Лорел вспыхнули радужные искры, сливающиеся в затейливые узоры, и замелькали безумные цветные картинки. В голове сами собой возникли обрывки мыслей, от которых ее зашатало и замутило: «Мощное противоядие — смешать с тычинками каллы. Омолаживающая микстура для животных — настоять на нектаре бессмертия. Защита от обольщения, лепестки роз, фоторезистор, бальзам, маргаритки, яд-настойка-нектар-смерть...»
Она отпрянула. Голова так кружилась, что не было сил даже на пощечину.
— Лорел? Лорел, ты в порядке?
Доковыляв до кресла, она жестом велела Тамани молчать.
— Лорел, я...
— Я же сказала, нет, — Ее голос звучал ровно и отстраненно, при этом в голове бурлил водоворот мыслей. Конечно, стоило прийти в ярость, но она испытывала такую гамму ощущений, что почти не замечала Тамани.
— У тебя не получалось. Я должен был попытаться. Я ничего такого не имел в виду...
— Нет, имел, — возразила Лорел. Хотя легко все свалить на опыты, на самом деле Тамани просто воспользовался случаем. К счастью для него, удачно. Она в оцепенении посмотрела на Тамани, и наконец ее осенило: он и понятия не имеет, что произошло.
— Хочешь, чтобы я извинился? Я могу, если это важно. Пожалуйста...
Лорел поднесла палец к его губам. От прикосновения лавина информации не вернулась, однако образы в памяти оставались вполне яркими.
«Неужели у Осенних всегда так? — задумалась она. — Или это мне повезло?»
Испугавшись выражения ее лица, Тамани отступил на шаг и умоляюще вскинул руки.
— Послушай, я просто подумал...
— Замолчи. — Лорел по-прежнему говорила без эмоций, но оцепенение понемногу уходило, — Об этом потом. Когда ты меня поцеловал, в голове возникли все эти... мысли. Рецепты зелий, о которых я в жизни не слышала, — Она задумалась, откуда там слово «яд», — Думаю, запрещенные.
— Почему?
— Я ошибалась, Тамани. Мне не нужно было прикасаться к тебе. Может быть, я проверю на тебе мои зелья, если найду подходящие растения, но прикосновение не поможет мне создать микстуру для тебя.
Некоторое время Тамани молчал.
— А что тогда?
С его помощью я поняла, как делать микстуру из тебя.
— Клянусь Гекатой, лепестками и ветками! — выругался Тамани и озабоченно добавил: — Ты способна на такое?
— Со временем буду способна, — спокойно сказала Лорел. Сколько раз она слышала эти слова от Ярдли? — Я... думаю, мне не положено об этом знать. Трудно объяснить почему.
— Это странно. Другие Осенние наверняка знают?
— Не имею понятия. Никто никогда не упоминал об этом. Почему... — Она пыталась подобрать слова. Кому в здравом уме придет в голову использовать фей как ингредиенты? — Почему раньше такого не было? — наконец спросила она. — Мы ведь... не впервые целовались.
По лицу Тамани пробежала тень.
— Ну, перед этим я от души прикусил себе язык.
Все мысли разом вылетели у Лорел из головы.
— Это отвратительно!
Тамани пожал плечами.
— Сама говорила, что режешь образцы и пробуешь на вкус. Я знал, что ты на это не решишься.
Он был прав. Опыт явно удался. Обычного прикосновения — и даже поцелуя — не хватило бы. И все же...
— Тебе лучше идти, — твердо сказала Лорел, возвращаясь к реальности. Тамани поцеловал ее! Без разрешения. Снова! Она знала, что должна разозлиться, но ярость меркла на фоне ее открытия.
— Если тебя это утешит, мне больно, — признался Тамани, неестественно выпячивая челюсть.
— Сочувствую. Хорошо хоть не при Дэвиде. И все равно так нельзя!
Тамани кивнул и молча вышел из комнаты.
Лорел снова поднесла руку к губам и погрузилась в раздумья. На сей раз не о Тамани, а о зельях, порошках и ядах. Почему-то она не сомневалась, что в программу обучения эти рецепты не входят.

ГЛАВА XIII

В понедельник Лорел обнаружила в шкафчике букет. И не помпезные крупные розы, а скромные полевые цветы, перевязанные ленточкой. Значит, от Дэвида: демонстративность не в его стиле.
Именно этим ревнивый собственник Дэвид всегда ставил ее в тупик.
— Прости меня. — Он тихонько подошел сзади.
Лорел молча смотрела на цветы.
— Я перешел все границы. Просто с катушек съехал. — Он прислонился к шкафчику и взъерошил волосы. — Мне не нравится, что он тут. С самого начала не нравилось. Я долго сдерживался, но на прошлой неделе меня прорвало.
— Я ничего плохого не сделала, — произнесла Лорел, отводя глаза. Дэвид стал запихивать в шкафчик ботинки.
— Знаю. Именно это я и пытался сказать, но, видимо, неудачно. Проблема не твоя, а моя, — В его синих глазах светилась искренность. — Просто я знаю, что ему нужно, и меня это не устраивает. Поверь, — добавил он, надеясь разрядить обстановку, — будь у тебя такая классная девушка, ты бы тоже до смерти боялась ее потерять.
— Мой парень не хуже твоей девушки, — бросила Лорел через плечо.
— Я больше не буду. — Дэвид снова прислонился к шкафчику, заглядывая ей в лицо. — Обещаю.
Лорел уставилась на дверцу, не желая признавать, что злится отчасти и на себя. Она хотела, чтобы Дэвид не сомневался в ней. Однако для ревности была масса поводов, да и как можно требовать доверия от Дэвида, когда она сама себе толком не доверяет?
— Я должен был позвонить раньше. — Голос Дэвида прервал раздумья Лорел.
— А я должна была ответить на твой имейл. Я собиралась, но как-то из головы вылетело.
— Так значит... мир? — неуверенно спросил Дэвид.
Вот и удобный случай все рассказать. Признаться, что она тоже виновата. Лорел открыла рот и...
— Привет, Лорел.
Традиционное утреннее приветствие от Тамани. Она снова посмотрела на Дэвида и струсила.
— Конечно мир.
Дэвид облегченно вздохнул и обнял ее.
— Спасибо, — шепнул он. — Я очень сожалею.
— Я знаю, — кивнула Лорел, хотя ее терзало чувство вины.
Помолчав, Дэвид добавил:
— В те выходные мы не готовились к экзаменам. Как насчет этих?
Лорел вздохнула: зря она согласилась их пересдавать.
— Может, займемся чем-то другим? Не понимаю, чего тебе волноваться. В прошлый раз ты набрал семьсот с лишним баллов в каждом разделе.
— Это было сто лет назад. Уверен, в этот раз я могу лучше. И тебе хочу помочь.
Лорел поджала губы. Да, прошлый экзамен она сдала не блестяще, но в этот раз подготовится.
— В общем, — торопливо сказал Дэвид, — мы всегда занимаемся вместе, и я хотел убедиться, что все будет как раньше.
— Разумеется. — Лорел накрыла его руку ладонью. — Ты, конечно, болван, но это не повод бросать учебу, — Она улыбнулась, давая понять, что шутит, и через секунду Дэвид рассмеялся.
— Значит, после школы?
— Да.
— Хорошо. — Помедлив, он быстро поцеловал ее. — Я люблю тебя.
— Я знаю. — Лорел задумалась, что заставило ее так ответить.
— Я провожу тебя к кабинету.
Забрасывая рюкзак на плечо, Лорел краем глаза заметила Тамани: он весело болтал с Юки, стоя у ее шкафчика. Словно почувствовав взгляд спиной, он обернулся и долю секунды смотрел на Лорел, затем с улыбкой вновь перевел взгляд на Юки.
Лорел поняла, что не двигается с места, когда Дэвид потянул ее за руку.
— Ну-ну...
— Что такое? — спросил Дэвид.
— Тамани делает успехи... с Юки.
Дэвид оглянулся: Юки слушала Тамани с открытым ртом — и пожал плечами.
— Все по плану, разве нет?
— Ну да, — пробормотала Лорел. И почему ее так это волнует? Потому что Тамани удалось подружиться с Юки, а ей нет? — Я думала, он уговорит ее подружиться со мной.
Рассеянно поцеловав Дэвида, Лорел зашла в кабинет истории, села на свое место и стала ждать, что Тамани сядет рядом. Начала болеть голова. Только этого не хватало!
Тамани, запыхавшись, вбежал сразу после звонка и юркнул за стол. Он был в черных кожаных перчатках без пальцев.
— Что это? — Лорел сморщила нос, — Перчатки без пальцев — это... прошлый век. Ты похож на придурка.
— Лучше на придурка, чем на психа с блестящими руками, — мрачно прошипел Тамани, — Зато теперь все думают, что в Шотландии это писк моды.
Лорел неприятно кольнуло; в конце концов, именно от ее цветка у него на ладонях появлялась пыльца.
— Вот как? Чем вы с Юки занимаетесь? Я думала, ты поможешь мне наладить с ней контакт, а не будешь к ней клеиться, — прошептала она.
— Я не клеюсь! — возмутился Тамани.
— Меня не проведешь, — буркнула Лорел.
Он пожал плечами.
— Я выполняю свою работу. И делаю для этого все необходимое.
— Даже если приходится морочить голову беспомощной фее?
— Я не морочу ей голову. — В голосе Тамани зазвучали сердитые нотки. — Просто общаюсь по-дружески. И если окажется, что она ничего не знает о нашем мире, будет кому ее просветить. — Помолчав, он добавил: — С тобой же получилось.
— Не вполне, — язвительно заметила Лорел. — Я ведь не совсем твоя девушка, верно?
Не дав Тамани ответить, она повернулась и подняла руку.
— У меня ужасно болит голова; можно, я сбегаю в раздевалку? — Ни о Тамани, ни о Дэвиде она думать не намерена; от этого только хуже.
Какие они оба дураки!

— Дендроид, — сказал Дэвид, подняв голову от книги.
Лорел застонала.
— Еще не все? У меня ощущение, что мы уже двести слов повторили.
Она не преувеличивала. Правда, день выдался удачный. В понедельник и вторник неловкость сохранялась, но потом все вернулось на свои места, и Лорел с Дэвидом даже удалось неплохо позаниматься. Они спрашивали друг друга по учебникам, вознаграждали за правильные ответы поцелуями, а в перерывах делали домашние задания. Похоже, отношения снова наладились.
Лорел это устраивало.
— Ну давай, это последнее, — настаивал Дэвид. — И как раз в тему.
— Дендроид... — Она наморщила лоб. — Механизм, который живет в земле?
Дэвид закатил глаза.
— Смешно. Нет, на самом деле он такой, как ты.
— Сердитый. Усталый. Замученный. Ну как, теплее?
— Ладно. — Он захлопнул учебник. — Намек понял. Закругляемся, а то ты меня убьешь этой книгой. Я просто хочу, чтобы ты все сдала.
— Сомневаюсь, что от зубрежки накануне экзамена будет толк. Очень сомневаюсь.
Дэвид пожал плечами.
— Хуже не будет.
— Тебе легко говорить. — Лорел протерла глаза.
Подойдя к дивану, она провела пальцами по спине Дэвида и плюхнулась рядом со своей тетрадкой.
— Хочешь, поспрашиваю что-то другое? Например, математику.
Лорел скривилась.
— Ненавижу математику.
— Поэтому надо над ней поработать. К тому же по ней ты получила самые высокие баллы даже без подготовки. Думаю, в этот раз наберешь больше. Жаль, что в прошлом семестре ты не ходила на тригонометрию — сейчас бы пригодилось.
Лорел вздохнула и повернулась спиной к окну, подставляя цветок под лучи солнца.
— Иногда я не вижу смысла, — угрюмо сказала она, — Какая разница, как я сдала экзамены? Зачем я их пересдаю?
Поначалу смысл был. По настоянию Дэвида она собиралась поступать в Беркли на отделение подготовки медсестер. И даже немного занималась. Совсем чуть-чуть. Но экзамен оказался отнюдь не таким, как она себе представляла: четыре часа в комнате без окон. Эссе Лорел написала кошмарно и не закончила один из разделов по языку. Около трети ответов по математике она просто угадала и заранее знала, что результаты будут неутешительными. Отчасти поэтому принять решение было легко — особенно когда в день объявления результатов ей удалось сварить новое зелье. Фактически это был знак идти не в колледж, а в Академию Авалона. В этом ее призвание.
И тем не менее экзамен можно было сдать и лучше.
— Лорел, — с некоторой досадой сказал Дэвид, — ты постоянно это говоришь, и я до сих пор не понимаю зачем. Почему ты не можешь пойти в колледж?
— Не то чтобы не могу, — ответила Лорел. — Просто... не уверена, что хочу.
Лицо Дэвида омрачилось, но он поспешил скрыть разочарование.
— Почему не хочешь?
— Я стала неплохо разбираться в зельях, — сказала Лорел. — Правда. Тама... все в восторге от моих способностей. Наконец я поняла, что не зря столько училась. Появилось это пресловутое чутье. У меня получается! Я знаю, как правильно. Дэвид, это потрясающе!
— А ты уверена? Ведь чтобы совершенствоваться, необязательно все время быть в Авалоне. Вполне можно заниматься дома. У тебя тут целая лаборатория — ты даже меня переманьячила, — засмеялся Дэвид. — Будешь ставить свои опыты и учиться в колледже. — Помолчав, он добавил: — Вместо работы, раз уж с платой за обучение у тебя проблем не предвидится.
— И у тебя не предвидится, мистер круглый отличник.
— Поэтому мама и разрешила мне наконец бросить работу. Теперь начну обеспечивать себе будущее другим способом, — усмехнулся он.
— И еще один маленький бонус: сможешь уделять своей девушке больше времени, — Лорел наклонилась и поцеловала его, отчасти для того, чтобы сменить тему. Он скользнул руками по ее талии и погладил лепестки.
Лорел забросила ногу ему на бедро. Валяться рядом было так уютно, что все накопившееся напряжение таяло само собой. Она положила голову Дэвиду на плечо и закрыла глаза. Все-таки с ним так хорошо! Он принадлежит ей — и, по правде говоря, всегда принадлежал — с первого дня. А еще его ничем не проймешь — ни цветком у нее на спине, ни троллями-убийцами, ни феями-шпионами. Любой другой на его месте уже давно смотал бы удочки. Или разболтал журналистам. Невозможно представить человека преданнее, чем Дэвид.
Она рассеянно погладила его по груди и подняла голову, упершись лбом в щеку.
— Лорел?
— Мм? — спросила она, не открывая глаз.
— Я все-таки скажу — только не перебивай, пожалуйста! Думаю, тебе стоит в этот раз сдать выпускные экзамены и отправить заявления в разные колледжи. Ты ведь уже кучу всего выучила за последние месяцы. Разве можно сейчас бросать?
Лорел не отвечала.
— Дело в том, — продолжал Дэвид, — что если ты даже подашь документы и поступишь, это тебя ни к чему не обязывает. Но когда закончишь колледж и... — Он помедлил, и Лорел закусила губу, зная, что ему тяжело даже сказать об этом вслух. — И тебе придется принять решение, я не хочу, чтобы оно было вынужденным. Выбор — это не так уж плохо.
Лорел глубоко задумалась. Дэвид прав — она не обязана учиться, если поступит. И кто знает, вдруг она и правда передумает? За последние годы в ее жизни, да и в мыслях, многое менялось. Порой даже к лучшему.
— Хорошо, — тихо сказала она.
Говоря о выборе, Дэвид на самом деле подразумевал: «Не делай выбор, который точно разлучит нас». Все это время он продержался только благодаря шансу остаться вместе.
И не факт, что он ошибается.

ГЛАВА XIV

— Она все время сидит дома, — рассказывал Тамани на полпути к дому Юки, — Делает уроки, читает, смотрит телик. Не похоже, чтобы что-то замышляла.
С тех пор как они распознали в Юки фею, прошло уже недели две с лишним. Поводов для подозрений по-прежнему не было: судя по всему, она едва ли догадывалась о своих способностях и уж точно не строила планов уничтожить Лорел.
— Часовые хором твердят, что сторожить ее дом скучнее всего, — ответил Аарон. — И они не шутят. Тут вообще ничего не происходит.
— Мы не можем убрать стражу, — сказал Тамани, — хотя, боюсь, они и вправду зря дежурят.
Аарон поднял бровь и криво усмехнулся.
— Я почти весь год так считаю.
Тамани проглотил упрек, который вертелся на языке. Для незаинтересованного наблюдателя все именно так и выглядит. Но когда охраняешь любимого человека, лишних усилий не бывает. — Интересно...
Его оборвал хруст веток: кто-то шагал сквозь чащу прямо на них. Аарон и Тамани бросились за деревья, держа оружие наготове. В темноте ковыляли две уродливые фигуры. Что это? Лес прочесывали целый месяц, а эти тролли разгуливают так запросто? Тамани свободной рукой подал знак Аарону: «Моего убиваем. Твоего допрашиваем».
Аарон коротко кивнул.
Как только первый тролль оказался на расстоянии вытянутой руки, Тамани шагнул из-за дерева; его кинжал, описав духу, оставил на горбатой спине длинную кривую царапину. Тролль обернулся и рефлекторно выбросил вперед узловатую когтистую руку. Легко уклонившись от удара, Тамани яростным рывком вонзил кинжал ему в глазницу и резко провернул лезвие. Тролль мешком повалился на землю.
Неподалеку Аарон задержал второго, подрезав ему руки и ноги. Покалечить тролля не так-то просто — легче сразу убить, — но Тамани нужна информация. К счастью, двумя кинжалами орудовать удобнее, чем одним.
Наступив на шею поверженного тролля, Тамани вытащил из черепа кинжал. Из раны струилась кровь, черная в лунном свете. Аарон скрылся в темноте; похоже, второй тролль пытался сбежать. Поколебавшись, Тамани решил не догонять их. Аарон вполне справится сам.
Вместо этого он подхватил убитого тролля под мышки и оттащил с тропы, подальше от любопытных глаз. Отойдя на достаточное расстояние, он обыскал тело. Тролль был без оружия — правда, обычно эти твари обходятся без него, — одетый в грубое холщовое пончо и черный комбинезон. Улики отсутствовали, разве что одежда указывала на банду Барнса. В карманах тоже оказалось пусто, и оставалось загадкой, откуда тролль взялся и что замышлял.
Пнув безжизненное тело, Тамани вернулся на тропу. Не прошло и минуты, как он обнаружил Аарона, целого и невредимого, с кинжалом в ножнах. Одного.
— Я его упустил, — покачал головой Аарон.
— Упустил? — не поверил Тамани. — Он был от тебя в шаге!
— Спасибо, Тэм, теперь я окончательно чувствую себя идиотом.
— Как это случилось?
— Он просто... исчез. — Аарон подцепил ногой комок земли. — В свое время я вылавливал сотни троллей, но никогда не видел ничего подобного.
— Может, в нору ушел? — спросил Тамани, вглядываясь под ноги.
Аарон мотнул головой.
— Я следил за этим — не отрывал глаз, пока гнался. А потом собрался бросать кинжал — хотел перерезать сухожилие — и на секунду опустил голову. Даже на полсекунды. И тут он испарился.
— Как это испарился?
— А вот так! Как капля росы, как туман. Говорю тебе, Тамани, тролль исчез. Бесследно!
Тамани скрестил руки на груди, обдумывая рассказ. Аарон — один из лучших следопытов. Если он говорит «бесследно», значит, так и есть. И все-таки в голове эта история не укладывается.
— Кажется, я слышал шаги, — продолжал Аарон, — Но через мгновение они затихли.
Тамани сглотнул, стараясь не поддаваться внезапному страху, и тихо сказал.
— Пошли разведчиков. Пусть попробуют взять след.
— Да нечего тут брать, — Аарон отстранился и расправил плечи. — Тамани, я выполню любой твой приказ. Если хочешь пригнать в лес дюжину разведчиков, ты их получишь. Только они ничего нового не найдут.
— А у нас есть выбор? — В голосе Тамани прорвалось отчаяние. — Я должен защитить ее.
Аарон помолчал.
— Которую из них?
Тамани задумался. Они следят за Юки или оберегают ее?
— Обеих, — наконец сказал он. — Тролли могут нагрянуть куда угодно. Что-нибудь еще находили?
Обглоданные коровьи скелеты, тропинки между деревьями. Все то же, что и раньше. — Аарон всмотрелся в горизонт. — Они здесь, пусть мы их и не видим.
— Можно считать, что их было всего двое? — спросил Тамани, заранее зная ответ.
— Только если они жрут за десятерых. Или двадцатерых. Думаю, эти двое просто зазевались.
— Более того, — покачал головой Тамани. — Они как будто... удивились. Уверен, они не ожидали нас увидеть, да и шатались тут без оружия. Мой почти не сопротивлялся.
— Да и мой не особенно, — согласился Аарон.
— Мне пора, — тихо сказал Тамани. — У Лорел какой-то экзамен в Юрике. Я поеду за ней. Ты остаешься наблюдать за дикой феей. Клеа уже месяц не показывалась и может объявиться в любой момент. Тогда ты подслушаешь все их разговоры и передашь мне. Даже если они тебе покажутся неважными — не упусти ни единого слова.
Аарон мученически кивнул, и Тамани помчался через лес к дому Лорел. Ближе к опушке он перешел на шаг и увидел, что в кухне горит свет. На душе сразу потеплело. Лорел подошла к окну и всмотрелась в деревья. Выглядывает его.
Точнее, Тамани нравилось так думать, ведь Лорел не подозревала, что он здесь. Она еще была немного сонной и задумчиво жевала ягоды, забрасывая в рот по одной. Тамани представил, что они беседуют. О чем-то банальном и незначительном, не о троллях, ядах и лжи.
Когда он получил — а фактически выпросил — новое задание, то предполагал, что сможет чаще общаться с Лорел, снова стать ей таким же близким другом, как в детстве. Или как в прошлом году, когда он привел ее в Авалон. Однако все вышло иначе. Работа сводилась к тому, чтобы каждый день видеть ее с Дэвидом, а в остальное время пытаться кого-нибудь обольстить. Юки милая, но она не Лорел. Таких, как Лорел, больше нет.
Она продолжала смотреть в окно. Тамани улыбнулся. Ему хотелось выйти из-за дерева и увидеть, как она отреагирует.
Может, сейчас самое время? Поболтать за завтраком о чем-то незатейливом, например, о красивом восходе. Тамани почти набрался храбрости, чтобы объявиться, как вдруг услышал знакомый стрекот мотора и беззвучно выругался: к дому подъехал Дэвид. Тамани снова побежал, на сей раз к изгороди, где оставил свою машину. Не хватало еще смотреть, как они целуются и обнимаются!
«Когда-нибудь, — пообещал себе Тамани, — она будет встречать поцелуями меня».

— Ну как? — спросил Дэвид, когда они вышли из кабинета после четырехчасового экзамена.
— Не спрашивай. — Голос Лорел дрогнул.
Забросив рюкзак на плечи, она зашагала по длинному коридору навстречу долгожданному солнечному свету. Экзамен проходил в старшей школе в Юрике — в том же кабинете без окон. Лорел сполна прочувствовала каждую минуту заточения и намеревалась как можно быстрее вырваться на свободу. Она переступила порог, и лица коснулся ласковый осенний бриз. Лорел глубоко вдохнула и раскинула руки, ловя солнечный свет. Затем опустилась на незнакомое парадное крыльцо, радуясь, что все позади.
Через некоторое время рядом сел Дэвид.
— Я кое-что принес.
Он протянул ей запотевшую от холода бутылку спрайта: видимо, только что купил в автомате. Лорел почувствовала живительную влагу кончиками пальцев.
— Спасибо!
Она молча открыла бутылку и сделала долгий глоток.
— Как ты? — наконец спросил Дэвид.
— Уже лучше. Просто хотела скорее выбраться.
— Так что? — осторожно спросил Дэвид. — Как все прошло?
Лорел улыбнулась.
— Думаю, неплохо. Лучше, чем тогда.
— Правда?
— А у тебя?
Он пожал плечами.
— Не знаю. Трудно сказать. Надеюсь, лучше, чем у Челси.
— Вот вредина! У тебя и так средний балл выше на пару десятых. Можешь хоть раз ей уступить?
Дэвид усмехнулся.
— Мы соревнуемся с младших классов. Это как игра — честное слово.
— Ну ладно, — Лорел поцеловала его и положила голову ему на плечо.
— Слушай, — немного неуверенно начал Дэвид, — так как насчет бала Сэйди Хокинс?
Лорел рассмеялась и помотала головой.
— А они не могут подождать еще неделю и устроить танцы в ноябре? Ближе к дню Сэйди Хокинс? — Она фыркнула, — Небось опасаются нашествия родителей — борцов с язычеством, как в прошлом году. Это всего лишь Хеллоуин без костюмов.
— И все-таки там будет здорово. Не то чтобы я тебя прошу, — сказал он, коснувшись ее носа, — ведь выбирает девушка, но если бы ты пригласила меня, а Челси — Райана и если бы вы с ней решили пойти вместе, мы пошли бы вчетвером. Это все, что я хотел сказать.
— Многовато «если», — отозвалась Лорел. — Очень надеюсь, что ты воплотишь свои планы при более благоприятных обстоятельствах.
— Ты невозможная! — Дэвид наклонился, чтобы поцеловать ее.
— Да, — согласилась она, — но ты меня любишь.
— Люблю, — немного охрипшим голосом сказал он, — люблю из глубины души.
— Неграмотно любишь! — Лорел хихикнула: губы Дэвида щекотали ей шею.
— На ходу ничего лучше не придумал, — засмеялся он. — Признаю, ты победила. — Он отстранился и заглянул ей в глаза. — В очередной раз.
Лорел молча улыбнулась.
— Честно, Лорел, я горжусь тобой.
— Дэвид!..
— Не перебивай! Не так-то просто завалить экзамен, потом взяться за ум и готовиться заново, особенно когда тебя не слишком интересует результат. Ты достойна восхищения!
— Спасибо, — серьезно сказала Лорел. И добавила с улыбкой: — И ты наконец нашел правильное слово!
— А ну-ка, иди сюда! — Дэвид схватил ее за руку, затащил к себе на колени и сжал в объятиях. Лорел весело взвизгнула.

Дэвид высадил Лорел у калитки, когда солнце исчезало за пламенеющим горизонтом. Глядя вслед его машине, она задумалась: что делать, если результаты экзамена и впрямь будут приличными?
— Лорел!
Она подпрыгнула: громкий шепот звучал где-то за углом дома. Из-за стены показалась голова Тамани.
— Иди сюда, — кивнул он.
Поколебавшись, Лорел положила рюкзак на крыльцо и последовала за ним.
— Что-то случилось?
— Ну, не совсем, — ответил Тамани, — Хотя да, кое-что. Утром мы обнаружили парочку троллей.
— Что?
— Мы с ними разобрались. — Он успокаивающе поднял руки, — Просто не хочу, чтобы ты думала, будто я что-то скрываю. По правде говоря, может, и к лучшему, что они наконец попались.
— Почему? — недоверчиво спросила Лорел.
— По крайней мере, мы их засекли. Тролли не показывались месяцами.
— Но все в порядке? — почти с издевкой спросила Лорел.
— Не сомневайся. Мы в полной боевой готовности, тебе нечего бояться. И вообще, я не за этим пришел, — смущенно сказал Тамани. — Просто хотел поговорить. Давно не общались.
Лорел и правда избегала его всю неделю. Во-первых, он ее поцеловал, а она не хотела об этом вспоминать. Во-вторых, он не нравится Дэвиду. В-третьих, смотрел на Юки так, как когда-то на нее.
Лорел молчала. Тамани сунул руки в карманы и поковырял носком землю.
— Как у тебя все прошло?
— Неплохо. Думаю, прилично сдала.
— Хорошо... А ты проводила еще опыты? Например, с шаром?
Она вздохнула.
— Нет. Думаю, ты прав и мне стоит сначала испытать светящийся раствор на собственной коже. Но я постоянно откладываю, хотя в конце концов оправдания закончатся и мне придется срезать кусочек лепестка, как я и собиралась. Ты, наверное, считаешь меня слабачкой. Сам прокусил себе язык, а я лепесток боюсь отщипнуть.
— Нет, все нормально. Ты что-нибудь придумаешь, — рассеянно отозвался Тамани.
Лорел кивнула, не зная, что еще сказать. Она почти собралась напрямик спросить, зачем он пришел, как вдруг он выпалил:
— В следующую пятницу в школе танцы.
Кажется, Лорел предпочла бы напряженное молчание.
— Наверное, ты не знаешь традиций. В этих ганцах выбирает девушка, — быстро сказала она. — То есть ты не должен меня приглашать.
— Я знаю, — откровенно сказал Тамани. — Я и не пытался.
— Вот как! — В глубине души Лорел мечтала провалиться сквозь землю. — Ну и отлично.
— Меня пригласила Юки.
Лорел онемела. Чему тут удивляться? На самом деле Юки просто опередила остальных девчонок, тайно по нему вздыхающих.
— Я просто... — Тамани надолго умолк, и Лорел показалось, что он не собирается договаривать, — Я хотел спросить тебя, нет ли у меня причины отказываться.
Его светло-зеленые глаза блеснули в свете заходящего солнца.
Нет — блеск в его глазах не был отражением. Это был огонь, от которого каждый раз таяло ее сердце и испарялся гнев. Она моргнула и заставила себя отвернуться, пока он ее не ослепил.
— Что ты, вовсе нет, — как можно беззаботнее сказала Лорел. — Обязательно иди. Это ведь входит в наши планы — поближе узнать Юки, верно?
— Само собой, — ответил он так печально, что у нее защипало в носу, — Вообще я думал, было бы здорово, если бы мы с Юки и ты... с Дэвидом... пошли вместе. Может, ты бы наконец с ней подружилась. К тому же будет ночь, поэтому лучше мне быть поближе к тебе. Мало ли что... Это моя работа, сама знаешь.
— Да, конечно. — Лорел вдруг отчаянно захотелось домой. — Давай поговорим в понедельник. Может, позовем еще Челси и Райана, — вспомнила она о планах Дэвида.
— Толпой веселее, как вы говорите? — Тамани чуть слышно засмеялся.
— Верно. Слушай, мне надо идти. Родители даже не знают, что я приехала.
— Конечно иди.
Лорел кивнула и направилась к крыльцу. Она уже заходила в дом, когда Тамани окликнул ее:
— Лорел?
Она придержала дверь.
— Да?
— Прости меня... В тот раз... я позволил себе лишнее.
— Ничего страшного, — сдержанно сказала Лорел. — Зато я узнала кое-что... ну, ты понимаешь. По-своему даже удачно получилось. Мы по-прежнему друзья, — Она выдавила из себя улыбку. — Доброй ночи, Тамани.
— И тебе.
Тамани улыбнулся в ответ, но как-то неубедительно.

ГЛАВА XV

Теперь Лорел избегала Тамани не потому, что злилась, а потому, что испытывала неловкость в его присутствии. Но план был утвержден, и Лорел предстояло выполнить задание. На следующей неделе она решила заглянуть к Челси. За кучей дел Лорел почти забыла о лучшей подруге, и теперь ее мучила совесть. Прямо с порога она рассыпалась в извинениях, сваливая все на экзамены.
— Так что, в этот раз ты сдала лучше? — бодро спросила Челси.
— Да. — Лорел до сих пор не могла поверить, насколько легче стали вопросы, когда она как следует подготовилась, — И собираюсь подать документы в парочку колледжей.
— По-моему, это здорово, — сказала Челси каким-то странным тоном.
— Правда? — настойчиво спросила Лорел.
Челси посмотрела на нее, натянуто улыбаясь.
— Конечно. Дэвид абсолютно прав, нужен выбор.
— Выбор — это хорошо, но легче всего знать, чего хочешь. Ты ведь определилась уже в десять лет, правда?
Челси кивнула и неожиданно расплакалась.
— Челси! — Лорел бросилась обнимать подругу, которая закрыла лицо руками и всхлипывала, судорожно хватая ртом воздух. — Что случилось?
При виде таких горестных рыданий у нее самой к горлу подступили слезы. Через несколько минут Челси глубоко вздохнула, рассмеялась и стала вытирать глаза.
— Извини, это так глупо.
— Что с тобой?
Челси махнула рукой.
— Да пустяки... на тебя и так столько навалилось.
Лорел положила руки ей на плечи и заглянула в глаза.
— Пусть даже завтра конец света, я всегда готова тебя выслушать. Рассказывай.
Глаза Челси снова наполнились слезами. Она сделала вдох и потерла покрасневшие веки.
— Пару недель назад Райан получил результаты экзаменов.
— И что, плохо написал?
Челси покачала головой.
— Да нет, вполне прилично. До меня далеко, конечно, но меня даже Дэвид не догнал.
Лорел шутливо закатила глаза.
— Так в чем же дело?
— На днях я сидела у него в комнате — а он как раз вышел поговорить с мамой, — в общем, результаты лежали у него на столе. Конечно, рыться в чужих бумагах нехорошо, но я заглянула в его анкету и... он не подал документы в Гарвард.
Челси была нацелена идти в Гарвард еще с младших классов. Об этом знали все без исключения.
— Может, не вышло по количеству? Ведь всего разрешено поступать в четыре колледжа.
— Он подал документы в два, — угрюмо сказала Челси. — Калифорнийский университет Лос-Анджелеса и Беркли. Он даже не пытается поступить в Гарвард! Я всегда знала, что мы можем попасть в разные колледжи, но он обещал хотя бы попробовать!
Лорел хотела утешить подругу и не находила слов. Челси когда-то говорила, что они с Райаном вместе подадут документы в Гарвард и Калифорнийский университет, а потом будут решать. Выходит, он передумал.
— А ты... спрашивала его, в чем дело? — наконец поинтересовалась она. — Вдруг он просто скрывает от родителей, что собирается в Гарвард. Ты же знаешь, его отец умеет давить на психику.
— Допустим.
— Так спроси! Вы больше года встречаетесь, наверняка можете обсуждать такие вещи.
— А если я уже не хочу знать... — Челси отвела глаза.
— Челси! Ты же главный поборник абсолютной честности! — Лорел хихикнула: — «Поборник» — это слово из тестов.
Челси подняла бровь.
— Нет, правда. Если наши отношения все равно скоро закончатся, наверное, мне лучше не знать, как давно он это решил. А если он просто не хочет огорчать отца, будет приятный сюрприз.
— Может, и так. Но ведь неизвестность для тебя мучительна?
— Не то слово, — скривилась Челси.
— Тогда спроси.
Некоторое время они молчали, и Лорел с удивлением поняла, что беспокойство за подругу отвлекает ее от собственных проблем. Пусть даже и ненадолго.
Неожиданно ей пришла в голову мысль.
— Слушай, Челси, а ты занята вечером?
— Сейчас? — Челси посмотрела в окно.
Лорел тоже выглянула на улицу.
— Всего час, если поспешим, — сказала она, надевая сандалии.
— Ну, давай...
Они спустились по лестнице, и Челси крикнула маме, что вернется через час. В ответ мама прокричала, что сегодня у них спагетти и пусть дочь будет добра явиться к ужину. В доме Челси ни один разговор не обходился без крика: все постоянно куда-то бежали, и подойти ближе, чтобы сказать нормальным тоном, было некогда. С другой стороны, когда в семье трое мальчишек младше двенадцати, повышенный тон и есть нормальный.
— И куда мы едем? — спросила Челси, пристегиваясь.
— К Юки.
— Вот как? Будем за ней следить?
— Нет! — воскликнула Лорел, понимая, что вопрос вполне логичен. — Заедем за ней и пригласим в кафе «Вера».
— На фруктовый коктейль? — спросила Челси. К счастью, в «Вере» готовили фруктовые напитки без молока, и у Лорел это было любимое заведение.
— Да, конечно. — Подъехав к нужной улице, Лорел включила поворотник. — Клеа хочет, чтобы я за ней присматривала, и Тамани туда же. Я думала, может, мы пойдем на танцы все вместе.
— Значит, мы свалимся как снег на голову, похитим ее, накормим мороженым фруктовым пюре и пригласим на вечеринку. Гениально, — съязвила Челси.
— Я куплю тебе твоих любимых шоколадных трюфелей, — улыбнулась Лорел.
Челси театрально прижала руку к сердцу.
— Используешь мою слабость к шоколаду против меня. Выбора нет: я таю, как... шоколадное печенье. Или что-то вроде, — добавила она, перехватив удивленный взгляд Лорел, — Не сильна я в метафорах. Идем.
Домик Юки был не больше гаража Лорел. Он находился вдали от дороги, в тени двух раскидистых вязов. Если верить Аарону, Юки почти все время сидела там одна, но пока что никто из соседей не поднимал шума. Наверное, просто не замечали.
Если так, то с соседями ей повезло, в отличие от Лорел.
Они позвонили. Трель звонка была отчетливо слышна сквозь хлипкую дверь и одинарное окно. Несмотря на уверения Клеа, что Юки живет под ее защитой, их лачуга меньше всего походила на надежное укрытие.
— Наверное, нет дома, — шепнула Челси.
Лорел кивнула на велосипед, на котором Юки часто ездила в школу.
— Вот ее велик. Сомневаюсь, что у нее есть машина.
— Могла пойти погулять, — возразила Челси. — Она же... совсем как ты.
У Лорел перехватило дыхание.
— Ладно, — согласилась она. — Похоже, ничего не вышло.
— Так что, мы еще едем в «Веру»?
Лорел оглянулась: кто-то отодвинул засов. Она с трудом подавила внезапный порыв расправить платье и пригладить волосы. Юки выглянула в щель и удивленно посмотрела на них, затем открыла дверь.
— Привет, — как можно беззаботнее сказала Лорел. — Занята?
— Да не очень, — осторожно ответила Юки.
— Мы едем в «Веру». Хочешь с нами? — Лорел изобразила дружелюбную улыбку.
— В кафе? — Юки ни капельки не нервничала. Скорее, смотрела подозрительно.
— У них классные фруктовые коктейли. Мороженые фрукты с соком. — «Зачем эти подробности?» — подумала про себя Лорел. — Пальчики оближешь!
— Мм... — Юки колебалась, явно ища предлог для отказа.
— Я на машине, — услужливо сказала Лорел.
— Ну, тогда давай.
Юки почти искренне улыбнулась. Наверное, устала торчать тут в одиночестве. В школе у Юки были знакомые, но Аарон уверял, что к ней никто не приходит.
— Я угощаю. — Лорел махнула в сторону машины.
В дороге Юки не проронила ни слова, а Лорел и Челси старательно болтали, например, о том, как было нудно на уроке психологии. В кафе, по крайней мере, рот будет занят — можно и не разговаривать.
Заказав десерты, они уселись за столик под зонтом, который не закрывал их от заходящего солнца — именно так, как любила Лорел.
— Тут и правда здорово, — едва заметно улыбнулась Юки.
— Я же говорила. — Лорел зачерпнула полную ложку клубнично-мангового пюре.
Челси постаралась поддержать разговор.
— Слушай, а расскажи, какие в Японии школы.
Юки резко поскучнела.
— Похожи на здешние, только нужно носить форму.
— Я слышала, у вас есть школы, где зубрят с утра до вечера. А твой приятель, как его? Джун? Он такой умный!
— Дзун, — поправила Юки. Челси зарделась. — Я не особенно с ним знакома. И я не училась в дзуку. Многие там никогда не были.
— Тогда расскажи о себе, — вмешалась Лорел.
Юки пожала плечами и посмотрела в сторону.
— Да что тут рассказывать. Я пью много зеленого чая, увлекаюсь икебаной и слушаю никому не известную музыку семидесятых.
Лорел рассмеялась. Они с Челси прекрасно знали: Юки есть чем похвастаться. Да и Юки это понимала. Не догадывалась только, что именно известно Лорел, и не подозревала, что Челси тоже в курсе.
— А что такое и-ке-ба-на? — Челси произнесла незнакомое слово по слогам.
— Составление букетов. Художественное. Тебе, наверное, покажется скучным.
«Составление букетов?» — подумала Лорел и выпрямилась.
— Что, если она так завуалированно говорит о магии? Хотя, может быть, ее просто тянет к природе, как любую фею.
— Почему? Мне интересно, — сказала Челси. Правда, чувствовалось, что добавить ей нечего.
— Да, кстати, — спохватилась Лорел. Сейчас или никогда! — Тама... э... Тэм говорил, ты пригласила его на вечер Сэйди Хокинс? Или Осенний бал?.. Такая путаница с этими названиями.
Афиши, расклеенные по всему кампусу, были, мягко говоря, разнообразными. Казалось, кто-то из организаторов почитал про Сэйди Хокинс в Википедии, когда половину афиш уже напечатали.
Юки кивнула.
— Пригласила. А ты откуда знаешь Тэма? — Она пристально посмотрела на Лорел.
— Ну... он сидит рядом на истории. Я сказала, что мы с Челси обычно ходим вдвоем, каждая со своим парнем. Кажется, он заинтересовался. Может, пойдем все вместе?
— Точно! — сказала Челси. Лорел надеялась, что Юки не уловила нотку сарказма в ее голосе. — Это будет захватывающе!
«Захватывающе?»
— Отлично. Значит, договорились? — спросила Лорел. — Если ты не против.
— Конечно. — Юки улыбнулась Челси. Судя по голосу, искренне. Лорел даже стало немного совестно. — Думаю, здорово идти большой компанией. Спокойнее. Я ведь не очень хорошо знаю Тэма, так что...
Челси бросила многозначительный взгляд на Лорел, облизала свою ложку и заявила:
— По-моему, он сексуальный.
Обе феи отвели глаза.

— Объясни мне, что это было? — спросила Лорел, когда они высадили Юки, отмучившись полчаса в кафе.
— Что именно?
— «По-моему, он сексуальный».
Челси пожала плечами.
— А что не так?
— Меньше всего я намерена говорить с Юки о Тамани.
— Почему? — ухмыльнулась Челси.
— Она фея, и я не хочу, чтобы она о чем-то догадывалась, — почти беззаботно заявила Лорел.
— Ну коне-ечно, — протянула Челси, — А что там у вас с Тэмом?
— Не называй его так, — отрезала Лорел, понимая, что не имеет права запрещать — Его имя — Тамани. Знаю, в школе он Тэм, но, прошу тебя, между нами зови его полным именем.
Челси молча посмотрела на подругу.
— В чем дело? — не выдержала та.
— Ты не ответила на мой вопрос, — серьезно сказала Челси. — Что у тебя с Тамани? — Она нарочито четко произнесла его имя.
Лорел вцепилась в руль.
— Ничего. Подружиться с Юки — моя работа. У меня не вышло. За дело взялся Тамани, и мне немного неловко. Ненавижу подводить его. Он же друг.
— Друг? — Челси сделала каменное лицо. — Вот почему Дэвид в его присутствии превращается в огнедышащего дракона?
— Ничего подобного!
— С тобой он хорошо маскируется. Не хочет выглядеть ревнивым. Но поверь мне, он напрягается каждый раз, когда его видит.
— Правда? — Лорел ощутила укор совести.
— Да. Думаешь, на прошлой неделе был случайный взрыв? Все копилось с первого дня. Неужели вы не можете поговорить?
— Почему вечно я виновата, что Тамани в меня влюблен? — Лорел невольно повысила голос. — Что я такого сделала?
— Слушай, Лорел, — Челси заговорила мягче. — Дело не в том, что на тебя запал Тамани. На тебя запало еще полкласса. Ты неотразима. Я вижу, как они пялятся. Дэвиду на это чихать, даже, наоборот, ему приятно. Все знают, что он встречается с самой крутой девчонкой в школе.
— И вовсе я не самая крутая, — холодно возразила Лорел, притормаживая у дома. Конечно, она хорошенькая, но в Дель-Норте куча красивых девушек. Например, Челси.
— Нет, ты самая классная, — настаивала Челси, — и встречаешься с самым умным парнем. Ты его не знала до школы, поэтому я объясню: миг, когда ты с ним поздоровалась, перевернул всю его жизнь. Для тебя он готов на все. И он еще не ревнивец.
— По-моему, все парни — ревнивцы, — проворчала Лорел.
— Говорю тебе, Дэвид зол на Тамани не потому, что Тамани ревнует. А потому, что ревнуешь ты.
Лорел обессиленно уронила голову на руль.
— Он и вправду в тебя влюблен? — спросила Челси после долгого молчания.
— Да, — призналась Лорел и взглянула на подругу, не поднимая головы.
Челси вскинула брови.
— Ну что ж. Удачи тебе.

ГЛАВА XVI

— Не пойму, почему эта штука так мешает, — сказала Лорел, прячась в коридоре за спиной Дэвида и поправляя шарф на цветке.
— Может, потому, что в субботу не получится выпустить ее на волю. Мышцы тоже болят, если не давать им отдых.
— Наверное, — согласилась Лорел. — И в эти выходные то же самое.
— Так что, не пойдем на танцы? — спросил Дэвид, пряча улыбку. — Я не против.
Дэвид был не в восторге, что они будут на танцах с Тамани. Правда, он немного оттаял, когда узнал, что Тамани идет с Юки. Совсем чуть-чуть.
— В тебе я не сомневаюсь, — сказала Лорел. — А вот Челси огорчится. Ей нужно развеяться, особенно после тех новостей. Вечер с Райаном пойдет ей на пользу.
— Может, я просто дам Райану в глаз? — проворчал Дэвид.
Он всегда так трогательно заботился о Челси. Лорел знала, что они дружат уже сто лет, но ожидала, что Дэвид встанет на сторону Райана. В конце концов, они тоже друзья, а Челси до сих пор отказывалась поговорить начистоту.
— Никаких «дам в глаз»! — сурово отрезала Лорел.
— Да, мама. — Дэвид поднял глаза к потолку.
— Ах да, Тамани хочет встретиться до танцев — с нами и Челси. — Он шепнул об этом Лорел на уроке истории, толком ничего не объясняя. — Наверное, обсудить стратегию или что-то в этом роде. Сказал, что это важно.
Лорел потерла виски. Присутствие Юки давило едва ли не сильнее, чем известия о троллях. С ними, по крайней мере, все понятно. Тролли любят добывать сокровища, мстить и рвать людей на кусочки. С одной стороны, вроде бы Юки и Клеа — ценные союзники. С другой — где гарантия, что они не замышляют ее убить или чего похуже? Лорел подозревала, что в ее мигренях виновата неопределенность.
— Сегодня опять плохо? — Дэвид приобнял ее за плечи и легонько коснулся лбом ее лба.
Лорел еле заметно кивнула, не отстраняясь; ей нравилось чувствовать его лицо так близко.
Просто хочу выбраться из этих коридоров.
— Привет, Лорел!
Лорел подняла глаза: Юки. Улыбается. Улыбается ей.
Рядом стоял Тамани.
— Привет, — немного нервно ответила Лорел.
— Послушай, — начала Юки. — Спасибо, что заехала за мной на днях.
— О! — Лорел потеряла дар речи. — Не за что. Я просто подумала, что нелегко быть новенькой.
— Пожалуй. И... — Юки покосилась на Тамани. Тот ободряюще улыбнулся. — Я вела себя не очень дружелюбно, а ты так мило со мной обошлась.
— Да ладно, — смутилась Лорел, — Ничего особенного.
— Ты не против вместе пообедать? Вы же всегда едите на улице, верно?
— Да, там хорошо. — Лорел чуть заметно насторожилась, — Э... конечно, идем с нами. Если хочешь.
«Мы в этом заинтересованы», — напомнила она себе.
Тамани и Юки ушли взять обед, а Лорел повернулась к шкафчику. Голова болела все сильнее. Хорошо, что сейчас перерыв. Свежий воздух всегда помогает.
— Ты в порядке? — Дэвид сунул обед под мышку и запер шкафчик.
— Она увидит, как я ем. Почему Тамани ее не остановил?
Но она знала почему. Хочется верить, что игра стоит свеч.
Дэвид молча обнял ее за плечи и повел к дверям.
Когда они подошли, Челси с Райаном и еще несколько завсегдатаев уже сидели за столиком. Вскоре появились Тамани и Юки. На них не обратили внимания; постоянно кто-то приходит и уходит. Юки села с Лорел. Тамани устроился неподалеку.
«И это называется маскировка?» — подумала Лорел.
Трое старшеклассников сидят рядом и едят исключительно фрукты и овощи. Прекрасно. Совсем не привлекает внимание. Поколебавшись, Лорел открыла свой салат. По крайней мере, утром у нее хватило времени собрать обед; разноцветный салат больше походил на нормальную еду, чем привычные полбанки шпината, горсть клубники, кусочек фрукта или пакетик с морковкой. Она достала баночку спрайта и почти демонстративно сделала глоток.
Юки без тени смущения вынула свой обед. Лорел невольно уставилась на небольшой судочек с чем-то светлым и продолговатым, перевязанным темно-зелеными полосками.
— Что это? — Лорел надеялась, что вопрос не вызовет подозрений.
Юки подняла глаза.
— Ролл с капустой.
Лорел понимала, что лучше остановиться, но она никогда не ела ничего подобного, и любопытство победило осторожность.
— А чем это оно обернуто?
— Нори. Водоросль такая, ты наверняка видела в суши.
Пока не поздно, Лорел повернулась к своему обеду. Глядя на Юки, которая запивала ролл холодным зеленым чаем, она неожиданно почувствовала себя такой одинокой. Интересно, каково это — дружить с феей, живущей в мире людей? С которой можно делиться способами маскировки и рецептами. Они бы наверняка прекрасно поладили. Если бы только убедиться, что Юки не представляет опасности — для нее и для Авалона.
— А ты почему не ешь?
Лорел встрепенулась, но Юки обращалась к Тамани, который растянулся рядом на траве. Он пожал плечами.
— Мне и так хорошо. Обычно в перерыве я гуляю, а сегодня захотелось составить тебе компанию. — Улыбнувшись, он коснулся ее колена.
Дружеские чувства Лорел вмиг испарились.
— Хочешь кусочек ролла? — спросила Юки.
Лорел прислушалась. Интересно, как Тамани выкрутится?
— Нет, спасибо. Мне и так хорошо. Я не особенно люблю зелень.
Лорел чуть не поперхнулась спрайтом. В глазах Тамани заиграла озорная искорка. Лорел положила руку Дэвиду на бедро и отвернулась.

Тамани чувствовал себя неловко, как на трибуне, стоя перед Лорел и ее друзьями. Он попросил их прийти пораньше, пока Райан на работе, чтобы спокойно поговорить.
— Прежде всего я хотел предупредить вас о тролле, которого мы обнаружили...
— Лорел сказала, что он был мертв, — вмешалась Челси, чуть побледнев.
Тамани до сих пор не знал, как вести себя с Челси, но, похоже, она была не из пугливых.
— Да, после того, как я с ним разобрался, — подтвердил он.
Челси удовлетворенно кивнула, и Тамани еле заметно улыбнулся. Он никогда не обсуждал с ней событий той осени, но подозревал, что попасть в лапы к троллям — слишком резкое знакомство с волшебным миром.
— Еще одному удалось уйти. Если мы их нашли, выходит, они потеряли бдительность или обнаглели. В любом случае, сегодня мы должны быть очень осторожны. Особенно когда рядом будут Юки и Райан.
— Ты уже видел Клеа? — спросила Лорел.
Тамани сжал губы и покачал головой.
— Нет, но Юки говорила, что недавно с ней общалась. Получается, или Юки скрывается от стражей — что маловероятно, или Клеа проходит мимо них незамеченной — что еще менее вероятно. Возможно, Юки врет, не знаю зачем. Ума не приложу, как это понимать.
— Извини за банальность, — сказал Дэвид тоном, который не понравился Тамани, — а нельзя просто позвонить Клеа? У Лорел есть ее телефон. Черт побери, даже у меня есть ее телефон.
— И что мы скажем? — Тамани недобро посмотрел на него. — Пригласим на чай?
— Можно придумать предлог. Например, Юки нужна помощь.
— Ага, она явится, увидит, что все в порядке, и спросит, зачем мы соврали. И как выкручиваться? — Он помолчал и, удостоверившись, что Дэвиду нечем крыть, добавил: — Хотя Клеа подозрительна, сейчас меня больше всего волнует Юки. Как только мы выясним, опасна ли она, снова займемся Клеа.
— Я стараюсь, — почти безнадежно сказала Лорел, — Я отрезала кусочек лепестка и положила под шар в сахарную воду. Светящийся раствор действовал пару часов, так что шар, судя по всему, работает.
— Так и должно быть? — спросил Тамани.
Он ничего не смыслил в опытах Лорел, но с удовольствием наблюдал, как расцветают ее магические способности.
— Ага... правда, пока не представляю, как это поможет. Я капала раствор на кожу, и она какое-то время светилась, но на волосах и каплях сока все может быть по-другому. Мне нужен образец ткани Юки, тогда я возьму у себя такой же и смогу сравнить по-настоящему.
— Я добуду тебе образец! — пообещал Тамани, пытаясь придумать способ.
— Не сомневаюсь, — еле слышно сказал Дэвид.
Тамани бросил на него испепеляющий взгляд.
— Прекратите!.. — нахмурилась Лорел.
— Извини, — пробормотал Дэвид.
Лорел выразительно посмотрела на Тамани, однако тот промолчал. А что он такого сделал?
— Еще я хотел поговорить о безопасности. — Тамани отвернулся от Лорел. — По возможности надо держаться вместе. Когда-то тролли выследили Лорел по запаху цветка, а мы собираемся гулять после заката. Так что будьте начеку и не разбегайтесь. Надеюсь, вечер пройдет без сюрпризов.
— Браво! — Челси скорчила недовольную гримасу.
— В хорошем смысле, — неохотно улыбнулся Тамани. Челси начала ему нравиться, пусть она и не фея. Он посмотрел на часы в телефоне. — Где-то через пятнадцать минут поеду за Юки.
— И мама сейчас придет — помочь мне собрать подходящие закуски, — добавила Лорел.
— Значит, мы готовы. — Дэвид положил руку на спинку дивана, приобняв Лорел за плечи.
— Тогда я хочу поиграть в «двадцать вопросов», — предложила Челси.
Все удивленно уставились на нее.
— Не с вами. — Челси показала на Тамани, — С ним.
Тамани смерил ее долгим взглядом.
— Боюсь, я не знаю этой игры.
— Это легко, — сказала Челси, — Ты постоянно играешь в нее с Лорел, но она задает скучные вопросы. Правда, она рассказывала, что куча пьес Шекспира написана по мотивам ваших легенд. Я сто лет ждала, пока наконец доберусь до тебя сама!
— Ну хорошо.
«Интересно, что она имеет в виду?» — подумал Тамани.
— Кроме Шекспира есть еще истории, которые существуют в обоих мирах?
— А! — Тамани рассмеялся и сел в кресло рядом с Челси, — Сколько угодно. В Авалоне любят истории. Летние феи рассказывают их всю жизнь, в танцах, музыке и картинах. У людей неиссякаемая фантазия, и они вечно перевирают сюжеты, чтобы сделать их интереснее. И все-таки многие ваши сказки произошли от наших легенд.
Челси не заставила себя ждать.
— «Золушка»?
— Нет. Феи почти не носят обуви. Да и выбирать невесту по размеру ноги? Одинаково глупо для фей и для людей.
— А как же фея-крестная?
— Все враки. Мы умеем выращивать огромные тыквы без магии. И даже Зимней фее не под силу превратить мышь в коня.
— «Красавица и чудовище»?
— История о фее, которая влюбилась в тролля. Страшилка для сеянцев. Правда, тролли не превращаются в прекрасных принцев.
— «Рапунцель»?
— Неправильно приготовленная микстура роста.
Челси взвизгнула от восторга.
— «Дюймовочка»?
— Незнание простой анатомии. Мы рождаемся из цветов, но не такими крошечными. Хотя некоторые считают, будто россказни о феях-малютках придумали Летние.
— А расскажи что-нибудь неожиданное.
Тамани на миг задумался.
— Слышала о дудочнике из Гаммельна?
Челси растерялась.
— Ты хотел сказать «из Гаммелина»?
— Пожалуй. Это невыдуманная история, — серьезно сказал Тамани. — И ее почти не переврали. Дудочник был очень могущественным Весенним феем. Большинство из нас могут обольстить одного-двух зверей, а дудочник заворожил весь город. В конце концов его казнили.
— А что он сделал с детьми? — спросила Челси.
— Долго рассказывать. В общем, они шагнули с обрыва. И все погибли.
Челси и Лорел онемели, в ужасе глядя на Тамани.
— Да уж, не самая счастливая сказка, — неловко проговорил он.
Челси опомнилась первой.
— А легенды Камелота? — По блеску ее глаз Тамани понял, как давно она мечтала его расспросить.
— А что легенды?
— Лорел говорила, что король Артур существовал на самом деле. А остальные? Ланцелот? Гвиневера? Круглый стол?
Тамани колебался — ему не очень-то хотелось рассказывать, особенно при Дэвиде. Но разве это не будет выглядеть странно, когда Челси в таком восторге?
— Лорел говорила тебе о Неблагих, верно?
— Да, — увлеченно кивнула Челси.
— Тогда ты знаешь, что Благие были союзниками короля Артура?
— Да, это устроила королева Титания.
— Точно. А по человеческим правилам союз скреплялся браком.
— Как между человеком и феей?
— Именно, — хихикнул Тамани. — Гвиневера была Весенней феей, как я.
Челси вытаращила глаза.
— Я думала, что смысл такого союза — произвести наследника, который может править обоими королевствами...
— Неизвестно, знали ли Благие, что Гвиневера не может иметь детей от Артура. В те времена феи были не такими хитроумными. Или они все понимали, но просто... забыли сказать Артуру.
Челси изумленно открыла рот.
— При дворе Артура было множество фей, и среди них Нимуэ со своим сыном Ланцелотом. Он был другом Артура и одновременно фер-глейи Гвиневеры.
— Кем-кем?
Тамани испытал странную гордость, что Лорел не объяснила это слово друзьям.
— Личным телохранителем. — Хотя значение было шире, Тамани и так стеснялся своей откровенности.
— Значит, Гвиневера вышла за Артура, потом ее телохранитель полез не в свое дело и похитил ее, а Камелоту пришел конец? — спросил Дэвид.
Все взгляды обратились к нему.
— Думай как хочешь, — твердо сказал Тамани, — только Ланцелот волновал Артура меньше всего. Когда стало ясно, что король Артур и Гвиневера не могут зачать ребенка, рыцари обвинили королеву в колдовстве. Она обратилась к Ланцелоту за любовью и защитой. Но дела в Камелоте уже шли плохо. Достаточно того, что Гвиневеру чуть не сожгли на костре. Ланцелот спас ее и увез в Авалон.
— А если бы он не встревал? — спросил Дэвид, — Вдруг у Гвиневеры и Артура все получилось бы? Выходит, это Ланцелот все испортил.
Лорел и Челси переглянулись. Всем было ясно, что речь уже не идет о Ланцелоте и Гвиневере. Чтобы не нервировать Лорел, Тамани вытащил телефон и сделал вид, что смотрит на часы.
— Возможно. Но Артур был великим королем, особенно для человека. Он предпочел проиграть тяжелую схватку, а не одержать легкую победу, — Он выразительно посмотрел на Дэвида и улыбнулся, — Скоро вернусь.
Тамани повертел ключи вокруг пальца и, не оборачиваясь, вышел.

ГЛАВА XVII

Улучив момент, Лорел выскользнула с душной танцплощадки и зашла в уборную. Тут было не так жарко и влажно, зато сильно пахло духами. Она заглянула в кабинки — никого. Осторожно потянувшись, она поправила футболку над цветком, ноющим от долгого заточения, вздохнула и прижалась лбом к прохладному зеркалу.
Вечеринка ей нравилась, по крайней мере поначалу. Но вскоре полумрак стал давить, а восстановить силы было негде — за окнами давно стемнело. В довершение всего гремела оглушительная музыка, и мигрень вернулась с новой силой.
«Буду знать, как не спать после заката», — подумала Лорел.
Правда, оставалось всего полчаса. Она склонилась над раковиной и побрызгала лицо ледяной водой. Промокнув капли бумажным полотенцем, она придирчиво оглядела свою светлую кожу в зеркале и решила, что голове уже легче. Пусть даже это и попытка выдать желаемое за действительное. К счастью, танцы были неформальными, и все пришли в футболках. В нарядной одежде она бы долго не продержалась.
Сначала все собрались у Лорел на кухне, дегустируя мамины домашние закуски. Любопытно было украдкой наблюдать за Юки: она осторожно подносила каждый кусочек к носу, пытаясь определить состав, и только тогда пробовала. Вообще она оказалась довольно милой. И очень застенчивой, хотя Лорел чувствовала: за этой маской что-то кроется. С Юки было здорово — до тех нор, пока Лорел не вспоминала, что в их компанию дикая фея попала как девушка Тамани.
Перекусив, они всей толпой загрузились в кабриолет. Идею подал Тамани — чтобы не расставаться даже в дороге. К счастью, сиденья в машине были нераздельные. Ремней безопасности на всех не хватило, но Юки, которая втиснулась впереди между Тамани и Лорел, перебросила через плечо куртку. Никто бы не заметил, что она не пристегнута, да и полицейских поблизости не было.
Лорел держала кончики пальцев под струйкой воды, как вдруг поставили одну из ее любимых песен. Ощутив нечто вроде второго дыхания, она вернулась на танцпол и, игриво зарычав, набросилась на Дэвида со спины. Он перехватил ее руки и наклонил вперед. Потеряв опору под ногами, Лорел взвизгнула. Дэвид закружил ее и притянул к себе.
— Потанцуем?
Лорел с улыбкой кивнула. Он взял ее за руку и повел в центр площадки. Она прильнула к его груди; Дэвид прижал ее к себе, осторожно, чтобы не задеть цветок.
В конце песни Дэвид улыбнулся, а Лорел, смеясь, закружилась вокруг него. Над головой мелькали разноцветные огни. Краем глаза она заметила Тамани: они с Юки танцевали совсем рядом. Практически весь вечер они оставались на некотором расстоянии друг от друга, как принято на первом свидании. Сейчас Юки придвинулась ближе, почти прижав висок к щеке Тамани. Он свободно держал руки на ее спине и немного хмурился, но не оттолкнул ее, а вздохнул и наклонил к ней голову.
Пара фей медленно кружилась в танце. Неожиданно Тамани заметил взгляд Лорел. Она надеялась, что он смутится и отпрянет. Напрасно: Тамани смотрел ровно и бесстрастно. Затем намеренно закрыл глаза и прижался щекой ко лбу Юки. Лорел обмерла.
Дэвид привлек ее к себе и тепло улыбнулся. Он пропустил всю сцену — весь мучительный миг. Лорел заставила себя улыбнуться в ответ. Медленный танец сменился быстрой ритмичной музыкой. Переплетя с Лорел пальцы, Дэвид повел ее к краю танцпола. Когда они остановились, она украдкой глянула на площадку. В противоположном конце зала Юки что-то шептала Тамани на ухо, а он весело смеялся.
— Знаешь, Дэвид. — Лорел слабо улыбнулась, глотая комок в горле. — Осталось минут пятнадцать. Что, если мы уйдем чуть раньше?
— Дэвид обеспокоенно посмотрел на нее.
— Все в порядке?
— Да, — Она продолжала натужно улыбаться. — Просто голова болит. Весь вечер болела. Честное слово, у меня аллергия на школу. Даже громкая музыка не спасает.
— Конечно. — Дэвид притянул ее к себе и шепнул: — Судя по последнему танцу, они закругляются. Пойду позову Тэма, — засмеялся он. — Подозреваю, они с Юки готовы уходить.
Лорел удержала его за руку.
— А давай пройдемся, — попросила она, — До дома меньше мили. Мы ведь всегда ходили пешком, пока были без машин.
Дэвид посерьезнел.
— Уверена? Мы же собирались держаться вместе.
— Да, но... — Она покосилась на Тамани. Пока что он их не видит, — Реальной опасности нет уже месяцы. В городе наверняка миллионы стражей.
— И как минимум один тролль, — заметил Дэвид.
— Кроме того, — добавила Лорел, не реагируя на его слова, — у меня всегда с собой защитные снадобья. — Она схватила с вешалки сумочку. — Все будет в порядке. Пожалуйста, идем! За весь вечер мы ни разу не побыли наедине. Я хочу тишины.
— Там холодно.
Лорел улыбнулась.
— Я тебя согрею.
— Не согреешь, ты же почти холоднокровная. — Он засмеялся, снял с крючка куртку и, обняв Лорел за плечи, повел ее к выходу.
В просторном холле было почти безлюдно. Лорел вздохнула с облегчением.
— Спасибо. — Она указала на черный ход. — Идем сюда.
Не успели они сделать и пару шагов, как дверь зала с треском распахнулась и навстречу выскочил Тамани, обшаривая взглядом холл. Наконец он заметил Лорел.
— Вот ты где! Куда собралась?
— Я иду домой, — заявила Лорел, отводя глаза. — Мы идем домой. Это недалеко. А вы оставайтесь и гуляйте до конца.
— Черта с два! — отрезал Тамани.
— Эй, полегче! — вмешался Дэвид.
Тамани вздохнул и понизил голос:
— Лорел, пожалуйста, подожди. Я обязан охранять тебя и не смогу это сделать, если ты сбежишь одна среди ночи.
— Она не одна, — возразил Дэвид.
— Какая разница? Ты не сможешь ее защитить.
— Я...
— Только не говори, что взял свой пистолет, — оборвал Тамани. — Я проверял.
Дэвид замолчал.
«Как часто он носит с собой оружие?» — подумала Лорел.
Да нет, вряд ли часто — она бы заметила. Или...
Тамани сжал и разжал кулаки, затем поднял голову. Он выглядел на удивление спокойным.
— Дэвид, я стараюсь не переходить тебе дорогу. Просто нужно придерживаться плана, даже если кажется, что опасности нет. Пожалуйста, подождите, пока я заберу остальных и отвезу вас домой. Потом я вас оставлю, и... делайте что хотите. Но сначала давайте вернемся. Хорошо?
Лорел с надеждой посмотрела на Дэвида, однако он явно поддерживал Тамани.
— Хорошо, — слабым голосом сказала она.
— Спасибо.
Тамани поспешил назад в зал. Как только дверь за ним захлопнулась, Дэвид положил руку Лорел на плечо.
— Извини, что не удалось уйти быстро, — сказал он. И, поколебавшись, добавил: — Но я думаю, так будет лучше.
— Да ничего не случится! — отчаянно воскликнула она. — Ничего не случалось уже сто лет; и сегодня все будет в порядке.
— Я знаю. — Дэвид взял ее за руки. — Но безопасность еще никому не вредила. Вот приедем, отправим всех домой, включим фильм и забудем про все, ладно? Каких-нибудь десять минут — и мы останемся наедине.
Лорел кивнула, не решаясь говорить. Именно это ей сейчас было нужно. Вечер с Дэвидом.
Вскоре Тамани и остальные вышли из зала.
Лорел заставила себя улыбнуться.
— Извините, что испортила вам вечер, — бодро сказала она. — У меня голова раскалывается, а от музыки еще хуже.
— Ничего страшного. — Челси взяла ее за руку. — Все равно танцы почти закончились.
Молча переглянувшись с Челси, Лорел устроилась на заднем сиденье между двумя парнями, а Челси села впереди с Юки и Тамани. Тамани бросил на нее долгий недоумевающий взгляд, отвернулся и завел мотор.
Глядя на мелькающие за окном дома, Лорел удивлялась, что Тамани считает нужным так ее опекать. Мало ли что Джеймисон говорил о мухоловках, это ведь было так давно. Барнс мертв. Он был умен и хитер, мог затаиться и ждать, пока Лорел потеряет бдительность. А вот его прихвостки, похоже, умеют только прятаться или умирать, если попадутся.
На середине пустынной дороги под колеса кабриолета метнулась огромная тень. Взвизгнули тормоза — слишком поздно: машина врезалась во что-то с глухим тошнотворным стуком. Лорел не успела даже вскрикнуть; ремень впился в плечо, отбрасывая ее назад.
Дэвид выругался и рванул свой ремень. Перед Тамани и Челси белели подушки безопасности.
Подушки.
Ремни.
Юки!
Все бросились открывать двери и отстегиваться, но Лорел не отрывала глаз от Юки, распластавшейся на приборной панели. Фея застонала и попыталась встать. Со лба закапал прозрачный сок. На нее никто не смотрел; все бросились проверять, во что врезался Тамани.
«Скорее! Только бы Райан не заметил!» — пронеслось в голове у Лорел.
— Челси, дай мне свою футболку! — прошипела она, выскакивая из машины.
— Но...
— Сейчас же! — заорала Лорел. Сама она не могла раздеться из-за цветка.
Челси помедлила, потом стянула футболку через голову, оставшись в открытом кружевном бюстгальтере. Лорел выхватила футболку и наклонилась вперед, прижимая ее ко лбу Юки.
— Что ты... — моргая, пробормотала та.
— Не дергайся, — прошептала Лорел. — Мы во что-то врезались — ты поранила голову; сиди тихо, а то все узнают. — Последние слова она произнесла как можно выразительнее.
Юки вытаращила глаза, кивнула и наклонила голову.
— Ой! — процедила она сквозь зубы, окончательно очнувшись от резкой боли.
Перед машиной послышались крики. Лорел подняла глаза: в свете фар обозначились три фигуры в тусклых комбинезонах. Она безошибочно узнала их по уродливым физиономиям.
Тролли.
Внезапно кто-то пролетел над ними и упал на капот, ударившись головой о лобовое стекло. По стеклу змейкой побежала трещина.
— Райан! — пронзительно закричала Челси. Райан запрокинул голову, пару раз моргнул и закрыл глаза.
— Отдаете девчонку, — прорычал один из троллей, — и мы никого не тронем.
Тамани прыгнул вперед, со звучным треском пнув его ногой в голову. Тролль, спотыкаясь, отступил. Тамани отскочил в сторону, уклонившись от неуклюжего удара.
— Челси! — резко сказала Лорел. — Держи футболку! Зажимай Юки рану!
— Не могу! — Челси попыталась выбраться из машины. — Мне нужно... там Райан!
Лорел схватила ее за руку.
— Если ты туда полезешь, то только привлечешь к нему внимание. Оставайся здесь и помоги мне. Это лучший способ защитить его.
Челси в ужасе вытаращила глаза, но кивнула.
— Теперь бери футболку.
Челси молча повиновалась.
— Юки! — Лорел взяла ее за щеки, пытаясь привести в чувство, но Юки по-прежнему смотрела блуждающим взглядом, — Достань телефон. Позвони Клеа! Какой смысл от нее скрываться, пусть лучше вызовет помощь.
Лорел вскочила на заднее сиденье и выхватила из сумочки стеклянный шар. Зажав его в кулак, она выпрыгнула из двери и помчалась к капоту. Возле передних фар кто-то обхватил ее за талию и бросил на землю. В падении она швырнула шар к ногам Тамани, и он разлетелся вдребезги.
От земли поднялся густой дым, окутывая Тамани и троллей пеленой и приглушая свет фар. Убедившись, что дым валит столбом, Лорел развернулась и двинула локтем своего обидчика.
Дэвид застонал и перехватил ее руку, заслоняясь от следующего удара.
— Это я, — сдавленно прошептал он. — Не хотел, чтобы они тебя заметили.
— Извини, — шепнула Лорел и снова всмотрелась в дым. За густой завесой ничего не было видно. Она прищурилась, надеясь, что зелье подействует.
Из облака, пошатываясь, вышла фигура. Тамани. Он схватился за капот и с силой пнул двух троллей, ковылявших следом. Пока они не встали, он успел поднять перед собой два кинжала и описать одним широкую дугу, прочертив на теле тролля кровавую полосу. Второй тролль исчез в дыму, и Тамани повернулся к остальным.
— Почему они сопротивляются? — Лорел охватила паника. В шаре была сыворотка, действующая животным на радужку и временно ослепляющая — безвредная для фей. — Они должны были стать беспомощными! Дэвид, мне нужно что-то сделать!
Она попыталась встать, но Дэвид удерживал ее, словно в тисках.
— Что? Погибнуть? — прошептал он. — Поверь мне, лучшее, что ты можешь сделать, — это не шевелиться.
Хотя он был прав, Лорел чувствовала себя предательницей. Она прячется в надежных объятиях, а Тамани сражается за свою жизнь. За их жизнь. Он вертелся волчком, делая выпад за выпадом; кинжалы свистели в воздухе, вонзаясь в плоть врагов. Тамани действовал молниеносно, но Лорел знала, что иначе нельзя: пара ударов тролля — и он погиб. Схватка не длилась и полминуты, но показалась ей вечностью. Наконец один из троллей с протяжным воем рухнул на землю. Остальные со всех ног помчались в лес.
Лорел высунулась из-за колеса, ожидая следующего нападения, однако все было спокойно.
Она заглянула в машину. Челси до сих пор зажимала Юки ссадину, не отрывая глаз от Райана, неподвижно лежащего на капоте. Тамани согнулся, упершись руками в колени, и пытался отдышаться.
— Тэм! — отчаянно позвала Лорел, вставая на ноги.
Тамани мельком взглянул на нее.
— Дэвид! — крикнул он, поднимая убитого тролля, — Помоги мне! Быстро!
Дэвид помчался к нему и схватил тяжелое тело. Вместе они оттащили его на обочину и спрятали под забором.
— Разберусь с ним позже. — Тамани побежал назад к машине. — Теперь этого.
Лорел впервые как следует рассмотрела то, что прыгнуло им на машину. Оно было мертво. Глядя на безжизненные глаза, бесформенный нос и жидкие спутанные волосы, Лорел невольно содрогнулась. Тварь была в обносках и больше походила на животное, чем на человека, — как Бес, которую Барнс держал на цепи, словно собаку.
— Низший тролль, — сказал Тамани. — Жертва. Его подбросили под колеса на верную смерть. Дэвид, помоги мне, — Он схватил мертвого тролля под мышки, а Дэвид взялся за короткие толстые ноги, отвернувшись от мерзкого зрелища, а может, и запаха.
Когда они вернулись к машине, Райан тихо застонал и попробовал перевернуться.
— Просыпается. — Лорел сжала локоть Дэвида. — Надо посадить его в машину, пока он ничего не понял.
Дэвид схватил Райана в охапку, стащил с капота и неуклюже втолкнул на заднее сиденье.
— Что произошло? — спросил Райан, держась за затылок.
Лорел почти физически ощутила, как все затаили дыхание.
— Авария, — нерешительно сказала она, — Ты ударился головой.
— У меня будет синяк? — простонал Райан. Закрыв глаза, он что-то неразборчиво пробормотал и снова потерял сознание.
Все снова оживились. Тамани заглянул в машину.
— Ты как? — торопливо спросил он Юки.
— Она в порядке, — сказала Челси. — Уже позвонила Клеа. Ну, может, немного не в себе.
Тамани вздохнул и отвернулся.
— Дэвид! — позвал он.
Тот в оцепенении пялился на полуобнаженную Челси.
— Дэвид! — сказал Тамани громче, трогая его за плечо. Дэвид вздрогнул и залился краской.
— Немедленно убирайтесь отсюда, пока никто не явился, — прошептал Тамани, чтобы Юки не слышала.
— А ты куда? — спросила Лорел.
— Мне нужно их выследить. А ты поезжай домой!
— Но машина...
— Она в порядке. — Тамани протянул ей ключи, — Прошу тебя, уезжай. Забери всех к себе. Там вы будете в безопасности.
Он уже собрался уходить, когда Лорел схватила его за руку.
— Тэм, я...
В голове Лорел взорвались молнии. Она упала на колени и вскинула руки к вискам. Мозг словно пронзали тысячи игл. Она попробовала закричать. Удалось? Неизвестно. Любые звуки заглушал непонятный рев.
Все закончилось так же внезапно, как и началось.
Лорел осела на землю, ошеломленная резким исчезновением боли. Ее била дрожь, она вся взмокла — впервые в жизни. Кто-то звал ее по имени. Дэвид? Тамани? Она попыталась ответить, но губы не слушались. Глаза заволакивала черная пелена, которой не хотелось сопротивляться. Лорел почувствовала, как кто-то подхватил ее на руки, потом ее веки сомкнулись, и она провалилась во тьму.

ГЛАВА XVIII

Тамани в ужасе бросился к Лорел и осторожно осмотрел ее. Ни царапины.
— Дэвид! — Он побежал к багажнику и поспешно вставил ключ. — Посади ее на заднее сиденье.
— Ее нельзя трогать. — Дэвид опустился на корточки рядом с Лорел.
— А что ты сделаешь? — взорвался Тамани. — Вызовешь «скорую»? Сейчас важнее всего убраться отсюда. Неси ее в машину.
Дэвид неохотно поднял Лорел и усадил рядом с Райаном. Тот еще не пришел в себя.
— И что дальше?
Тамани не отрывал глаз от багажника, где хранил свой испытанный пояс с кармашками. В голове звучал голос Шара: «Возьми след! Не упусти тролля!» По правилам положено броситься в погоню. Но, уже потянувшись к поясу, Тамани понял, что не может уйти. Лорел лежит без чувств в машине, и он скорее оторвет себе руку, чем оставит ее в таком состоянии. Он захлопнул багажник и рявкнул Дэвиду:
— Садись!
Тамани сел за руль и, затаив дыхание, повернул ключ. Как только мотор завелся, он с силой нажал на газ. Лорел должна быть дома как можно быстрее!
— Когда приедем, все зайдите в дом, — велел Тамани, как только они отъехали — Там будем разбираться. Юки я отвезу сам, — добавил он чуть тише. Глаза она не открывала, но вдруг слышит?
У дома он въехал на бровку и заглушил мотор. Челси аккуратно подвинула Юки к Тамани и бросилась открывать дверь. Тамани обхватил Юки, краем глаза ревниво наблюдая за Дэвидом — он точно так же прижимал к себе Лорел. Челси закрепила футболку у Юки на голове: пусть думает, что ее не разоблачат.
Когда они подошли, Челси уже вела к машине одетого по-домашнему папу Лорел, видимо, чтобы помочь тащить Райана.
— Что случилось? — В дверях стояла перепуганная мама Лорел.
— Сбили оленя, — опередив всех, сказал Тамани.
Он долго и выразительно смотрел на маму, пока недоверчивое выражение не исчезло с ее лица. Она кивнула и жестом указала на кресло.
Тамани усадил туда Юки, а Дэвид бережно положил Лорел на диван. Мама опустилась рядом на корточки, гладя дочь по голове.
В дверях показались папа Лорел и Челси: они вели под руки Райана. Он снова очнулся, но еще плохо понимал, что происходит.
— Ты на машине? — спросил Тамани у Челси.
Она покачала головой.
— За мной заезжал Дэвид.
— А Райан?
Челси быстро кивнула.
— Его фургон тут.
— Бери ключи и вези его домой.
Тамани отвернулся. Челси схватила его за плечо:
— А что я скажу родителям?
— Мы сбили оленя.
— Нельзя таскать Райана туда-сюда после аварии. Надо ехать в больницу, вдруг у него сотрясение.
— Делай все, что угодно, — Тамани наклонился ближе и понизил голос. — Главное — всем объяснить, что мы сбили оленя. — Стянув футболку, он укрыл обнаженные плечи Челси и заглянул ей в глаза. — Такая героиня, как ты, вправе меня раздеть.
Шутка явно оказалась к месту: Челси расплылась в улыбке.
— Мы обязательно все тебе расскажем, — добавил он, понимая, что задерживает ее.
Челси кивнула и, передав Райана папе Лорел, сунула руки в рукава и торопливо застегнулась. Пока они усаживали Райана в фургон, Тамани повернулся к остальным, оценивая потери. Лорел была еще без сознания, а Юки изучала комнату из-под полуприкрытых век.
Улучив момент, Тамани внимательно посмотрел на нее. Он помнил, что в тот миг, когда Лорел упала, Юки буравила ее взглядом, недобро поблескивая глазами. Может, он дует на воду, но с Юки постоянно связаны совпадения, совсем как с Клеа. А верить в совпадения Тамани не привык.
Тролли требовали «отдать девчонку». Какую из них? В который раз он пожалел, что не может обольстить Юки и все выяснить. Пока его тайна давала им мизерное преимущество — если она, конечно, оставалась тайной. Сегодня он всерьез в этом засомневался. И все-таки ради нескольких вопросов не стоит рисковать. Ответы могут оказаться бесполезными.
Юки перевела на него взгляд. Тамани немедленно изобразил беспокойство и опустился рядом с ней на колени.
— Как ты себя чувствуешь?
Юки улыбнулась, и Тамани растянул губы в ответ.
— Уже лучше, — чуть хрипло сказала она и потрогала голову, перевязанную футболкой Челси. — А что случилось?
Тамани замялся.
— Я сбил оленя. Ты ударилась головой. Челси перевязала рану — хочешь, я посмотрю? — спросил он, не давая Юки опомниться.
— Нет! — На миг она показалась испуганной, но быстро овладела собой.
«Насторожилась», — отметил про себя Тамани.
— Все в порядке, — спокойно добавила Юки, — Скоро приедет Клеа, она разберется.
Тамани заставил себя кивнуть. Клеа будет здесь — значит, можно проследить за ней. Правда, Лорел до сих пор не очнулась. А тут еще эти два тролля... не говоря уж о Райане; похоже, стычку с троллями он забудет, зато Лорел наверняка запретит стирать ему память. Если Райан хоть что-то помнит, лучше за ним присматривать. Тамани поморщился: он связан по рукам и ногам.
— Лорел велела ей позвонить. — Видимо, Юки неверно истолковала его гримасу. — Не помню, что я сказала, но она на пути сюда.
— Я принесу тебе бумажных полотенец, — неожиданно вмешался Дэвид.
Юки вскинула руку ко лбу.
— Не надо, — резко сказала она. — Все нормально.
— Да, но Челси нужна футболка, — настаивал Дэвид. Покосившись на Тамани, он наклонился и что-то зашептал Юки на ухо. Она кивнула, и Дэвид вышел из комнаты.
— А что с Лорел? Тоже ударилась? — спросила Юки после неловкой паузы.
— Ты не помнишь?
Она медленно помотала головой.
— Не очень. Помню дым, голоса и... Лорел потеряла сознание?
— Да, наверное, повредила что-то при аварии и не сразу почувствовала. Адреналин и все такое, — мрачно усмехнулся он. Юки не ответила.
Дэвид вернулся из кухни с рулоном бумажных полотенец.
— Можно пройти? — многозначительно спросил он.
Тамани недоуменно посторонился. Дэвид явно намекнул Юки, что знает ее тайну. Или, по крайне мере, что кровь у нее не человеческая. Тамани был вовсе не намерен раскрывать карты.
— Смотрите, кто к нам пришел! — Папа Лорел старался сохранять бодрость духа во всем этом безумии. — Появилась, как раз когда Челси с Райаном уезжали. Клеа, верно? Лорел столько... э-э... о вас рассказывала.
При виде Клеа Тамани испытал странную смесь страха и любопытства. Она в точности соответствовала описанию Лорел: вся в черной обтягивающей коже, с коротко стриженными каштановыми волосами и в темных очках. От нее веяло чем-то зловещим, и Тамани буквально почувствовал, как к дому стекаются стражи.
Несколько секунд Клеа и Юки обменивались многозначительными взглядами, затем Клеа тихо спросила:
— Ты в порядке?
— Кажется, да, — пробормотала Юки, опустив глаза и сжавшись в комок.
За последние три часа она пережила аварию и нападение троллей, но даже тогда не выглядела такой испуганной. Юки подолгу сидела дома одна, и Тамани не приходило в голову, что Клеа держит ее в заключении. Он скорее считал ее пешкой, чем пленницей, а сейчас впервые засомневался...
— Она поранила голову, — сказал Дэвид. Измазанную соком футболку он с деланной небрежностью прятал за спиной. — Мы с Челси промыли царапину, — выразительно произнес он, глядя Клеа в глаза.
Клеа приподняла брови над очками и кивнула.
— Хорошо, — сказала она, не реагируя на намек.
Клеа словно почувствовала взгляд Тамани, повернулась к нему и, не скрывая подозрительности, спросила:
— А ты кто?
— Я Тэм. — Он протянул руку в перчатке. — Это я пригласил Юки на танцы. Она ведь живет с вами?
Клеа долго смотрела на его руку, затем коротко ее пожала.
— Я из Шотландии, — добавил Тамани, подчеркивая свой акцент. — И я был за рулем. Простите, пожалуйста.
— Бывает, — отмахнулась Клеа. — Я отвезу Юки домой, — Она двинулась к креслу, но задержалась, увидев Лорел, и с искренним беспокойством спросила: — Что с ней?
— Мы собирались везти ее в больницу, как только вы заберете Юки, — быстро сказал папа Лорел. Его маленькая ложь прозвучала легко и естественно.
— Конечно, — грубовато обронила Клеа. — Я вас не задержу. — Она помогла Юки подняться, положив ладонь на ее руку, прижимающую полотенце ко лбу. — Я навещу Лорел на днях, — сказала Клеа в пространство.
— Разумеется, — пробормотала мама Лорел. — Нам пора ехать к врачу.
— Само собой. — Клеа легонько подтолкнула Юки к выходу.
Дверь за ними захлопнулась, и все облегченно вздохнули.
Кроме Тамани.
Он бросился к окну и стал наблюдать, как Клеа сажает Юки в машину — вытянутую двухдверную модель, которая неискушенному Тамани напомнила гоночный болид. Они умчалась. В свете уличных фонарей Тамани разглядел, что вслед метнулись проворные тени, и только тогда повернулся к остальным.
— Дэвид, что на тебя нашло? — спросил Тамани. — Ты же выдал нас с головой!
— Оно того стоило. — Дэвид протянул футболку. — Я добыл вот это.
— Знаешь, я думаю, Челси бы не умерла без футболки, — сказал Тамани. — Зная ее пристрастие к сувенирам из мира фей, я думаю, что скорее сам останусь без рубашки.
— Ты не понимаешь, — отрезал Дэвид. — Мы ведь хотели получить образец ее клеток, верно? Футболка пропитана соком!
Тамани онемел. Это ведь так просто, так очевидно...
— Блестяще! — нехотя согласился он.
Дэвид усмехнулся.
— Мама! — слабо позвала Лорел. Все застыли.
Родители подбежали к дивану. Дэвид перегнулся через спинку, глядя ей в глаза. Тамани стиснул зубы и не шевельнулся. Он вновь почувствовал себя чужим, как на танцах, когда она кружилась с Дэвидом.
— Как я сюда попала? — растерянно спросила Лорел.
— Мы привезли тебя после аварии, — тихо сказал Дэвид.
Она откинулась на подушку, пытаясь осмыслить происходящее. Мама стиснула ее руку и повернулась к Тамани.
— И все-таки что случилось? Только без оленей, пожалуйста.
Дэвид взглянул на Тамани, словно ожидая сигнала. Тот знал, что Лорел все равно им расскажет. Набрав побольше воздуха, он изложил все в мельчайших подробностях.
— И она просто потеряла сознание? — спросила мама, гладя дочь по щеке, — Почему?
— Не знаю, — с усилием проговорила Лорел. — Все закончилось, я стояла, и вдруг меня накрыла эта кошмарная головная боль. И я... просто отключилась.
— Может, ты ударилась головой?
— Сомневаюсь, — ответила Лорел. — Непохоже на то. Было просто... очень больно. И я слышала какой-то рев. А потом ничего.
Папа взглянул на Тамани.
— Тролли так умеют?
— Не знаю. Раньше не умели, но в последнее время мы перестали понимать, что происходит.
— Мое зелье на них не подействовало, — вмешалась Лорел. — Это неправильно.
Поколебавшись, Дэвид спросил:
— А ты сама его делала?
Лорел скорчила гримасу и сухо ответила:
— Нет, не сама. Его приготовила одна из лучших учениц в Академии. Не помню, кто из Осенних.
— А она могла ошибиться? — настаивал Дэвид.
— У всех Осенних бывают ошибки, — Лорел наморщила лоб, как будто что-то вспоминала, и медленно, с усилием произнесла: — Юки... она поранилась.
— Да, — сказал Дэвид. — Клеа забрала ее пару минут назад.
— Клеа была здесь?
Лорел попыталась сесть. Мама придержала ее за плечи. Лорел на секунду зажмурилась, словно опять теряла сознание, и Тамани невольно шагнул вперед, но она снова открыла глаза.
— Я не мог ничего сделать, — сказал Дэвид. — Мы вкратце объяснили ей все, как сумели, и выставили их обеих за дверь. Она... в курсе, что мы с Челси знаем про Юки. Прости, я не знаю, что еще сказать.
— Ничего. Клеа не просила скрывать от вас. А как Райан и Челси? Где они?
Дэвид замялся.
— Поехали домой. А может, в больницу. Челси повезла Райана. В любом случае, его отец проверит, нет ли у него сотрясения мозга. И наверное, прочтет нам нотацию о пользе службы спасения.
Лорел пожала плечами.
— Я переживу нотацию от папы Райана. Это лучше, чем если бы Райан все узнал. Он ведь ничего не помнит?
— Похоже, нет, — вздохнул Дэвид — К счастью для нас, он совершенно не соображал.
— И он точно не помнит троллей? — спросил Тамани.
— Насколько я понимаю, да. Я пытался осторожно расспросить.
— И слава богу. А что Юки? — спросила Лорел.
Дэвид посмотрел на Тамани.
— Не знаю, — признался тот. — Кажется, тоже была не в себе и не видела троллей. Правда, она запросто могла врать ради меня. В любом случае, делает вид, будто ничего не знает. По крайней мере, со мной.
— А как...
— Довольно, — сказала мама Лорел, укладывая дочь на диван, — Хватит думать обо всех! Пора позаботиться и о себе. Как ты себя чувствуешь?
— Нормально. — Лорел и в самом деле выглядела лучше. Она сдержалась, чтобы не зевнуть, — Правда, я ужасно устала. Мы ведь поэтому и поехали домой, верно? — добавила она со смехом, который никто не поддержал.
— Ладно, — весело сказала мама, — нашей девочке пора спать.
— Еще одно, — быстро сказал Тамани.
— Не сегодня, — возразил Дэвид.
— Завтра может быть поздно, — прошипел Тамани.
— Не ссорьтесь! — шикнула Лорел. Он оцепенел и, пробормотав извинения, отошел. — О чем вы?
Теперь она говорила таким слабым голосом, что Тамани захотелось подхватить ее на руки и унести отсюда. В Авалон, где никто никогда не посмеет ее обидеть. Он в очередной раз задумался, почему этот человеческий мир и этот парень так ей дороги. Почему она постоянно рискует собой, защищая их, когда Тамани больше всего на свете мечтает, чтобы она была в безопасности. Хотя Лорел очень сильная, в бурю ломаются и более крепкие деревья.
— Я добыл футболку Челси, — сказал Дэвид. — Которой она перевязала Юки царапину. И... подумал, что ты можешь использовать ее как образец для опыта.
Лорел изумленно взглянула на него.
— Да! Дэвид, это отлично!
Она постаралась встать, но снова упала на диван. Дэвид и Тамани одновременно шагнули вперед, протянув руку, и мрачно переглянулись.
— Со мной все нормально, — заверила Лорел. — Просто встала слишком резко. Давай образец. Мне нужно подготовить его на завтра, а то не успею.
Дэвид поднял футболку.
— Я занесу ее наверх.
— Я помогу тебе подняться, — одновременно сказал Тамани.
После неловкой паузы мама подала дочери руку.
— Я помогу Лорел, — мягко сказала она, — а Марк занесет футболку. — Дэвид неохотно передал футболку папе. Лорел оперлась на мамино плечо, отводя глаза, но мама метнула на парней такой взгляд, что Тамани живо припомнил собственную мать. — Думаю, вам хватит приключений на сегодня. Я помогу Лорел приготовить образец, а потом ей нужно поспать. Все остальное подождет до завтра. Дэвид, можешь устроиться на диване, если хочешь. Не уверена, что тебе стоит выходить из дома. — Как будто спохватившись, она добавила: — Ты тоже можешь остаться, Тамани, но...
— Спасибо, нет, — ответил он. — Боюсь, у меня еще есть дела этой ночью.
— Полагаю, ты сможешь о себе позаботиться, — сказала мама, и Тамани послышался смех в ее голосе. Кивнув, он стал смотреть, как мама медленно ведет Лорел наверх.
— Ну что?.. — сказал Дэвид, обратившись к Тамани.
Тот ничего не ответил, повернулся и выскользнул через черный ход. На Дэвида у него терпения точно не хватит.
Как только Тамани отошел от крыльца, его догнал Аарон.
— Не хочешь объяснить, что произошло? — резко спросил он.
— На нас напали тролли, — парировал Тамани, с трудом сдерживая ярость, — И если ты еще не понял, твой отряд не справился с заданием.
— Мы были на месте через секунду после того, как ты уехал. Но было поздно. Мы взяли след, и все.
— Надеюсь, вы пошли по следу.
— Естественно, — отрезал Аарон. — Но он исчез. Опять! Хотел бы я знать, почему ты не пошел. Ты же их видел!
Тамани отогнал угрызения совести.
— Я должен был остаться с Лорел.
— Мы могли сопроводить ее домой.
— Я не знал. Видел только, что вас нет.
Аарон вздохнул.
— Очень сложно успевать, когда ты за рулем.
— А что в нашей жизни легко, Аарон?
— Ты должен был идти за ними, Тамани. Это твоя работа!
— Нет, твоя! — Тамани повысил голос, — Мое задание — защищать Лорел, и я его выполнял. — Он отвернулся и скрестил пальцы на затылке, закрыв локтями лицо и делая серию коротких вдохов, чтобы прийти в себя, — Я их найду, — сказал он после долгой паузы.
— След давно остыл, — не отступал Аарон.
— Неважно. Найду. Поставлю новых стражей на ночь. Я все сделаю, — пообещал он скорее себе, чем Аарону.
Аарон промолчал. Спустя некоторое время Тамани опустил руки и обернулся, но рядом никого не было.

ГЛАВА XIX

— Нам надо поговорить. — Челси поймала Лорел за руку в школьном коридоре.
Лорел улыбнулась.
— Я в порядке, спасибо. А ты как? Шея не болит после аварии?
— Я серьезно, — прошипела Челси. — Надо поговорить. Срочно, — добавила она чуть дрогнувшим голосом.
— Хорошо. — Лорел поняла, что сейчас не до шуток. — Разумеется. Извини... Зайдем сюда, — Она махнула рукой на подсобку, которую никогда не запирали. Там было пусто. — Что случилось? — спросила она, присаживаясь у стенки.
Челси села рядом.
— Райан. Он совсем не помнит вечер пятницы.
Лорел растерялась.
— При травмах головы так бывает, разве нет?
— Он не помнит ничего. Ни аварию, ни то, как мы везли его домой. Лорел, он не помнит половину вечеринки!
— Это ведь пройдет?
Челси подняла бровь.
— Что-то мне подсказывает, что нет.
Лорел словно током ударило.
— Думаешь, я его чем-нибудь напоила? — Она осторожно повысила голос.
Челси тут же смягчилась.
— Что ты, конечно нет! — Помедлив, она добавила: — Но кто-то напоил. И вряд ли это были родители.
— По-твоему, такая потеря памяти... неестественна? — спросила Лорел.
— Иначе и быть не может! В субботу вечером по дороге домой Райан связно отвечал на вопросы. Сегодня он знает меньше, чем через час после аварии.
— Почему ты вчера не сказала?
— Сначала я сомневалась. А вечером мы говорили по телефону, и он не помнил ничего с десяти часов пятницы до утра субботы. Это большой провал. Год назад у моего братца Денни было сильное сотрясение, и то он забыл только пару минут.
Лорел вздохнула. Значит, дело рук Тамани или Юки. И непонятно, что хуже.
— Лорел?
— Да?
— В прошлом году ты говорила, что всеми силами будешь защищать Райана. Я просто напоминаю.
— Поверь, я не могу вернуть ему память, — сказала Лорел — Но сделаю все возможное, чтобы это не повторилось.
Они поднялись и вышли из подсобки. Главный коридор наполнялся людьми. Лорел в задумчивости остановилась у своего шкафчика. Краем глаза она заметила стройную фигуру Тамани и стала исподтишка наблюдать за ним.
Пройдя мимо своего шкафчика, он подошел к Юки. Лорел украдкой взглянула на ее лоб, однако не смогла ничего рассмотреть. Ссадина проходила прямо по линии волос и была почти не видна. Вдобавок Юки — или Клеа — загримировала ее под обычный человеческий шрам.
«Надо признать, удачная находка», — подумала Лорел.
Жаль, что нельзя посмотреть поближе... Еще и Тамани мешает.
Протянув руку, он потрогал ее лоб чуть ниже ссадины и провел пальцем по щеке. Лорел внутренне закипела и отвернулась. Неизвестно, кто дал Райану эликсир забвения, но точно один из них.
Сильные руки скользнули по ее бедрам, и лица коснулась колючая щека Дэвида.
— Доброе утро, — улыбнулась Лорел.
— Ты...
— Ну хватит уже спрашивать, — перебила Лорел. — Я в порядке.
— Я собирался спросить, хочешь ли ты есть, — усмехнулся он.
Лорел закатила глаза, а Челси добродушно хлопнула Дэвида по плечу.
— Клеа не заглядывала? — Дэвид стал открывать шкафчик.
— Ты вчера уже спрашивал. С тех пор ничего не изменилось, — ответила Лорел.
— Странно, — произнес он.
Это действительно было странно. Клеа как будто не интересовалась инцидентом.
— Кстати, у нас проблема, — вспомнила Лорел за миг до звонка, — Вкратце: кто-то дал Райану эликсир забвения, и это не я. Так что я зла или напугана, а может, и то и другое.
— Хочешь, я с ним поговорю? — Дэвид скрестил руки на груди и недобро покосился на Тамани.
— Нет! — Лорел потянула Дэвида за руку, но не сомневалась, что Тамани все равно заметил. — Спасибо, я сама.
— Ладно, — угрюмо сказал Дэвид.
— К тому же вдруг это не он.
— Да брось! Что он сказал, когда уходил? — Дэвид изобразил шотландский акцент: — «У меня еще есть дела этой ночью».
— Это ничего не значит. — Лорел погладила его но руке. — Прошу тебя, не торопись с выводами.
Дэвид поджал губы.
— Хорошо. Если передумаешь, дай знать.
— Обещаю, — Лорел притянула его к себе за воротник и поцеловала, — Поговорим позже.
Дэвид развернулся и пошел по коридору. Одновременно Тамани попрощался с Юки и зашагал навстречу. В последний момент он посмотрел через плечо, как будто оглядывался на Юки, — и врезался плечом в Дэвида. Тот отскочил, выставив руки перед собой.
— Эй!
Все в коридоре затихли и обернулись к ним.
Кроме Тамани: он продолжал идти как ни в чем не бывало. Только поднял руку в черной перчатке без пальцев.
— Прости, братишка, — сказал он с американским акцентом, — Виноват.
И, не останавливаясь, прошел в класс.

На уроке Тамани не решался смотреть Лорел в глаза. Конечно, не стоило толкать Дэвида, но раздражение копилось все выходные и сегодня вырвалось наружу.
— И вообще, может, он его случайно задел?
По напряженной позе Лорел Тамани видел, что она прекрасно все понимает. И сердится, а он уже устал извиняться.
По правде говоря, видеть ее с Дэвидом изо дня в день оказалось тяжелее, чем он ожидал. В глубине души Тамани надеялся рано или поздно увести Лорел. Он всегда считал, что стоит им подольше побыть рядом и прежние чувства вспыхнут с новой силой. Но шел уже третий месяц — и ничего.
Он кругом терпел неудачи. Упустил троллей — и с тех пор не нашел ни одной зацепки, ничего не узнал о Юки и совершенно растерялся при первой же встрече с Клеа.
Может, Шар прав и вернуть Лорел — плохая идея? Нет, сдаваться не в его правилах. Он снова попытался поймать взгляд Лорел, но она яростно черкала в тетрадке, записывая каждое слово миссис Хармс.
«Ладно, — упрямо подумал Тамани. — Не очень-то и хотелось».
Урок закончился, и Лорел взглянула на Тамани. Не успела она открыть рот, как он отвернулся, смахнул книги в рюкзак и забросил его за плечо. Затем покосился на изумленную Лорел и выскочил из кабинета. В коридоре он силился что-то рассмотреть за спинами других учеников, проклиная свой рост. Наконец показалась Юки.
— Привет! — Тамани подбежал, чуть запыхавшись.
Она удивленно подняла брови и опустила ресницы, пряча улыбку.
— Привет.
— До смерти лень идти на урок. Не хочешь вместе прогулять?
Юки широко открыла глаза.
— Прогулять? — повторила она страшным шепотом, как будто Тамани предложил ей поучаствовать в убийстве.
— Ну да. Никогда не прогуливала?
Она мотнула головой.
Тамани протянул ладонь.
— Хочешь?
Юки долго смотрела на его руку, словно боялась, что она кусается.
«Или что это ловушка», — подумал про себя Тамани.
— Ну давай. — Юки улыбнулась и накрыла его руку узкой ладонью.
— Вот видишь, — повеселел Тамани, — ничего страшного.
Он повел ее к выходу сквозь океан теплых тел. Сам он частенько убегал с уроков и знал, что на стоянке никто не ловит прогульщиков, но Юки настороженно оглядывалась, как будто кто-то мог выпрыгнуть из кустов.
Тамани открыл ей дверь.
— Опущу крышу, как только выедем за территорию, — сказал он, усаживаясь за руль.
Юки уставилась на лобовое стекло.
— Разве она опускается? Тут же цельная конструкция!
— Ага, — небрежно обронил Тамани. — Но у меня есть один парень...
«Большой охотник до денег», — подумал он.
Смешно, как много деньги решают в мире людей. Механик клялся, что работу нереально закончить так быстро, но при виде пачки долларов забормотал, что имел в виду «нереально дорого».
Юки сползла вниз, чтобы ее не было видно в окно. Тамани с трудом сдержал смех. Пусть она и фея, зато явно боится директора школы. Как только они отъехали подальше, Тамани нажал кнопку, и крыша плавно спряталась. Юки расслабилась и распустила волосы, которые тут же затрепетали на ветру.
— А куда мы едем? — спросила она, откинувшись в кресле.
— Не знаю. У тебя нет местечка на примете?
Юки скорчила гримасу.
— У меня же нет машины. Я нигде не бываю.
Тамани не хотел признаваться, что и сам плохо изучил окрестности: не мог надолго оставлять Лорел. Хотя тролли никогда не нападали на школу, незачем испытывать судьбу.
Справа показался парк, n Тамани притормозил за кустом, пряча машину от любопытных глаз.
— Здесь подойдет?
— Для чего? — застенчиво спросила Юки, не поднимая головы.
Намек понятен. Он и правда напористо себя ведет. Вот только спешить с неискренними намерениями не хочется.
— Можно просто поболтать, — нарочито беспечно сказал Тамани. — Я давно у тебя не был, а в школе... так суматошно. Толком не пообщаешься.
— В парке лучше? — улыбнулась она.
— Почему бы и нет. — Он наклонился к ней. — Ты что-то имеешь против парков?
Не дожидаясь ответа, Тамани выскользнул из машины. Как он и предполагал, через секунду хлопнула пассажирская дверь. Юки быстро догнала его.
— Тебя достают просьбами сказать что-нибудь по-японски? — Тамани выбрал приятную нейтральную тему.
Она закатила глаза.
— Еще как! Всем интересно, как их зовут по-японски. А когда я отвечаю, что имя будет звучать гак же, просят придумать им японское имя. И они ужасно коверкают слова. Один ты говоришь на нормальном английском.
— Да, зато меня вечно просят сказать что-нибудь с ирландским акцентом. Я даже не решаюсь их разочаровывать — я ведь шотландец.
— А еще меня спрашивают, смотрю ли я аниме.
— А ты смотришь? — Тамани сам не знал, что это. Надо будет спросить у Лорел. Если она захочет с ним разговаривать.
Юки хмыкнула.
— Нет. Смотрю обычные телешоу. Канал «Эйчби-о», а иногда диснеевский канал, — смущенно добавила она.
Тамани усмехнулся, хотя не имел понятия, что тут смешного. Он слышал про телевизор, но никогда его не смотрел. Без конкретной ситуации ему было сложно применять кучу слов и аббревиатур, которых он нахватался в Шотландии.
— А как у тебя вообще жизнь? — серьезно спросил он, облокотившись на брусья.
— Да все нормально. Без приключений.
— Даже в прошлые выходные?
— А, да, — смутилась она. — Одно приключение было. А так ничего особенного.
— Кстати, как отнеслась Клеа к этой истории? — осторожно спросил Тамани. — Не сильно волновалась из-за аварии?
— Да нет, — Юки залезла с ногами на качели, для равновесия ухватившись за цепи. — Клеа работает в полиции и всякого насмотрелась. Даже когда она волнуется, то ничего не показывает.
— Тебе нравится жить с ней? Ну то есть у нее в доме.
— Да. Я редко ее вижу, но в целом нравится.
Тамани решил пойти ва-банк. Юки не раскроет карты, если он сам будет чересчур скрытным.
— Когда она приехала, ты очень... нервничала. Как будто испугалась.
Юки едва заметно поморщилась.
— Ничего подобного. — Она слегка вздернула подбородок и принялась раскачивать качели. — Терпеть не могу отвлекать ее от работы. Клеа этого не любит. Она не злая, просто не привыкла нянчиться. У нее есть ко мне кое-какие требования: например, не влипать в неприятности. Это не так уж плохо; у нее большие планы, и она не терпит препятствий. — Поколебавшись, Юки тихо добавила: — Когда-нибудь я хочу стать такой же.
— По-моему, ты уже такая. — Тамани зашел сзади и остановил качели. Затем поставил одну ногу на сиденье и, оттолкнувшись второй ногой, выпрямился и стал раскачиваться, прижавшись грудью к спине Юки. Она затаила дыхание. — Я беспокоюсь, что ты все время одна. Или с ней. Я ее побаиваюсь. Не хотел даже признаваться, что был тогда за рулем.
Юки повернула к нему голову и тепло улыбнулась.
Тамани помолчал. Наверное, сейчас подходящий момент.
— Если ты попадешь в беду — с ней или с кем-то другим, — скажешь мне?
Их лица почти соприкасались. Юки смерила его долгим взглядом и шепнула:
— Да.
На этот раз Тамани ей поверил.

ГЛАВА XX

После того как Тамани полдня где-то пропадал, а вторые полдня не замечал ее, Лорел надоело притворяться, будто все хорошо. Она отпросилась у Дэвида с традиционных домашних занятий, сославшись на желание отдохнуть в одиночестве. Дэвид безропотно согласился. Наверное, потому, что они все выходные провели вместе или на телефоне. А может, потому, что с момента возвращения из Авалона Тамани увивался за Юки.
Переступив порог дома, Лорел сбросила рюкзак и поволокла его за собой по лестнице. Ей нравилось, как он громко шлепает по ступенькам, словно обиженный ребенок. Пожалуй, она и сама была немного обижена. Тамани напоил Райана, хотя знал: Лорел будет против. И наверняка понял, что она догадалась. Иначе зачем он так демонстративно ее избегает?
Нет, она зла не потому, что Юки запала на Тамани. Это его проблемы.
Лорел распахнула дверь своей комнаты и вскрикнула: на подоконнике сидел Тамани, ловко жонглируя серебряным кинжалом.
— Ты меня напугал! — укоризненно сказала она.
— Извини, — невозмутимо ответил он, пряча кинжал где-то в складках одежды.
Лорел сжала губы и отвернулась, делая вид, что роется в рюкзаке. Тамани вздохнул и слез с подоконника.
— Извини, пожалуйста. Я не хотел тебя пугать. Когда я пришел, никого не было, и я... сам себя впустил.
— Но ведь было заперто! — Лорел только что лично закрыла дверь на ключ.
— Человеческие замки? Я тебя умоляю... С таким же успехом можешь оставлять дверь нараспашку.
— Тебе не следовало входить без разрешения, — пробормотала она, не желая так легко мириться.
— Еще раз извини. — В его голосе послышалась нотка раздражения. — Я и так редко прихожу. Только когда приношу что-нибудь вроде... ну, ты знаешь. — Он махнул рукой на ее стол. — Я за тобой не слежу и в окна не подглядываю.
— Хорошо.
Лорел исчерпала все свои доводы, поэтому взяла единственное домашнее задание, за которое не думала приниматься до вечера, и сделала вид, что читает.
— Ты чем-то огорчена? — спросил Тамани.
— Огорчена? — Лорел хлопнула обеими руками по столу. — Издеваешься? Ты игнорировал меня все выходные, задирался с Дэвидом в коридоре, напоил Райана и все время таскаешь за собой эту дурацкую Юки. Я не огорчена, Тамани, я в бешенстве!
— Напоил Райана? Что с ним?
Лорел подняла ладонь.
— Не строй из себя невинность. До смерти надоело, знаешь ли!
— Что с Райаном? — повторил Тамани.
Лорел вскинула обе руки.
— Кто-то напоил его эликсиром забвения. Стер у него из памяти двенадцать часов. Удобно, правда?
— Вообще-то да, — сказал Тамани.
— Я знала! — воскликнула Лорел. — Знала! Я же просила тебя никогда ничем не поить моих близких и друзей. Я что, неясно выразилась?
Тамани молча смотрел на нее.
— Так нет же! — бушевала Лорел. Внутри у нее будто прорвало плотину. — Нужно всем показать, какой Тамани хитроумный! Как он вертит ничтожными тупыми людишками! Действует у меня за спиной и врет не краснея!
Он встретил ее взгляд и дождался, пока она отведет глаза.
— Ты даже не спросишь?
— О чем?
— Напоил ли я Райана.
Лорел закатила глаза.
— Ты напоил Райана?
— Нет.
Она растерялась.
— Кто-то из твоих стражей?
— Насколько я знаю, нет. Любого, кто посмел бы это сделать, я немедленно снял бы с поста и выслал в Орик за нарушение приказа.
Пораженная Лорел затихла. Тамани говорил твердо и решительно. Явно не лгал.
— Правда? — смягчившись, спросила она.
— Правда.
Лорел опустилась в кресло. Обида, которую она лелеяла весь день, начала таять.
— Наверное, мне пора привыкнуть, — спокойно сказал Тамани.
— К чему? — спросила она, заранее опасаясь ответа.
— К тому, что ты мне до сих пор не доверяешь.
— Доверяю! — запротестовала Лорел, но Тамани покачал головой.
— Нет. — Он горько засмеялся, — Ты веришь в меня, в мои способности. Когда ты в беде, то знаешь, что я тебя спасу. Доверие — это другое. Если бы ты мне доверяла, то спросила бы, прежде чем обвинять.
— Мне надо было спросить! — выпалила Лорел, сгорая от стыда. Тамани отвернулся к окну. — Я собиралась, но ты меня избегал! Что я должна была думать? — Она подошла к нему и прошептала в спину: — Мне очень жаль.
— Я знаю, — только и сказал Тамани, тяжело издохнув.
Она положила руку ему на плечо и легонько дернула.
— Посмотри на меня.
Он обернулся, и Лорел словно молния ударила! Его взгляд был пронизан болью — болью от ее предательства. Тамани накрыл ее руку своей, и боль сменилась страстью.
Не в силах поднять глаза, Лорел стала разглядывать его руку, родную и чужую одновременно. Кисти Тамани, с длинными тонкими пальцами и ногтями идеальной формы, были не такими широкими и крепкими, как у Дэвида, и едва ли больше, чем у Лорел. Она легонько шевельнула рукой, и их пальцы переплелись. Тамани глядел на Лорел не отрываясь. Внезапно ей захотелось все вернуть...
Но она знала, что это невозможно.
Боясь зайти слишком далеко и не решаясь отдернуть руку, Лорел умоляюще посмотрела на Тамани. Его лицо затуманилось, во взгляде появилась решимость. Тамани убрал руку, оставив на коже Лорел светящийся след, и бережно отстранил девушку.
— Мне так жаль, — повторила Лорел. И она не лгала. Ужасно причинять ему боль, но ответить на чувства она не может.
Помолчав, Тамани откашлялся и снова посмотрел в окно.
— Итак, мы выяснили, что я ничем не поил Райана. И я лично удостоверюсь, что мои стражи к этому непричастны. Кто тогда?
— Кроме Юки, больше некому. — Лорел села на кровать, уперев локти в колени и обхватив руками подбородок. — А если она умеет делать эликсир забвения, значит, она — Осенняя.
— Да. Если. — Тамани задумался. — Но зачем стирать ему память? Он же и так ничего не помнит.
— Он видел троллей, хоть и мельком. Может, для надежности? На случай, если что-то всплывет позже.
— Просто это... глупо. Она должна понимать, что мы догадаемся.
— А если... если она уверена в обратном? Если она не знает, кто я такая, и думает, что я ничего не пойму?
— Мы снова пришли к вопросу, врет ли Клеа, — покачал головой Тамани.
— Я не доверяю Клеа, но что плохого она нам сделала? Появлялась в нужный момент и снабжала оружием. И все время спасала мне жизнь, прямо как ты. Может, хватит уже подозревать? Может, лучше доверять ей?.. — Лорел словно уговаривала сама себя.
Тамани пожал плечами.
— Может. Хотя я сильно сомневаюсь. Косвенных доказательств мало. Знать бы наверняка, что Юки — химик... А как твой опыт на выходных? Удачно?
Лорел упала спиной на матрац, широко раскинув руки.
— Трудно сказать. Достаточно ли долго живут клетки, чтобы подействовал светящийся раствор? Да. Полезна ли эта информация? Нет.
— И что же произошло?
Лорел подошла к столу, где до сих пор стояли два стеклянных блюдца с остатками липкой прозрачной жидкости и закрытый светящийся шар.
— Тут сок Юки. А тут — капля моего. Я не хотела разбавлять его сахарной водой... вообще сомневалась, что он вступит в реакцию с фосфоресцирующим веществом. Но реакция была: оба образца засияли. Мой светился полчаса, а ее — сорок пять минут.
— А Катя говорила, что светилась всю ночь!
Лорел кивнула.
— А еще она говорила, что выпивала целый флакон. И фотосинтез в основном происходит в коже. Вряд ли разница в четверть часа означает, что Юки не Осенняя.
— Хочешь провести опыт с моим соком? Вдруг разница будет заметнее.
— Если ты не против.
Не успела Лорел опомниться, как Тамани вынул серебряный кинжал и полоснул себя по большому пальцу. Затем выдавил несколько капель сока в пустое блюдце. Лорел открыла золотистый шар и поставила его рядом со свежим образцом. Жаль, что Тамани поранился ради нее, но раз уж так, пусть его страдания не пропадут даром. Она капнула раствор из пипетки в блюдце, и сок тут же мягко засиял.
— Я, пожалуй, пойду, — сказал Тамани, не глядя на нее. Перевязав палец полоской ткани, он направился к двери.
— Разве ты не хочешь узнать результат опыта? — Лорел неожиданно расхотелось его отпускать.
— Уверен, что ты мне все расскажешь.
— Я провожу тебя до дверей. — Она вскочила на ноги, запоздало изображая радушную хозяйку.
Они молча спустились по лестнице. Не останавливаясь, Тамани взялся за ручку двери.
— Лорел, я думаю, что не могу... — Он облизал губы; в глазах вспыхнула решимость, от которой у Лорел перехватило дыхание.
Но стоило ей заметить этот огонь, как он бесследно исчез.
— Нет, ничего, — пробормотал Тамани, распахивая дверь.
На крыльце стоял Дэвид. Кажется, он оторопел не меньше, чем Лорел.
— Нашел твой конспект у себя в рюкзаке, — сказал он, протягивая зеленую тетрадь. — Должно быть, случайно захватил оба. Я только хотел вернуть...
Тамани помрачнел, вжал голову в плечи и проскользнул мимо него, не оглядываясь. Дэвид проводил его взглядом и повернулся к Лорел.
— Спасибо. — Она взяла тетрадь.
Дэвид продолжал пристально смотреть на нее.
— Увидимся завтра, — твердо сказала Лорел.
— Но...
— У меня нет сил на выяснения, — оборвала она, — Если ты настаиваешь, поговорим завтра. Но если ты до утра успокоишься, буду тебе очень признательна.
Лорел натянуто улыбнулась и захлопнула дверь.

ГЛАВА XXI

Дэвид бросился к машине Лорел, помог ей выйти и под руку повел в школу. Тамани вытащил из рюкзака перчатки. До чего же они надоели! Еще максимум неделя, и он выбросит их подальше, хочется верить — навсегда.
Застегнув липучку на запястье, он задумчиво посмотрел на свою руку, до сих пор ощущая на плече пальцы Лорел, ее ладонь под своей ладонью. Может, следовало быть более настойчивым? Может, тогда бы он добился большего? Но надолго ли? На день? Пусть даже на неделю: она вскоре почувствовала бы себя виноватой и снова прогнала бы его.
Войдя в школьный коридор, Тамани сразу увидел Лорел. Она стояла к нему спиной, а Дэвид небрежно обнимал ее за плечи. Тамани старался не поддаваться ревности. У людей, как и у фей, чувства не вечны, особенно в юности. Однажды Лорел обмолвилась, что не ищет «единственную любовь». С тех пор Тамани затаил надежду, хотя поведение Лорел шло вразрез с ее словами.
Прохладная ладонь коснулась его запястья, возвращая в реальность из мира грез.
— Я тебя звала, а ты не слышал, — на безупречном американском английском сказала Юки.
— Извини.
Тамани по долгу службы полагалось быть начеку: секундная невнимательность могла стоить Лорел жизни. Именно поэтому Шар так не хотел доверять ему это задание. Мысленно отругав себя за то, что замечтался о Лорел, забыв о ее же безопасности, Тамани с улыбкой повернулся к Юки, прислушиваясь к разговору Лорел и Дэвида.
Юки улыбнулась в ответ и спросила, знает ли он какую-то неведомую телевизионную программу. Тамани покачал головой и предложил ей рассказать подробнее. Дальше все пошло как по маслу: Юки болтала о человеческих музыкантах, пересказывала сплетни из Интернета и нелепые сюжеты телешоу, а Тамани оставалось только заинтересованно кивать.
Лорел отправилась на свой первый урок. Юки как раз объясняла разницу между японскими айдору и американскими старлетками, и Тамани аккуратно сместился, провожая Лорел взглядом. Он заметил Дэвида, когда тот врезался в него плечом, оттолкнув от Юки.
— Смотри, куда идешь! — Тамани захотелось сломать ему нос. Или шею.
Но Дэвид только оглянулся с довольной улыбкой и зашагал дальше по коридору.
— Прости, братишка, — обронил он, передразнивая акцент Тамани, — Виноват.
— Не пойму, что Лорел в нем нашла, — осуждающе сказала Юки, — Она такая классная. А он слегка... неотесан.
Тамани кивнул и снова стал всматриваться в толпу. Юки нетерпеливо потеребила его за плечо, интересуясь, все ли в порядке. Он открыл рот, чтобы ответить, и тут наконец увидел.
Вцепившись в лямки рюкзака, Лорел грозно сверкала глазами. Тамани не сразу поверил, но разъяренный взгляд был обращен не на него.
На Дэвида!
Неплохой поворот сюжета.
И все-таки гнев Тамани не утихал. Почему он не может встретить соперника лицом к лицу? Подраться с Дэвидом, отбить Лорел, ухаживать за ней так, как принято в мире фей, — правда, при этом он выдаст их обоих. Весь урок истории он кипел от ярости. Лорел сидит так близко — в нескольких дюймах, — и что это меняет? Она могла быть и за сто миль отсюда. За тысячу. За миллион.
И она — Осенняя, а значит, есть и другие препятствия. Но сейчас думать о них не хотелось.
И середине урока Лорел передала ему записку результаты опыта со светящимся раствором. Тридцать семь минут, как раз между ней и Юки. По правде говоря, он не знал, какой отсюда следует вывод, если вообще следует. Он взял ручку и принялся писать ответ, зачеркивая и начиная заново. Правильные слова не находились. А есть ли они? Тамани со вздохом сунул свои каракули и рюкзак, не глядя на Лорел и не зная, заметила ли она его метания.
Выходя из класса, Лорел беспокойно взглянула на него и помахала рукой, но даже дружеский жест показался Тамани насмешкой. Он неохотно встал, собрал ворох бесполезных книг и пошел па следующий урок.
К концу второго часа ему все окончательно опротивело. Он проводил Юки, но не пошел на свой урок, а, бесцельно побродив по школьному двору, отправился на стоянку и сел в машину. Опустив крышу и расстегнув рубашку, он с наслаждением подставил лицо солнцу, пробивающемуся сквозь осенние облака.
За несколько минут до звонка на обед Тамани заставил себя вернуться в школу, приняв решение, которое принимал как минимум дважды в неделю. Боль, гнев и опасения, что все останется по-прежнему, не напрасны. Здесь он видит ее глаза, здесь его согревает ее улыбка — пусть даже адресованная другому. За это стоит страдать.
Но он не обязан терпеть безропотно.
Коридор был пуст. Через несколько минут из дверей хлынет поток учеников; половина из них ринутся побыстрее добыть еды. Прожорливые твари! Тамани набрал код на своем шкафчике — хотя какая разница, если туда кто-то залезет? — и дернул задвижку. Бросив рюкзак, он задумался, чем бы заняться в обед. Может, Юки захочет перекусить с их компанией? Хотя его тянуло к Лорел, физиономию Дэвида он сегодня не вынесет.
Послышались шаги: навстречу, сверкая глазами, шел Дэвид. Вокруг увивались одноклассники — наверное, раньше ушли с урока. Как там в человеческой поговорке про зверя и ловца? Тамани знал, что надо бы отвернуться и не поддаваться на провокации. Не хватало еще связываться с человеком; и без того дел полно. Вместо этого он ответил Дэвиду свирепым взглядом. Око за око.
Дэвид замедлил шаг и остановился поблизости. Воздух между ними как будто наэлектризовался.
— Какие-то проблемы, Лоусон? — спросил Тамани.
Дэвид молчал, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Правда, за два года Тамани убедился, что этот парень может быть упрям как осел. Такой не отступит.
— Сам знаешь какие, — ответил он.
— Другими словами, у тебя проблема со мной? — Тамани сделал два шага вперед.
— От тебя вообще одни проблемы.
Дэвид, в свою очередь, шагнул навстречу. Теперь они находились на расстоянии вытянутой руки.
Тамани снова двинулся вперед. Все взгляды были прикованы к ним.
— Ну давай, говори начистоту! — еле слышно сказал он.
— Даже моего словарного запаса не хватит, — парировал Дэвид, скрестив руки на груди.
Это было еще не хамство — разве что с точки зрения ботана, — но, надо признать, вышло остроумно.
— К счастью, — сказал Тамани, зловеще ухмыляясь уголком рта, — я знаю больше слов, чем ты, ойншекс. — Он вложил в гэльское слово больше презрения, чем в нем было. Прозвенел звонок на обед, однако Тамани ничего не слышал.
— Ты меня провоцируешь, — неуверенно сказал Дэвид. — Хочешь, чтобы Лорел на меня злилась, а тебя жалела.
Вокруг начала собираться толпа, предвкушая развлечение.
— Ничего подобного, — Тамани уперся кончиками пальцев Дэвиду в грудь, вынуждая его отступить на шаг, — Просто хочу поставить тебя на место, бурре.
Сочетание растерянности и гнева привело к нужному результату. Дэвид шагнул вперед и толкнул Тамани в ответ. Тамани легко мог удержать равновесие или швырнуть соперника на пол, используя его же силу, но вместо этого отошел и снова двинулся вперед, выставив руки. Он пихнул его скорее для виду, но на этот раз Дэвид отступил на два шага. Не давая опомниться, Тамани толкнул еще раз, и Дэвид отлетел к шкафчику. Металлические дверцы звонко лязгнули.
— Ну что же ты! — раздался голос из толпы. Остальные подхватили: — Не будь тряпкой, дерись!
«Конечно, — подумал Тамани. — Загнанный зверь всегда будет драться».
Кулак Дэвида врезался ему в челюсть. Удар у парня был поставлен неплохо. Несмотря на боль, Тамани испытал странное удовлетворение. Дэвид ударил первым. Теперь он законная добыча.

ГЛАВА XXII

Дождавшись Челси возле кабинета, Лорел схватила ее за руку.
— Вы с Райаном обедаете с нами сегодня?
— Думаю, да, — ответила Челси. — А что?
— Ну, вы часто пропадаете вместе, — объяснила Лорел. Хотя в последнее время это случалось все реже. Челси упорно отказывалась спрашивать Райана о Гарварде, и недомолвки влияли на отношения не лучшим образом, — Просто уточняю.
На самом деле ей не хотелось оставаться с Дэвидом наедине. Еще не время. Она до сих пор сердилась за утреннее «случайное столкновение» с Тамани и понимала, что на двоих ее терпения не хватит.
Драку она услышала раньше, чем увидела. Они с Челси как раз выходили из-за угла, когда Дэвид ударил Тамани в лицо. Не успела она моргнуть, как Тамани уже держал его за воротник. От молниеносного тычка в живот Дэвид согнулся вдвое, хватая ртом воздух. Тамани занес руку для следующего удара.
— Тамани! — Она бросилась к ним, расталкивая всех на своем пути.
Тамани еще какое-то время держал Дэвида, но при виде Лорел оттолкнул, отпуская помятый воротник.
— Какого черта вы тут устроили? — завопила Лорел, глядя то на одного, то на другого.
— Он первый начал! — закричал Дэвид. Казалось, он сейчас снова бросится в бой.
— Он меня ударил, — спокойно сказал Тамани, уперев руки в бедра. — Что мне надо было делать? Терпеть?
— Ты этого добивался, сам знаешь, — Дэвид снова рванулся вперед. Райан схватил друга за плечо и оттащил. Дэвид сбросил его руку, но остановился.
— Можно подумать, — скривился Тамани. — Признайся, ты с первого дня об этом мечтал.
— Именно, — рявкнул Дэвид.
— Довольно! — заорала Лорел. — Не могу поверить... что за... ладно, стоп! Хотите, чтобы я выбрала? Прекрасно. За такие выходки я решила бросить вас обоих! С меня хватит! — Она резко развернулась и зашагала прочь сквозь толпу.
— Лорел! — отчаянно позвал Дэвид.
— Нет, — ровным голосом сказала она. — Я не хочу ходить по кругу. Все кончено.
Не оборачиваясь, Лорел побежала к двери. За спиной послышался звук шагов, но она решила, что не может — нет, не хочет останавливаться.
— Мистер Лоусон! Что здесь происходит? — раздался голос мистера Ростера, директора школы. — Мистер Коллинз! Тэм Коллинз, идите сюда немедленно!
Лорел никто не задерживал. Она выскочила на улицу, радуясь, что приехала на своей машине, а не с Дэвидом или Тамани. Включив зажигание, она впервые в жизни стартовала на бешеной скорости. На дороге почти никого не было, и Лорел не нажимала на тормоз до первого знака «Стоп».
Она машинально свернула на трассу сто один и только на полпути осознала, что едет к бывшему дому. Забавно, что после переезда она бывала там лишь для того, чтобы встретиться с Тамани. Теперь она бежит от него.
И от Дэвида.
Лучше о них сейчас не думать.
Вскоре закапал дождик, но Лорел не стала поднимать стекла — просто отбросила с лица влажные волосы. Когда она выехала на грунтовую дорожку перед домом, дождь усилился, и капли оглушительно забарабанили по стеклу. Лорел закрыла окна и решила переждать ливень под крышей. Настроения выслушивать нотации от Шара у нее не было. Может, он и в доме ее найдет, но в лес уж точно лучше не соваться.
Лорел рассеянно теребила шарф на цветке. Наконец узел поддался, и примятые лепестки начали медленно расправляться, вздергивая блузку.
Замком давно не пользовались, и ключ повернулся не сразу. Только она взялась за ручку двери, как за домом послышался шум двигателя. Лорел стала озираться в поисках чего-нибудь, что сойдет за оружие, но потом поняла: врага бы стражи не пропустили.
И все же когда из-за поворота показался знакомый кабриолет, она снова испугалась.
За рулем сидел Тамани, вымокший до нитки — поднять крышу он не удосужился.
— Лорел! — Затормозив, он выпрыгнул с сиденья.
— Нет! — закричала Лорел сквозь дождь, который громко барабанил по жестяной крыше над крылечком. Она прижалась спиной к двери, не отпуская ручку, — Я приехала сюда, чтобы убежать от тебя!
Тамани остановился у деревянной калитки, опираясь на ограду. Затем решительно зашагал вперед.
— Я не хочу тебя видеть, — сказала Лорел, когда он подошел ближе.
— Но я уже здесь, — тихо ответил он. Хотя они стояли почти вплотную, Тамани даже не попытался коснуться ее. — Вопрос в том, хочешь ли ты, чтобы я ушел.
— Хочу. — Лорел с трудом перекрикивала дождь.
— Почему?
— С тобой... все слишком сложно, — выпалила она и стала яростно утирать нахлынувшие слезы.
— Взаимно, — заметил Тамани, буравя ее взглядом.
— Тогда зачем ты приехал?
Он поднял руки, будто хотел приобнять Лорел, но в последний момент опустил. И просто, словно других объяснений и быть не может, сказал:
— Потому что люблю тебя.
— Странный способ это продемонстрировать.
Тамани тяжело вздохнул.
— Честное слово, я был не на высоте. Разозлился как черт. Прости меня.
— А Юки?
— Юки? Я... — Тамани наморщил лоб и через миг, осененный догадкой, поднял брови. — Лорел, ты же не думаешь...
— Ты ей нравишься.
— А я обменял бы каждую минуту, проведенную с ней, на секунду с тобой. С Юки я постоянно притворяюсь. Мне нужно выяснить о ней побольше ради твоей безопасности!
Лорел сглотнула. Звучит вполне правдоподобно. Значит, объяснения ее устраивают? Наконец она собралась с духом: Тамани ведь ответил только наполовину. А раз он не телепат, она спросит прямо.
— Что для тебя было бы больнее — знать, что я люблю Дэвида или что хочу заставить тебя ревновать?
— Больнее?..
Тамани явно не сразу понял, на что она намекает. Затем замолчал и стал внимательно смотреть на Лорел. Они стояли на крыльце, ливень стеной обрушивался на крышу и кроны деревьев. Шум дождя разносился на мили вокруг, и все же Лорел слышала только свое неровное дыхание.
— Я никогда не сделал бы тебе больно, — очень тихо сказал Тамани.
— Разве? — громко спросила Лорел. И наконец решилась задать вопрос, который терзал ее день ото дня все сильнее: — А как же на той вечеринке? Ты танцевал с Юки, а когда я посмотрела на тебя, отвернулся и прижал ее к себе. Зачем? Если не хотел сделать мне больно, то зачем?
Тамани отвернулся, как будто получил пощечину. Вот только выглядел он не виноватым, а оскорбленным.
— Я закрыл глаза, — еле слышно произнес он сдавленным голосом.
— И что?
Тамани поднял руку, и Лорел поняла, что ему тяжело говорить.
— Я закрыл глаза, — повторил он, переведя дух, — и представил тебя на ее месте.
Он поднял на Лорел взгляд, полный боли и страдания.
Не раздумывая, она притянула его к себе и в порыве непреодолимой страсти приникла ртом к его губам. Тамани обеими руками уперся в дверную раму, словно боялся коснуться Лорел. Сладкий поцелуй вскружил ей голову, и она случайно повернула ручку. Под их весом дверь подалась, и Лорел зашаталась, увлекая Тамани за собой.

ГЛАВА XXIII

Они пробыли в старом доме почти до темноты, постоянно изобретая поводы остаться. Посидеть, держась за руки или хихикая над детскими историями Лорел. Сорвать последний поцелуй, который сам собой превращался в два, потом в десять и так до бесконечности. Лорел понимала: когда они вернутся, все по-прежнему будет сложно и запутанно. Но в эти несколько часов, в пустом доме без электричества, телефона, телевизора и Интернета, мир принадлежит только им.
Увы, отменить заход солнца они не могли. Сначала Лорел не хотела уезжать — в хижине было безопасно, едва ли не безопаснее, чем дома. Но точно так же, как Тамани обязан защищать ее, она обязана оберегать свою семью. А на расстоянии в пятьдесят миль это невозможно. К тому же родители наверняка волнуются. К моменту, когда она вспомнила, что у Тамани есть мобильник, они были на полпути в Кресент-Сити, каждый в своей машине.
Ехали они быстро, и вскоре Лорел была уже в нескольких кварталах от дома. Заглянув в зеркало заднего вида, она помахала рукой Тамани; на этом перекрестке он сворачивал к себе. Лорел продолжала взглядом его кабриолет, пока он не скрылся за углом. Сзади нетерпеливо просигналили: на светофоре давно загорелся зеленый.
Когда Лорел притормозила у дома, из-за облаков показались звезды. Похоже, ее ждут неприятности. Мамина машина стояла в гараже, а папы, судя по всему, еще не было. Сунув ключи в карман, Лорел попыталась проскользнуть в дом незамеченной, но не тут-то было: в гостиной, с чашкой чая и журналом, сидела мама.
Лорел закрыла за собой дверь.
— Э-э... добрый вечер, — неуверенно сказала она.
Мама испытующе посмотрела на нее.
— Мне звонили из школы.
У Лорел внутри все оборвалось. Стараясь не подавать виду, она стала развязывать шелковый шарф и расправлять лепестки.
— Тебя не было на уроках после обеда.
Лорел молчала. Слова, которые она тщательно подбирала всю дорогу, разом вылетели из головы. К шарфу прилип лепесток. Интересно, остальные тоже выпадут сегодня или этот она потеряла, обнимаясь с Тамани?
— После этого ты являешься домой затемно, с сияющими глазами. Сто лет тебя такой не видела, — тихо добавила мама.
— Прости, что заставила тебя волноваться, — как можно серьезнее сказала Лорел. Извинения были искренними, и виноватая улыбка могла все испортить.
— Не так уж и долго. — Мама забросила ноги на подлокотник дивана, — Я быстро учусь. Пошла на задний двор и пообщалась с твоим приятелем Аароном.
Лорел вытаращила глаза.
— Ты говорила с Аароном?
— Выяснила, что Тамани объявился около полудня и сказал, что ты с ним. Вот я и успокоилась.
— Неужели этого хватило?
— По крайней мере, я могла не волноваться о твоей безопасности. Той ночью я видела его глаза и поняла: он никогда не даст тебя в обиду.
На этот раз Лорел не стала сдерживать улыбку.
— Только не надейся, что тебе все сойдет с рук. Обсудим наказание, когда отец вернется. — Мама посерьезнела. — Правда, Лорел, о чем ты думала? Дэвид знает, где ты?
Помрачнев, Лорел покачала головой.
— Значит, он дома и сходит с ума от волнения?
— Наверное. — Настроение у нее вконец испортилось.
— Хочешь ему позвонить?
Лорел резко мотнула головой.
— Ах вот как... — Мама помолчала и ласково взяла дочь под руку. — Идем на кухню, я сделаю тебе чаю.
Чай у мамы был панацеей от всех бед. Простудилась? Выпей чаю. Сломала руку? Без чая не обойтись. Лорел подозревала, что в кладовке у мамы припасена баночка чая с надписью «При Армагеддоне настаивать от трех до пяти минут».
Усевшись на высокий табурет за стойкой, Лорел наблюдала, как мама заваривает чай и размешивает в нем кубики льда, чтобы остудить.
— Я видела, у тебя выпал лепесток, — заговорила мама. — Ты не против, если я сохраню парочку? Они фантастически пахнут. Я смогу сделать сногсшибательную аромасмесь.
— Э... да, конечно. — Немного странно, что мама собирается готовить смесь из ее лепестков, но Лорел решила на этом не зацикливаться.
— Сильно промокла?
— Немного.
— Ну вот, — мама положила в чай сахару, — темы для светской беседы я исчерпала. А теперь расскажешь, что произошло?
Лорел несколько секунд молча пила чай.
— Дэвид и Тамани подрались на перемене. Из-за меня, — наконец сказала она.
— Дэвид? В самом деле?
— Да я понимаю... В последнее время оба были злые и мрачные. И постоянно из-за чего-то цапались. Думаю, сегодня их просто прорвало.
Мама заулыбалась.
— Из-за меня парни никогда не дрались.
— Ты так говоришь, как будто это весело. Ничего подобного! — возмутилась Лорел. — Это ужасно. Я их разняла, но было уже поздно. Вот я и сбежала.
— А Тамани... догнал тебя?
Лорел кивнула.
— И куда ты направилась?
— В старый дом в Орике.
— А потом приехал Тамани?
— Я его не звала!
— Но он приехал.
Лорел кивнула.
— И ты не возразила.
Лорел кивнула снова.
— А потом... — Мама не договорила, и вопрос повис в воздухе.
— Потом мы пошли в дом. И... зависли, — добавила она, чувствуя себя по-дурацки.
— Зависли, — с усмешкой повторила мама. — Вот как это называется у современной молодежи.
Лорел уткнулась лицом в ладони.
— Было не совсем так... — пробормотала она.
— В самом деле?
— Ну ладно, почти.
— Лорел. — Мама обошла стойку и обняла дочь, прижавшись щекой к ее волосам. — Все нормально, тебе не нужно оправдываться. Я ничуть не удивлена.
— Я такая предсказуемая?
— Только для родной матери, — Мама поцеловал а ее в макушку. — У меня идея. Может, позвонишь Челси и скажешь, что все в порядке, а она передаст Дэвиду? Он уже дважды звонил.
— Отличная мысль, — Лорел слабо улыбнулась. И правда, с Челси объясниться гораздо проще. Но завтра она все расскажет начистоту.

— О боже! — воскликнула Челси, не успела Лорел поздороваться.
«Спасибо определителю номера», — подумала Лорел.
— Ты порвала с Дэвидом!
Лорел поморщилась.
— Да, похоже на то.
— Перед всей школой!
— Я не хотела бросать его так громко.
— Значит, все-таки собиралась бросить?
Лорел вздохнула. Хорошо, что она решила позвонить Челси из своей комнаты и мама ничего не услышит.
— Нет, не собиралась.
— Ты хочешь все вернуть?
— Нет, — Лорел сама удивилась своей уверенности, — Не хочу.
— Серьезно?
— Да. По крайней мере... пока.
— Что это значит? Ты теперь с Тамани?
— Я... не знаю, — призналась Лорел.
— Но это возможно?
— Возможно.
— Ого!
— Знаю. — Лорел вертела в руках флакон из сахарного стекла. — Я позвонила сказать, что со мной все хорошо. А то я так внезапно исчезла. И если вдруг ты волновалась... — Она замолчала и обернулась к окну, услышав тихий стук. Тамани поднял голову и улыбнулся. Лорел улыбнулась в ответ и чуть не выронила трубку — Извини, Челси, мне пора... обедать.
— В восемь вечера?
— Да. — Лорел наконец вспомнила, зачем звонит. — Ты можешь... позвонить ему и сказать, что я в порядке?
— Кому «ему»? Дэвиду?
— Да. Позвонишь?
Челси вздохнула и пробормотала что-то о гонце, приносящем дурную весть.
— Хочешь, чтобы я все ему объяснила?
— Нет. Только то, что я в безопасности. Мне пора. Спасибо, пока, — торопливо проговорила Лорел, нажала на кнопку отбоя и швырнула трубку на кровать. Затем подбежала к окну и отодвинула шпингалет.
— Можно войти? — спросил Тамани с ласковой улыбкой.
— Конечно! Только тихо: мама внизу, а папа приедет с минуты на минуту.
— Тихо — это я умею. — Тамани бесшумно спрыгнул с подоконника. Он был босиком.
Лорел не стала закрывать окно, с наслаждением вдыхая запах дождя. Тамани притянул ее к себе, обняв за талию, и шепнул:
— Я скучал.
Лорел запрокинула голову и посмотрела ему в глаза.
— Я думала, мы до завтра не увидимся.
Он поднес ее руку к губам и медленно поцеловал каждый палец.
— Ты правда думала, что я буду ждать так долго?
Тамани отпустил руку и приподнял ее подбородок. Лорел застыла, затаив дыхание, а он поцеловал ей веки, потом щеки, подбородок и нос. Ей хотелось стиснуть его в объятиях, потянуть за собой и снова зажечь искры, которые вспыхнули между ними в старом доме, но она заставила себя не шевелиться. Тамани прижался губами к ее губам, и Лорел зажмурилась от нежного поцелуя.
Когда он отстранился, она поднесла руки к его щекам, словно умоляя не прерывать поцелуй. Тамани снова обнял ее, и она прижалась к нему всем телом, мечтая слиться с ним воедино.
В дверь постучали. Лорел вздрогнула.
— Да?
Ручка повернулась, и не успела Лорел вымолвить и слова, как вошла мама.
— Папа приехал. Спускайся, будет разговор.
Лорел скосила глаза через плечо.
— Никого.
Она кивнула и пошла за мамой, не решаясь смотреть назад.

— Ну как, сильно досталось?
Закрыв дверь, Лорел вздрогнула от неожиданности: Тамани как ни в чем не бывало растянулся на постели.
— Где ты был?
— Лучшее укрытие — под кроватью, — усмехнулся он.
— Как же ты успел? — изумилась Лорел.
— А вот так.
Она покачала головой.
— Я думала, нам каюк.
— И что, тебе каюк?
«Интересно, произносил ли он это слово раньше?» — подумала Лорел.
— Неделю буду под домашним арестом, — Она пожала плечами и села рядом с Тамани. Все-таки странно, что он тут. Одно дело — увлечься поцелуем, и другое — просто разговаривать. С Дэвидом все иначе. Он был чем-то постоянным в ее жизни — родным и удобным, как любимые тапочки. Сможет ли Тамани заменить его, если все время будет рядом? Если они станут видеться каждый день?
— Выходит, мне надо покинуть тебя на неделю, чтобы ты почувствовала всю тяжесть наказания? — с серьезным лицом спросил Тамани.
Лорел вытаращила глаза, но Тамани заулыбался. Она шлепнула его по руке.
Он перехватил ее руку и на миг задержал, потом притянул к груди.
— Значит, ты не против, что я буду с тобой? — тихо спросил Тамани, пристально глядя ей в глаза.
Лорел медлила. С Дэвидом она провела два года и все эти два года любила его. Пусть даже они расстались, сразу бросаться в объятия к Тамани казалось ей немного нечестным. Лорел устала от Дэвида, его ревности и перепадов настроения, но разве он ей больше не дорог? К тому же сегодня она отчитала только Дэвида. Тамани наверняка сам затеял драку, а в итоге только выиграл. Для Лорел его достоинства затмевают все недостатки. Выходит, она любит Тамани?
Разве можно одновременно любить двоих?
— Спать собираешься? — прошептал Тамани.
— Мм? — Лорел взмахнула ресницами.
Тамани наклонился чуть ближе.
— Можно мне остаться?
— Здесь?
Он кивнул.
— Что, на всю ночь?
Тамани обнял ее чуть крепче.
— Пожалуйста! Мы просто поспим.
Лорел подняла голову и поцеловала его, чтобы смягчить отказ.
— Нет.
— Почему?
— Это глупо — Она пожала плечами. — Да и родителям не понравится.
— А они не узнают, — хитро улыбнулся Тамани.
— Не узнают, — серьезно сказала Лорел, положив руку ему на грудь. — Зато я буду знать. Ненавижу их обманывать. С тех пор как я стала говорить им правду, проблем заметно поубавилось.
— Ты ведь скрыла, что я у тебя в комнате и буду приходить всю неделю.
— Ну, это мелочи. А оставаться на ночь — уже серьезно.
— Ладно. — Тамани наклонился поцеловать ее и улыбнулся, когда они соприкоснулись лбами и носами. — Я не хочу уходить, но уйду, если ты настаиваешь.
Лорел улыбнулась и зевнула.
— Настаиваю.
Наутро она проснулась одна. О Тамани напоминал только полевой цветок на подушке.

ГЛАВА XXIV

Лорел сидела в машине ни жива ни мертва. Пожалуй, даже два года назад, когда она впервые пошла в школу, было легче. Тогда она опасалась опозориться перед чужими людьми, а сейчас наломала дров на виду у знакомых.
И у Дэвида.
Она и не предполагала, что когда-нибудь будет бояться встречи с ним. Противоречия раздирали ее на части. Одна часть скучала по Дэвиду, но не хотела в этом признаться. Другая — радовалась, что порвала с ним и наконец-то дала понять, что не шутит. А третья — мечтала броситься в его объятия и со слезами вымаливать прощение.
Лорел закрыла машину на замок. Может, лучше пошататься по стоянке и опоздать? Правда, после вчерашнего прогула это рискованно. Родители решили, что в этот раз накажут ее сами, поэтому мама позвонила в школу и сказала, что Лорел отсутствовала по уважительной причине. И, само собой, в ближайшее время от нее ждут соблюдения всех школьных правил.
Она вздохнула и поплелась к дверям. Внезапно одна из створок распахнулась, и навстречу вышел Дэвид. Лорел застыла, потрясенная его грустным видом. Нет, он не хмурился и даже выдавил из себя подобие улыбки. Но в бездонных голубых глазах угадывалась такая печаль, что у Лорел перехватило дыхание.
— Привет, Лорел, — чуть слышно сказал он. Та часть, что хотела броситься к нему в объятия, немедленно потянула ее вперед.
Но тут из второй двери выглянул Тамани.
— Привет, Лорел, — с самоуверенной улыбкой сказал он.
У Лорел подкосились ноги, и она сдавленно шепнула:
— Не надо.
Дэвид резко развернулся и без единого слова зашагал прочь. Тамани растерялся.
— Я просто не хотел, чтобы он надоедал...
Лорел схватила фея за воротник и потащила за угол.
— Эй, если хочешь сбежать со мной, просто скажи, — засмеялся он. Но, увидев ее лицо, осекся и серьезно спросил: — Что случилось?
— Тэм, я не твоя девушка.
— Ну ясно, я не могу целовать тебя при Юки, но...
— Нет. Ты мне небезразличен. И я не жалею о вчерашнем, но пока ничего не решила. Я пытаюсь разобраться в себе. Если я рассталась с Дэвидом, это не значит, что ты сразу стал моим парнем.
Тамани помолчал.
— Выходит, мне снова нужно ждать?
— Вроде того. Наверное. Я не знаю! В любом случае, я не орудие мести. Я не позволю тебе использовать меня, чтобы досадить Дэвиду.
— А он так делал. Постоянно, — запальчиво возразил он.
— Да, — согласилась Лорел, — и поэтому я его бросила. Хочешь того же?
Тамани наконец опомнился.
— Прямо сейчас мне не нужен парень. Если хочешь, чтобы я передумала, веди себя прилично. — Лорел смерила его суровым взглядом, и Тамани отвел глаза.
— Между вами с Дэвидом все кончено? — наконец спросил он.
— Не знаю. — Другого ответа у нее не было, — Сейчас да. Мне нужно время. Время побыть собой. И наедине с собой. И ради тебя тоже, — продолжала Лорел, не давая Тамани перебить ее. — Нельзя перестать любить в один день. Это не так просто.
— Самое важное в жизни всегда сложно, — вздохнул он.
Внезапно раздался звонок на урок. Лорел вздрогнула.
— Надо идти в класс. Мне нельзя опаздывать.
Тамани кивнул. Он улыбался немного натянуто, однако в целом выглядел нормально, насколько это возможно. Поддавшись порыву, Лорел обвила его руками за шею и прижалась к груди. Тамани не пытался ее поцеловать, и она не предлагала, по объятия вселяли надежду. Значит, когда-нибудь все наладится.
В последний момент Лорел бросила взгляд на дверь и едва не выронила рюкзак: навстречу шагал Шар, в джинсах и свободной футболке. Волосы он собрал в хвост на затылке.
— Что он тут делает?
— А, — сказал Тамани, как будто только что вспомнил, — директор хочет поговорить со мной и моим «дядей». Про... э-э... вчерашнее.
Лорел подняла брови. Шар подошел ближе, сурово глядя перед собой.
— Жаль пропускать такое зрелище, но мне пора.
С этими словами она помчалась ко входу, надеясь успеть до второго звонка.
— Мистер Коллинз. — Директор Ростер положил на стол открытую папку и опустился на скрипучий стул.
«Ненавижу», — подумал Тамани.
— Спасибо, что пришли, — продолжал директор.
Как и ожидал Тамани, Шар наотрез отказался сесть. Скрестив руки на груди, он разглядывал человека с откровенным чувством превосходства. Впрочем, для Шара это обычное выражение лица. Интересно, на Ариану он тоже так пялится? И как она отучает его от этой привычки? Тамани кашлянул, чтобы не захихикать в открытую.
Шар посмотрел на Тамани, потом на директора и ровным голосом сказал:
— Мое почтение. Возникли какие-то проблемы?
— Тэм вчера подрался. — Директор сурово взглянул на Тамани.
Шар и глазом не моргнул.
— Насколько я понял, это была самозащита.
Директор запнулся.
— Э-э... да, но до этого они толкались, и Дэвид вспылил...
— Значит, выдержки не хватило второму парню, а наказан будет мой... гм... племянник?
— В драке участвовали оба, и, согласно нашим правилам, наказаны они будут вдвоем, — твердо сказал мистер Ростер. — Поскольку у Тэма это первое нарушение, и мы, конечно, надеемся, что подобное не повторится...
— Не повторится. — Шар выразительно посмотрел на Тамани. Тому уже досталось за неуместную горячность. Тем более что Дэвид знает об Авалоне и при желании способен натворить немало бед. Взбучка, которую Тамани получил от своего наставника, была в сто раз серьезнее, чем самый строгий выговор от директора.
— Рад слышать. Кстати, мистер Коллинз, заодно хочу обсудить еще один вопрос. Быть может, вы не в курсе, но ваш племянник не успевает практически по всем предметам. Он постоянно прогуливает и в целом дурно влияет на учебный процесс.
Тамани знал: последнее предложение — наглая ложь. Он вообще ни на что не влиял. Никогда не вызывался отвечать, а в основном просто сидел и прислушивался, не проникло ли в школу нечто опасное для Лорел. Если не считать плохих оценок и периодических исчезновений, он был образцовым учеником.
— Что это значит? — прямолинейно спросил Шар, и директор Ростер явно занервничал.
— За драки у нас полагается временное исключение, однако мы решили, что при его оценках другие меры принесут больше пользы и позволят повысить... успеваемость.
Шар пристально взглянул на директора. Тамани изо всех сил сдерживал ухмылку. Несмотря на подготовку в Шотландии, Шару не приходило в голову вникать в тонкости оценок в человеческих школах. Однако виду он не подал.
— К чему вы собираетесь прибегнуть?
Тамани впервые заметил, как старомодно изъясняется Шар, особенно по сравнению с его одноклассниками. Хорошо, что феи говорят с акцентом и витиеватость стиля не так бросается в глаза.
— Если он хочет окончить школу, то должен подтянуть оценки. — Директор положил ладони на стол. — Думаю, ему нужны дополнительные занятия.
— Конечно, если это поможет. — Шар хлопнул «племянника» по плечу, на первый взгляд легонько, но Тамани знал, что на этом месте будет синяк, — Разумеется, Тэму нужно окончить школу.
Директор не мог усомниться в искренности этих слов, но только потому, что Шара начал утомлять разговор. В груди потеплело, и Тамани понял: сеанс обольщения в разгаре. Они с Шаром договорились не стирать воспоминания о драке: слишком много свидетелей. Поэтому для полной конспирации они не будут использовать эликсир забвения, а Тамани примет любое наказание от руководства школы — если только оно не помешает его работе. Но раз уж Юки поблизости нет и магию учуять некому, проще всего добиться результата, обольстив директора.
И в этом Шару нет равных. Тамани всегда завидовал его таланту обольщать без физического контакта.
— Разумеется. — Директор расплылся в улыбке. — Итак, Дэвид Лоусон — с которым Тэм подрался — один из наших лучших учеников. Поскольку они оба получат по три дня отработки, мы решили, что за это время Дэвид мог бы позаниматься с вашим племянником. Думаю, вы согласитесь, что это довольно мягкое наказание, которое к тому же позволит мальчикам утрясти разногласия.
Тамани едва не застонал вслух. Что за бездарная потеря времени!
— Конечно, они будут под наблюдением, — продолжал директор, словно Шара это волновало. — А теперь не могли бы вы подписать парочку документов? — Он протянул лист бумаги.
Тамани покосился на Шара, но тот сделал вид, что не замечает взгляда.
— Хорошо. — Фей взял ручку и изобразил непонятную загогулину в графе для подписи.
— Прекрасно. — Директор Ростер поднялся со стула и пожал Шару руку. — Прежде всего мы желаем своим ученикам успеха, и родители или, в вашем случае, дяди — это главная движущая сила.
— Я прослежу за его успехами, — сказал Шар. — Позвольте мне поговорить с Тэмом наедине, прежде чем он вернется на урок.
— Конечно-конечно, — гордо кивнул директор. Уверенный, что Тамани предстоит еще один нагоняй, он открыл дверь и жестом показал в коридор.
Тамани спиной чувствовал, что директор провожает их взглядом до входных дверей. Они подошли к кабриолету, и Шар облокотился на дверь.
— Ну-с, молодой человек, — серьезно протянул он, — что вы можете сказать в свое оправдание?
Какое-то мгновение они молча смотрели друг на друга. Тамани хихикнул первым, и вскоре феи уже хохотали в голос.

ГЛАВА XXV

Урок риторики был настоящей мукой.
Лорел физически ощущала повисшее в воздухе напряжение. И не только она: весь класс то и дело поглядывал на Дэвида и Тамани, которые старательно отворачивались друг от друга. Краем уха она слышала, как Тамани говорил Юки о наказании: три дня занятий с Дэвидом. Обсудить это ни с одним из них пока не удалось. Дэвид весь перерыв просидел с мамой в кабинете директора, а Тамани обедал с Юки. Челси уехала на соревнования по бегу, так что Лорел маялась в одиночестве.
— Итак! — Мистер Петерсен наконец-то начал урок через минуту после звонка — самую долгую минуту в жизни Лорел. — Сегодня каждый из вас сможет почувствовать себя оратором. В публичной речи конкретные слова не всегда играют решающую роль. Вы будете выступать от имени друг друга.
Он сделал паузу, как будто ожидал отклика. Все молчали.
— Каждый из вас получит текст объявления о знакомстве. У вас будет минута на то, чтобы его прочесть, и тридцать секунд — чтобы представить его перед аудиторией.
Ученики зашептались.
— Ваша цель как успешного оратора, — объяснял мистер Петерсен, перекрикивая шум, — убедить присутствующих встретиться с вами. Конечно, за стаканом чего-нибудь безалкогольного. — Хихикнув над неуклюжей шуткой, он откашлялся и продолжил: — На подготовку материала я потратил массу времени. Пожалуй, это упражнение я зачту как одну десятую оценки за месяц. Но не расслабляйтесь! — Класс недовольно загудел, и мистер Петерсен поднял руки. — Я раздам задания в случайном порядке. Попробуйте! Вот увидите, это весело.
Кажется, никто не поверил.
Следующие четверть часа Лорел сгорала от стыда за одноклассников и с ужасом ждала своей очереди. Все зачитывали приторные объявления мистера Петерсена, неестественно кривляясь и жестикулируя. Интересно, взрослые в самом деле пишут «сладкий Ромео ждет свою Джульетту» или «страстный, сексуальный и суперклевый»? Всерьез?
— Тэм Коллинз.
Соседки Лорел взволнованно зашушукались. Ей захотелось провалиться сквозь землю.
Тамани вышел к доске, взял у мистера Петерсена листик и стал внимательно его изучать. Наконец минута прошла.
— Ну что же... начинай! — Мистер Петерсен откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.
Тамани поднял голову и молча посмотрел в глаза нескольким одноклассницам.
— Одинокий шотландец, — начал он вполголоса, подчеркивая свой акцент, — ждет прекрасную леди.
Все девушки, кроме Лорел и Юки, хором вздохнули.
«Интересно, насколько вольным будет его пересказ объявления?» — подумала Лорел.
— Я ищу родственную душу, с которой мы составим единое целое. Ту, которой я подарю свою жизнь и свое сердце. Меня интересуют серьезные и... интимные отношения. — Другого на его месте уже бы освистали, а в исполнении Тамани фраза звучала сексуально и притягательно. — Мне двадцать с небольшим, люблю громкую музыку, хорошую кухню и... — он сделал театральную паузу, — физические упражнения. Я ищу творческую личность. — Тамани на миг задержал взгляд на Лорел и продолжил: — Которая понимает и ценит музыку, чтобы разделить мою любовь к прекрасному. Хотите найти что-то настоящее в этом обманчивом мире? Позвоните мне. Мне не нужна короткая интрижка. Я ищу любовь.
Тамани скомкал бумажку, сунул ее в карман и вернулся на место.
Женская половина класса взорвалась аплодисментами. Некоторые пронзительно засвистели.
Лорел съежилась и уронила голову на парту. Ну что за день такой?!

После урока Лорел почти бегом направилась к машине. Она выступила довольно слабо, впрочем, кого это интересовало?
Хотя ей удалось весь день не разговаривать с Дэвидом, нельзя было избегать его вечно. Но что она скажет? Что все еще любит его, но не знает, насколько это серьезно? Или что не уверена, может ли с чистой совестью прожить всю жизнь без Тамани, не узнав, так ли с ним хорошо, как ей грезилось? Что она приняла поспешное решение, ошиблась и хочет вернуться? Что ей нужно отдохнуть от обоих и понять, чего же хочет она сама?
Или что ей до смерти хочется стать девушкой Тамани и наконец понять, действительно ли он герой ее мечтаний?
Тогда в старом доме она не сомневалась в выборе. А сегодня утром при виде Дэвида ей стало больно и отчаянно захотелось все исправить. Почему? Потому что она любит его как друга или потому что надеется вернуть отношения?
Нужно ли это Дэвиду?
Погруженная в раздумья, Лорел заперла машину и пошла в пустой дом, где — как утром напомнила мама — ей предстояло провести весь вечер. Ну и ладно — все равно у нее куча уроков. А еще можно продолжить опыты с соком Юки. Не верилось, что со дня, когда на них напали тролли, прошло две недели. По ощущениям это было сто лет назад. Так всегда: только хочешь остановить время — и оно мчится вперед, зато в самый неподходящий момент каждая секунда кажется вечностью.
Вместо того чтобы подняться к себе, Лорел стала рассеянно перебирать письма на кухонной стойке. Ей не давало покоя, что опыты со светящимся раствором ни к чему не привели. Сок Тамани сиял чуть меньше сорока минут — немного дольше, чем сок Лорел. Она надеялась найти существенные различия между расами, но, похоже, по соку этого не определить — по крайней мере, если не брать образцы клеток у сотен фей. Можно было бы предположить, что Юки — Весенняя, просто исходя из вероятности, но гадать в таком вопросе — непозволительная роскошь.
Отложив открытку от «Паблишерз клиринг хаус», Лорел наткнулась на большой конверт, адресованный ей. Результаты экзаменов! Она и забыла о них, ведь тест был так давно. Тогда они с Дэвидом еще не расстались. И каждый день занимались, чтобы подтянуть ее знания. Они хотели посмотреть результаты в Интернете — так быстрее, но, видимо, Дэвид тоже забыл. Лорел схватила с полки специальный нож, вскрыла конверт и, поколебавшись, вытащила стопку бумаг.
Увидев свою оценку, Лорел вскрикнула.
Пятьсот восемьдесят баллов! Невероятный прогресс! Она бросилась к телефону и опомнилась лишь тогда, когда уже почти набрала номер Дэвида. Так нельзя. Что бы ни случилось, они должны хотя бы остаться друзьями. Ей впервые пришло в голову, что он может и не захотеть.
Чтобы узнать точно, нужно хотя бы попробовать. Она набрала его номер до конца.
— Алло.
— Дэвид?
— Алло.
Это был автоответчик. Дэвид специально записал сообщение так, как будто он в самом деле взял трубку. Лорел это раздражало, но она давно уже не попадала на автоответчик.
— Знаете что? Оставьте мне сообщение.
Лорел нажала отбой. Дэвид увидит пропущенный звонок, и если он тоже получил результаты, то догадается, почему она звонила.
Лорел села на табурет, вертя в руках бумаги. Как же она устала! Выходит, разрыв с Дэвидом не решил ее проблем, скорее добавил еще одну. И чем дольше она будет тянуть, тем быстрее он справится сам и примет решение за нее.
Дэвид справится сам. Какая ужасная мысль!
Захватив конверт и рюкзак, Лорел стала подниматься по лестнице. Пора взять себя в руки и разобраться в своих чувствах. Когда-то она выбрала Дэвида, с перевесом в один процент, и все было прекрасно. Ей хотелось вернуть это ощущение, но сначала надо определиться, с кем она будет счастлива. Пожалуй, какое-то время лучше ни с кем не целоваться. Надо принимать решение на свежую голову.
Лорел вздрогнула, услышав тихий стук в дверь.
— Можно войти?
Тамани.
Лорел сунула конверт под рюкзак и пошла открывать.
— Извини, я не стал ждать у входа, — сказал он. — Раз уж ты под домашним арестом, мне лучше никому не попадаться на глаза.
— Наконец-то ты запомнил, что у меня любопытные соседи, — вымученно рассмеялась Лорел.
Некоторое время он смотрел под ноги. Затем поднял глаза, улыбнулся и шагнул к ней с распростертыми объятиями.
Все благоразумные планы остыть и не торопиться разом вылетели из головы. Она обняла Тамани и, даже когда он отстранился, прижалась сильнее. Еще секунда — и она его отпустит.
Одна секунда.
Или две.
Наконец она убрала руки и заставила себя не поднимать голову. Иначе она непременно его поцелует, и тогда все усилия пойдут насмарку. Она просто не даст ему уйти до вечера.
— Ну что? — Лорел опустилась на стул, чтобы Тамани не сел рядом. — Как твой разговор с Ростером?
— Глупо. Бессмысленно. — Тамани закатил глаза и присел на кровать, опершись на локоть.
Лорел вцепилась в подлокотники — ее неудержимо тянуло перебраться поближе. Устроиться у него на груди, касаясь головой его подбородка, ощущать трепет его голосовых связок и...
«Сосредоточься!» — сердито велела она себе.
— Какое наказание тебе назначили? — Лорел не хотела признаваться, что подслушивала школьные сплетни и давно была в курсе.
— Три дня... Дэвид... — Он произнес его имя, как ругательство, — Будет со мной заниматься, чтобы подтянуть по всем предметам.
— Ты серьезно? — воскликнула Лорел. Никто не упоминал, что они будут отбывать наказание вместе. Это плохо.
Тамани криво усмехнулся.
— Вот как. — Лорел помолчала. — Он и правда умеет здорово объяснять.
Пусть Тамани и не обрадуется, что она хвалит Дэвида, но она имеет право. Именно Дэвид помог ей освоиться в школе после домашнего обучения.
— Не сомневаюсь. Но весь принцип оценки знаний унизителен. Я еще не видел более дурацкой и необъективной системы. Система оценок у людей...
— Хуже, чем в Авалоне?
Тамани поджал губы.
— Как бы то ни было, на самом деле я у вас не учусь. Понятия не имею, что делать с Дэвидом три дня.
— Вести себя прилично, — сказала Лорел.
— Лорел, мы будем под наблюдением.
— Все равно. Не хвастайся и не дразни его. Общайся приветливо.
— Дразнить не буду, обещаю.
Лорел удовлетворенно кивнула, не зная, что еще сказать. Наконец она решила сменить тему:
— Шар теперь будет здесь?
Тамани покачал головой.
— Только пару дней. У него дела возле врат.
— А как он сюда добрался? У него тоже машина?
Мысль, что феи разъезжают на машинах, по-прежнему очень забавляла Лорел.
Юноша огорченно вздохнул.
— Тамани де Рослин, часовой, фер-глейи и личный шофер к вашим услугам.
— Когда? Я думала, ты наблюдаешь за мной... постоянно.
— Бывают перерывы, когда ты дома. Да и ночью тоже. И не забывай, — добавил он с улыбкой, — у меня есть мобильник. Если что, Аарон может позвонить. — Он наклонился к ней, сверкнув обнаженной грудью из-под расстегнутой рубашки. — И я немедленно примчусь тебе на помощь.
Лорел из последних сил старалась не замечать приятное тепло, которое разливалось по всему телу.
— Вот и хорошо, — сказала она.
Внезапно ей пришло в голову, что без шарфа будет легче дышать, и она развязала узел, выпуская на свободу истерзанные лепестки. Точнее, их жалкие остатки. Цветок осыпался весь день. Завтра утром можно будет уже не прятаться. Наконец-то полегчает.
Внезапно ее осенило. Возможно, она перевязывала цветок в последний раз, ведь в Авалоне маскировка не нужна. Зато в колледже придется носить шарф еще четыре осени. Конверт с результатами все так же лежал под рюкзаком. С такими баллами у нее есть шанс выбрать хороший колледж, может быть, даже Беркли. Прошлой весной после провала на экзамене было ясно, что учиться дальше она не пойдет. К тому же потом она пропела волшебное лето в Авалоне. А теперь? Перед ней открывается новый, неизведанный путь.
Похоже, возможность выбора — это не благо, а тяжкое бремя.

ГЛАВА XXVI

Три дня сидеть взаперти с мистером Робисоном и Дэвидом.
Делать уроки.
Притворяться, что делаешь уроки.
И обмениваться свирепыми взглядами.
В первый день Дэвид метал глазами молнии чаще, чем Тамани. Вполне логично, ведь Тамани был победителем.
Точнее, как бы победителем.
В один прекрасный день он задался вопросом, можно ли умереть от счастья. Быть с Лорел, сжимать ее в объятиях, встречать ее улыбку казалось неземным блаженством. На этом фоне меркло все. Он стал самым молодым командиром стражей за три поколения? Не такой уж и подвиг. Выучился на ведущего специалиста по прикладному взаимодействию с людьми? Всего лишь средство достижения цели. Завоевал Лорел? Вот он, главный успех его жизни. Тамани сам удивлялся, как легко он вошел в роль. Как идеально Лорел помещается в его руках. Какую бесконечную радость приносит ее улыбка. Все остальное неважно.
Они должны снова быть вместе! Раньше он гнался за призрачной мечтой, а теперь знал, что утратил, и отдал бы все на свете за еще один день и старом доме.
Тамани поймал себя на том, что улыбается. Откашлявшись, он скорчил кислую мину и сделал вид, будто слушает Дэвида, который рассказывал о теореме Пифагора. До чего же пустая трата времени!
— Вижу, молодые люди, вы неплохо справляетесь с заданием. Мне нужно ненадолго отлучиться.
Тамани хмыкнул про себя. Обещанное «наблюдение» оказалось фикцией. Сегодня мистер Робисон отлучался уже четырнадцать раз — вдвое чаще, чем вчера. Стоило ему выйти, как Дэвид тут же замолкал и ни на что не реагировал, только пялился на доску в центре комнаты. Когда мистер Робисон возвращался, он снова принимался вяло рассказывать. По правде говоря, хитрил он плохо и продолжал ровно в том же месте, где остановился. Однако мистер Робисон ничего не замечал.
А еще Тамани раздражало, что Дэвид страдал от наказания не меньше, чем от разрыва с Лорел. Сам Тамани считал наказания неотъемлемой частью жизни. Получил свое и живешь дальше — зачем ныть?
Кто-кто, а Тамани не был нытиком.
Интересно, люди без конца чего-то боятся, потому что вечно сидят в четырех стенках? Наверное, тяжело жить без свежего воздуха и физического труда. Когда Тамани не было и десяти, он несколько лет работал с отцом, ухаживая за плотинами вместе с другом сестры или выполняя поручения для матери в Академии. А люди постоянно все упорядочивают и прячутся в квартирах, как скот в хлеву. Видимо, животным нравится быть взаперти. И все-таки в это трудно поверить до конца.
Мистера Робисона не было уже пять минут, и до последнего звонка оставался час.
«Интересно, он вернется сегодня?» — подумал Тамани.
— Знаешь, ты ведь добиваешься невозможного, — сказал он вслух.
Как он и предполагал, Дэвид хранил упорное молчание.
— Феи и люди не могут быть вместе. Ты приложил немало усилий, и, по правде говоря, я рад, что ты был с ней, когда я не мог. И все-таки у тебя нет шансов. Ты другой. Пусть мы и похожи внешне, у фей мало общего с людьми.
Молчание.
— У вас не может быть детей.
Дэвид повернулся и посмотрел на Тамани. За все время их «наказания» это была его первая реакция. Он даже открыл рот, как будто собирался ответить, но тут же сжал губы и снова отвел глаза.
— Ну давай, скажи. Мы ведь должны уладить разногласия, верно? — хохотнул Тамани. — Правда, о настоящих разногласиях никто не догадывается.
Дэвид пялился на Тамани, не реагируя на подколку.
Неожиданно Тамани осознал, каким юным выглядит Дэвид. Порой он забывал, что Лорел и ее друзья младше, а в чем-то гораздо младше его. Хотя Тамани изображал школьника, на самом деле он был офицером охраны и знал свое место и свою роль в мире более определенно, чем многие люди узнают за всю жизнь. Свобода, которой обладают человеческие дети, наверняка парализует. Неудивительно, что они взрослеют так долго.
— Я просто хотел помочь тебе разобраться, вот и все, — сказал Тамани.
— Мне не нужна твоя помощь.
Тамани кивнул. Он недолюбливал Дэвида, но теперь, когда тот перестал быть препятствием, уже не испытывал к нему ненависти, а во многом даже симпатизировал. По крайней мере, у парня превосходный вкус.
В полной тишине прошло четверть часа. Затем полчаса. Тамани уже подумывал улизнуть, когда Дэвид наконец заговорил:
— Многие люди не могут иметь детей — например, родители Лорел.
Тамани уже и забыл, что говорил о детях. Забавно: после двух дней игры в молчанку Дэвид откликнулся именно на эту тему.
— Само собой, но...
— Тогда они усыновляют кого-нибудь. Или просто живут вдвоем. Необязательно иметь детей, чтобы быть счастливым.
— Может, и так, — согласился Тамани. — Зато она переживет тебя на сотню лет. Ты правда хочешь, чтобы она смотрела, как ты умираешь? Хочешь усыновить детей, которые умрут на ее глазах, состарившись, когда она будет выглядеть на сорок?
— По-твоему, я об этом не подумал? Такова жизнь. Не для вас, конечно. У вас есть всякие чудодейственные снадобья. — Последние слова он произнес с издевкой, и Тамани разозлился. Разве Дэвид сам не выжил благодаря волшебному эликсиру? — А у нас так. Ты не знаешь, умрешь через месяц, через неделю или через восемьдесят лет.
— Это риск, но он стоит того, когда любишь по-настоящему.
— Иногда одной любви недостаточно.
— Самовнушение. — Дэвид посмотрел Тамани в лицо. — Только так ты можешь быть уверен, что выиграешь.
Укол попал в цель. Тамани действительно говорил это себе не раз за последние несколько лет.
— Я всегда был уверен, что выиграю, — тихо сказал он. — Только хотел знать когда.
Дэвид презрительно хмыкнул и отвернулся.
— Помнишь, что я рассказывал про Ланцелота?
— Он был телохранителем Гвиневеры, — сказал Дэвид, — по крайней мере, в твоей версии.
Тамани вздохнул. С Дэвидом непросто, но он хотя бы слушает.
— Фер-глейи в самом деле означает «телохранитель», но не совсем в том смысле, как ты думаешь. Фер-глейи — еще и недремлющий страж. Ланцелот должен был защищать не только жизнь Гвиневеры, но и Авалон — сделать все возможное, чтобы Гвиневера исполнила свою миссию. Проследить, чтобы она не отступила.
— А ты — фер-глейи Лорел.
— Может, Лорел тебе и не говорила, но я был с ней знаком... раньше. Со дня, когда она покинула Авалон, я изо всех сил стремился стать ее телохранителем. Все решения, которые я принимал — каждая минута обучения, — были нацелены на то, чтобы занять это место. Я не хотел уступать Лорел какому-нибудь безразличному исполнителю. Кто может лучше направлять и оберегать ее, чем тот, чья любовь равна моей?
Дэвид мрачно покачал головой и попытался заговорить.
Тамани оборвал его:
— Я ошибался.
Во взгляде Дэвида мелькнуло любопытство.
— То есть?
— Любовь лишила меня здравого смысла. Я знал, как Лорел ценит уединение, и, хотя она не догадывалась, что за ней наблюдают, я потерял бдительность и прозевал ее переезд. Пока она не вернулась, я думал, что предал Лорел и Авалон. Мы поставили тут стражей, и я тоже хотел приехать — мечтал быть рядом с Лорел не меньше, чем защищать ее, а может, и больше. Поэтому я и сдержался — решил не приезжать из ложных соображений и убедил себя, что ложные соображения подталкивают к неудачному выбору. А теперь я здесь, и, признаюсь, видеть ее с тобой было мучительно. Любовь мешает мне работать. Как в ту ночь с троллями. Нужно было бежать за ними, а я не мог бросить Лорел.
— А если бы за углом ждали еще тролли? Что, если первый набег был с целью отвлечь тебя?
Тамани покачал головой.
— Я должен был доверять стражам. Не пойми меня неправильно, я все так же предан своему делу, только сейчас уже не верю в фальшивые идеалы. Я был готов умереть за Лорел и думал, это делает меня особенным. На самом деле многие стражи отдадут за нее жизнь. И иногда мне кажется, что Лорел была бы в большей безопасности с другим фер-глейи.
— Так почему не уйдешь? — спросил Дэвид.
Тамани рассмеялся и покачал головой.
— Не могу.
— Нет, правда! Если для нее так лучше, разве ты не обязан уйти?
— Не выйдет. Я дал клятву, которая связывает меня с Лорел на всю жизнь, и должен служить ей до самой смерти.
— Вечно?
Тамани кивнул.
— Когда Лорел находится за пределами Авалона, я за нее отвечаю. И если она останется с тобой и вы поступите в колледж, угадай, кто поедет следом? — Тамани ткнул пальцем в потолок, затем в себя.
— Что?
— Так или иначе, я буду наблюдать за ней на расстоянии. Тайно, если понадобится. И неважно, сколько ты проживешь, — я буду рядом, когда тебя не станет. Я проведу жизнь вместе с Лорел или наблюдая за ней, если она будет с другим. Блаженство или мука — третьего не дано.
— Уж извини, но, надеюсь, тебе выпадет мука, — криво усмехнулся Дэвид.
— Понимаю, — сказал Тамани, — И я не в обиде. Но все это время, стремясь стать ее фер-глейи, я не представлял, что мои чувства к Лорел сделают из меня плохого защитника. Иногда они побеждают, и я поступаю не так, как следует. — Он помолчал. — Например, бью невинных, чтобы мне полегчало. Это было очень непрофессионально, и я прошу прощения.
Дэвид поднял брови.
— Непрофессионально?
— Да.
Дэвид фыркнул, кашлянул и от души расхохотался.
— Непрофессионально, — пробормотал он.
«Все-таки странное у людей чувство юмора», — подумал Тамани.
— А я не жалею. — Дэвид широко улыбнулся. — Я хотел тебя ударить, и ты хотел, чтобы я тебя ударил. По-моему, мы оба добились своего.
— Не спорю.
Переглянувшись, они рассмеялись.
— Слушай, — сказал Дэвид, — Мы жалкие создания. Все наша жизнь вращается вокруг нее. Я... — он прервался и смущенно опустил глаза, — я думал, что умру, когда она меня бросила.
Тамани искренне кивнул.
— Знакомо.
— Просто даже когда тебя нет, ты все равно присутствуешь. Она постоянно по тебе скучала. Порой она смотрела в никуда, и я спрашивал, о чем она думает, а она улыбалась и говорила «ни о чем». Но я-то знал, что о тебе. — Он наклонился ближе. — Когда ты объявился тут в сентябре, я возненавидел тебя еще сильнее.
— Аналогично, — Тамани старался не выдать свою радость, — Лорел носила в кармане твою фотографию — впервые я увидел ее в Авалоне два года назад. Это было невыносимо: даже в те редкие моменты, когда Лорел принадлежала только мне, ты незримо присутствовал рядом.
— Думаешь, она все понимает?
— Теперь уж точно понимает, — Тамани снова погрустнел, — Поэтому и не выбрала никого из нас. Может, если мы с тобой поладим, ей станет легче? — Помедлив, он добавил: — Тебе надо с ней помириться.
— Ты серьезно?
— Я сказал «помириться», а не «вернуться к ней». Она будет счастлива, если вы останетесь друзьями. А я хочу, чтобы она была счастлива. После школы я отправлюсь по делам с Шаром, и ночью меня не будет, а ты пойдешь к ней и помиришься.
Дэвид помолчал.
— А тебе-то что с этого?
— Скажешь, что я тебя надоумил.
— Ага, то есть Лорел будет счастлива, а тебя похвалит как миротворца.
— Для человека ты довольно сообразителен, — усмехнулся Тамани.
Дэвид покачал головой.
— Знаешь, что меня бесит почти так же сильно, как потеря Лорел? — спросил он.
— Что? — удивился Тамани.
— Что эта идиотская идея «уладить разногласия» сработала.
Тамани хихикнул. Наконец раздался последний звонок.
— Не торопи события, дружище, — сказал он. — Ты мне по-прежнему не нравишься.
И все-таки он не смог сдержать улыбку.

Лорел осторожно открыла входную дверь. На пороге стоял Дэвид с циннией в руке.
— Привет, — Он неуклюжим рывком протянул цветок. — Прости меня. Я вел себя как несдержанный болван, это было неправильно, и я бы сам себя бросил на твоем месте.
Лорел застыла, разглядывая цветок, затем со вздохом взяла его.
— И ты прости, — тихо сказала она.
— Тебя? За что?
— Надо было слушать Челси. Она говорила, что ты бесишься из-за Тамани, а я решила, что ты сам справишься. Не обратила внимания на ее слова. И на тебя. Прости, что все зашло так далеко.
Дэвид почесал затылок.
— Да ладно... Челси помогала мне выпустить пар. А выпускать приходилось частенько.
— Да, но ты не мог выпустить пар со мной. Я обрывала все попытки и не интересовалась твоими чувствами. Как твоя девушка, я должна была тебя выслушать. Что там девушка, просто как друг!
— Думаю, тебе не стоит извиняться, но все равно спасибо, — сказал Дэвид. — И надеюсь, мы переживем это и оставим в прошлом, — Он помолчал и добавил: — Вместе.
— Дэвид... — Лорел поняла по его лицу, что он заранее знает ответ, — Я не готова вернуть это «мы».
— Значит, ты теперь с Тамани? — опустив глаза, спросил Дэвид.
— Я сама по себе, — Лорел покачала головой. — Дэвид, нам по семнадцать лет. Думаю, я могу взять тайм-аут в поисках вечной любви. У меня сейчас непростое время. Нужно решить, пойду ли я в колледж, с кем бы я ни провела остаток дней.
Дэвид изменился в лице, но Лорел не давала вставить и слова.
— Юки, Клеа, тролли, экзамены и колледжи... — Она застонала, — Мне просто не до этого.
— Похоже, тебе нужен друг, — пробормотал Дэвид, внимательно изучая коврик на полу.
Лорел даже не ожидала, что испытает такое облегчение. Слезы градом покатились по щекам раньше, чем она успела это осознать.
— О боже, — сказала она, украдкой утирая лицо. — Нужен, как никогда.
Дэвид шагнул вперед, притянул ее к себе и обнял, прижавшись щекой к макушке. Лорел ощущала его тепло, ровный стук сердца, и все тревоги и волнения словно растворились в воздухе. А ведь она чуть было не потеряла его как друга.
— Спасибо, — шепнула она.
— Если честно, я по-прежнему намерен уговорить тебя вернуться, — сказал Дэвид, отпуская ее и отходя на шаг. — Просто хочу, чтобы ты знала.
Лорел подняла глаза к потолку и рассмеялась.
— А пока, — продолжал он серьезным тоном, — я буду тебе другом и буду ждать.
— Я уж думала, ты никогда со мной не заговоришь, — К ее удивлению, Дэвид залился краской.
— Я... мне помогли. Меня отправил к тебе Тамани, — наконец выговорил он.
— Тамани? — Лорел не поверила своим ушам.
— Сегодня мы кое-что обсудили. Он сказал, что вечером уйдет по делам, чтобы я мог помириться с тобой.
Лорел задумалась.
— Зачем ему это?
— А как ты думаешь? Чтобы заслужить твою похвалу, — хмыкнул Дэвид.
Лорел покачала головой. Но надо отдать Тамани должное: план сработал.
— На днях я тебе звонила.
— Я видел. Ты не оставила сообщения.
— Разозлилась на твой автоответчик!
Дэвид хихикнул.
— Я получила результаты экзамена.
Он коротко кивнул. Для него это было не менее важно.
— И я. Правда, Челси я не обогнал. А как ты?
Лорел с гордой улыбкой стала рассказывать о своих успехах и о том, какие возможности перед ней открываются. Прямо как в старые добрые времена. Только сейчас Лорел поняла, что Дэвид всегда был ей прежде всего другом. Наверное, в этом их главное различие с Тамани. С Дэвидом на первом месте дружба, а с Тамани — страсть. Лорел едва ли могла представить свою жизнь без того и другого. Неужели выбрать один полюс означает навсегда потерять второй? Она отогнала неутешительную мысль и решила наслаждаться моментом.
— Зайдешь?

ГЛАВА XXVII

Тамани сидел в ветвях пихты, тщательно всматриваясь в лес и пытаясь уловить малейшее движение. Солнце исчезало за горизонтом. Самое время для охоты на троллей: их «день» только начинался, в длинных тенях прятаться удобнее всего. Они явно рыскали где-то поблизости — именно сюда обычно удирали раненые тролли. Но пока клочок леса, затесавшийся между двумя жилыми кварталами, приносил только разочарование. Тамани скрипнул зубами. Он обещал Аарону, что все исправит, и, видит Геката, он сдержит слово!
— Тэм, ты же учился маскировке. Скрежет твоих зубов услышит самый тугоухий тролль, — сказал ровный, почти скучающий голос под пихтой.
Тамани вздохнул.
— Не бережешь ты себя, — озабоченно добавил Шар. — Три ночи подряд. Я за тебя волнуюсь.
— Я редко так делаю, — сказал Тамани. — Просто хотел застать тебя, пока ты здесь. Обычно я одну ночь работаю, одну отдыхаю.
— Получается, ты половину ночей не спишь.
— Иногда удается подремать на дежурстве.
— Тоже мне отдых! Ты же знаешь, ловить троллей — не твоя работа, — еле слышно продолжал Шар. Прошлой и позапрошлой ночью он говорил то же самое.
— А как лучше защитить Лорел? — запальчиво спросил Тамани.
— Сколько можно? — Шар продолжал карабкаться на пихту. — Хочешь совсем себя уморить?
— То есть?
— У тебя был выбор: догонять троллей или остаться с Лорел. Ты выбрал Лорел. Пусть это и ошибка, твой выбор можно понять. Тем более Лорел была без сознания и не могла защищаться сама. Если бы ты решил по-другому, то, возможно, выследил бы троллей до их логова. А может, погоня была бы бесполезной, как раньше. Жаль, что Аарон не одобрил твое решение, но нельзя же постоянно казнить себя. Надо жить дальше.
Тамани покачал головой.
— Аарон успевал к нам. Он бы проводил Лорел до дома. А у меня был шанс выяснить, откуда исходит основная угроза.
— Легко говорить, когда она уже добралась целой и невредимой. А если новые тролли только и ждали, что ты оставишь Лорел одну? Или этого ждали Клеа и Юки?
— Крайне маловероятно, — пробормотал Тамани.
— Да. Но ты ее фер-глейи. Ты обязан предусмотреть самую невероятную опасность. И прежде всего твой долг — сохранить Лорел жизнь и магическую силу.
— Если бы она погибла, я бы все бросил и завтра же слился с Древом, — сказал Тамани.
— Я знаю, — прошептал Шар из темноты.
Прошел час, затем другой. Феи не проронили ни слова, вглядываясь в чащу. Тамани чувствовал, как слипаются глаза и накатывает непреодолимая усталость. Ему нередко приходилось нести службу две ночи подряд, но три — это чересчур. Шар выспался днем, а Тамани, если не считать нескольких минут в школе, при очередной отлучке мистера Робисона, и пары коротких передышек на дереве, не спал с той ночи, когда заставил себя уйти от Лорел. Он повиновался ее просьбе, хотя понимал: если останется до рассвета, она все равно не узнает. Он прикрыл глаза, вспоминая ее в ту ночь: мягкие, словно шелк, белокурые волосы, разметавшиеся по подушке, чуть приподнятые даже во сне уголки рта.
Услышав хруст сухих листьев, он встрепенулся и открыл глаза. Сначала ему показалось, что пробежал олень. Однако звук повторился. Для грациозного животного шаги были слишком тяжелыми.
Тамани затаил дыхание, не веря своим глазам: прямиком к ели ковыляли два тролля. От них несло свежей кровью, а один волочил за собой оленя.
Не теряя времени, Шар и Тамани бесшумно спустились. Тролли явно не спешили. Тамани хотелось разделаться с ними немедленно, но сегодня у них задача посерьезнее, чем прикончить пару троллей. Пора найти их логово.
Они с Шаром двигались короткими перебежками вдоль тропы. Тролли остановились, и феи приникли к земле. Тролли не могли их унюхать — от фей не пахнет ни кровью, ни серой. Правда, Шар утверждал, что иногда эти твари чуют опасность.
Тролль поднял тушу оленя, как будто хотел попробовать его на вкус. Затем оба тролля исчезли.
Тамани чуть не ахнул от изумления. Они испарились прямо на глазах! Сдерживая порыв выскочить из засады, он затаил дыхание и прислушался. Откуда-то донесся шорох, скрип и стук дерева о дерево. Затем все звуки стихли. Прошла минута. Две. Три. Тишина. Тамани поднялся на ноги. Каждый стебелек в его теле рвался вперед, в атаку.
— Видел? — шепнул Шар.
— Да.
Тамани на миг показалось, что тролли выскочат из-за дерева, но в лесу было все так же тихо и пустынно. Он всмотрелся в точку, где они только что стояли. На опавших листьях остались капли крови несчастного оленя. Следы вели к краю небольшой поляны и обрывались.
Тамани подполз ближе и стал внимательно разглядывать кровь. Потом пошел вперед, не отрывая глаз от дерева напротив, и, пройдя половину расстояния, обернулся.
— Кровавая дорожка не осталась за его спиной. Она была слева.
— Но он шагал прямо!
— Что ты делаешь? — спросил Шар.
— Секунду, — растерянно сказал Тамани.
Он вернулся к следу и повторил опыт: выбрал другое дерево и прошел полпути к нему. Когда он остановился, кровавый след был справа.
Тамани присел на корточки, глядя на деревья. Значит, это только кажется, что они впереди.
— Шар, — позвал Тамани, стоя спиной к следу, — встань передо мной.
Шар пошел к нему, но его ноги двигались по диагонали. Он сделал еще два шага, застыл и обернулся, вытаращив глаза.
— Теперь видишь? — Глядя на растерянное выражение лица наставника, Тамани даже в такую минуту не смог сдержать улыбку.
Пока Шар рассматривал место, где он только что стоял, Тамани расставил ноги и поднял руки перед собой. На ощупь ничего необычного. Зато чем сильнее он вытягивал руки, тем дальше они оказывались друг от друга. Когда Тамани попытался свести ладони, они сомкнулись у него на груди.
— Шар! — затаив дыхание, шепнул Тамани. — Попробуй.
Помедлив, Шар тоже стал обводить руками невидимый барьер, искривляющий пространство. Казалось, кто-то аккуратно вырезал из вселенной небольшой кружок. Купол, который нельзя потрогать, не говоря уж о том, чтобы войти внутрь.
И все-таки Тамани не сомневался, что вход есть. Должно быть, именно туда проникали тролли.
— Если бы я не видел, как исчезают тролли, то не заподозрил бы неладное, — сказал Тамани, опуская руки.
— Мы ничего не видим, можем только догадываться. — Шар скрестил руки на груди и уставился в небо. — Как сломать стену, к которой нельзя прикоснуться?
— Тролли проходят сквозь нее, — ответил Тамани. — Значит, это не совсем стена.
Шар бесшумно отошел, поднял камешек и бросил вперед с небольшого расстояния. Камешек описал дугу и исчез.
Ободренный, Тамани нагнулся и взял небольшую палку. Подойдя к тому месту, где его развернуло, он ткнул ею в барьер. Палка отклонилась в сторону. Неожиданно его осенило.
«Может, барьер распознает растения».
Тамани швырнул палку, ожидая, что она отскочит. Палка исчезла, как и камешек.
«Значит, не распознает».
— Там есть защита, — выдохнул Тамани.
— С каких это пор тролли владеют такой магией?
— Никогда не владели, — мрачно ответил Тамани. — Значит, ее легко сломать.
— Ну да, конечно, — полным ехидства тоном сказал Шар.
Тамани всмотрелся в загадочную пустоту.
— Туда можно что-нибудь забросить, но нельзя потыкать палкой. Как думаешь, ты мог бы забросить меня?
Шар смерил его долгим взглядом, затем поднял брови и кивнул.
— Отчего же не попробовать?
Он опустился на колени, сцепив руки в замок. Тамани поставил одну ногу ему на ладони.
— Э хен, э ду, э три! — Шар вскочил на ноги, и Тамани взвился в воздух, полетев прямо на барьер.
В ушах свистнул ветер, потом возникло мучительное ощущение, будто все тело выворачивали наизнанку. Затем боль прошла, и Тамани шмякнулся спиной о землю.
«Какое звездное небо», — подумал он, приходя в себя.
Подошел Шар, еле заметно улыбаясь.
— Что случилось? — спросил Тамани.
— Ты... отскочил.
Тамани сел и стал осматриваться.
— Наверное, барьер специально настроен на фей. Но ведь это нереально! — Он бросил сердитый взгляд под ноги. — Может, сделать подкоп?
— Может, — неуверенно сказал Шар.
— А что тогда?
Шар сосредоточенно изучал поляну, наклоняя голову то вправо, то влево, словно искал ракурс, который даст разгадку. Наконец он выпрямился.
— Я вот думаю... — Шар вытянул руки и провел ногой вдоль невидимого барьера, отмечая границу. Откуда-то из рюкзака он достал небольшой мешочек на завязках. — Отойди.
Тамани отступил на несколько шагов, сгорая от любопытства.
Развязав мешочек, Шар схватил его за уголок двумя пальцами, потом присел и начал аккуратно сыпать вокруг себя какие-то бледные гранулы. Дойдя до барьера, он швырнул гранулы вверх по дуге, и они исчезли, пройдя сквозь невидимую преграду.
Тамани в смятении отскочил: поляна, на которой они стояли, в мгновение ока стала втрое шире. Он, не дыша, наблюдал, как перед ними из едва заметной тени вырос кусок земли. В центре располагалась ветхая хижина с заколоченными окнами, странно поблескивая в свете полной луны.
Осознав, как они уязвимы — и как были уязвимы все время, — Тамани упал на землю и поспешил укрыться под ближайшим дубом. Убедившись, что на залитой лунным светом поляне никого нет, он медленно вылез. Внутренний голос подсказывал, что таиться бессмысленно. Если бы последние четверть часа за ними наблюдали, спрятаться бы он не успел. И все же опыт говорил, что осторожность не помешает.
Шар не двигался. Он стоял в центре импровизированного круга, глядя на пустой мешочек в ладони. На его лице застыл благоговейный ужас, смешанный с восторгом. Он явно не ожидал, что эта штука сработает.
— Что это? — уважительно спросил Тамани.
— Соль, — спокойно ответил Шар, не отрывая взгляда от мешочка. Тамани рассмеялся, но Шар оставался серьезным.
— Постой, ты не шутишь?
— Смотри сам.
Шар указывал на землю. Белая линия соли, которую он рассыпал вокруг себя, пересекала широкую полосу голубого порошка, огибающую всю поляну.
— Дело рук химика, — нахмурился Шар.
— Похоже на то. Но магия тут уровня Зимних. Они спрятали пол-акра земли, просто очертив круг!
— Деспоты не используют порошки, — ответил Шар. Тамани фыркнул про себя: называть Зимних деспотами грубо даже по меркам стражей, — Порошок выдает химика с головой.
— Или мы имеем дело с новой разновидностью троллей. Лорел швыряла в них цезафум, а им хоть бы что. И сыворотки слежения не действуют. Барнс был неуязвим для всего, кроме свинца. Причем только когда этот свинец полетел ему в голову.
Шар задумался.
— Может, и так. Но в нашей истории были очень могущественные химики.
— Не за пределами Авалона. Кроме одной изгнанницы, и та сгорела лет сорок-пятьдесят назад.
— Точно, видел своими глазами. А вдруг у нее был ученик? — Шар помедлил. — Есть ведь юная фея... Сомневаюсь. Даже если Юки — Осенняя, она слишком юна. Выпускник Академии способен овладеть такой магией лет в сто, не раньше, не говоря уж о дикой фее.
— Всякое бывает.
— Да я вижу. — Тамани махнул рукой на порошок. — И голубой порошок, и твоя идея. Почему ты выбрал соль?
— Проверял одну теорию. Пока результаты обнадеживают.
Понимая, что Шар не намерен распространяться, Тамани присел и стал рассматривать голубой порошок.
— Можно взять мешочек?
Шар молча положил холщовый узелок ему на ладонь. Тамани зачерпнул лезвием кинжала немного порошка и высыпал внутрь. Потом подумал и прочертил кинжалом линию, пересекающую голубой круг.
— Что ты делаешь? — спросил Шар.
— Думаю, если круг разомкнуть, он утратит силу. Тролли в хижине нас не видели и вряд ли узнают, что круг разорван, зато могут найти твою соль. Если разбросать соль и прикрыть разрыв, они не заметят, что их логово обнаружено.
— Теперь нужно днем и ночью следить за этим местом.
— Я вызову подкрепление, — сказал Тамани.
Эйфория от неожиданного открытия угасала, и усталость навалилась с новой силой. Он сел под толстое дерево и включил айфон, мысленно проклиная яркую подсветку экрана. В надежде, что Аарон помнит, как пользоваться GPS-навигацией, Тамани отправил ему свои координаты.
Когда он вернулся на поляну, Шар уже уничтожил соляной круг и забросал листьями разрыв голубой линии. Из темной хижины по-прежнему не доносилось ни звука. Странно: обычно тролли не спят по ночам.
— Может, нам просто устроить налет и захватить ее? — спросил Тамани.
— Ты не в лучшей форме для драки, — возразил Шар. — Кроме того, я хочу какое-то время понаблюдать и выяснить их количество. Вдруг там три десятка троллей только и ждут, что мы постучим.
Немного погодя рядом с Тамани зашуршали листья: прибыло не меньше десяти стражей.
— Можно оставить на тебя дежурство? — спросил он Шара.
— Если хочешь. А ты куда?
Тамани сунул холщовый мешочек в рюкзак.
— Отнесу это Лорел. Может, она определит состав.
— Надеюсь, — сказал Шар, не отрывая глаз от хижины.
Тамани развернулся и побежал. Осенние листья шелестели под босыми ногами. Он мог бы проделать этот путь и с закрытыми глазами — казалось, все дороги ведут к Лорел.
Тамани помотал головой, отгоняя дрему. В глазах темнело. Он поморгал и заставил себя бежать быстрее, из последних сил борясь с изнеможением. Наверное, Шар прав и он не бережет себя.
«Уже скоро, — сказал он себе. — Отдам порошок и посплю».
Привалившись к стене, он постучал. Веки слипались, даже когда Лорел открыла дверь, изумленно глядя на позднего гостя. Он шагнул на кухню и без сил рухнул на пол.

ГЛАВА XXVIII

Лорел завела будильник, чтобы встать за полчаса до рассвета и проведать Тамани, однако проснулась гораздо раньше. Всю ночь она ворочалась в беспокойной полудреме и толком не отдохнула. Накануне, убедив себя, что с Тамани все в порядке, она укрыла его одеялом и легла спать. Сначала она хотела его перетащить — в кухне на полу вряд ли уютно, — но в конце концов решила не трогать. Пожалуй, у старого дома он ночевал в худших условиях.
Глянув в зеркало, Лорел наскоро пригладила волосы и стала на цыпочках красться вниз. Тамани еще спал — почти в той же позе, в которой она его оставила. Кухня была залита мягким утренним светом, и Лорел тихонько уселась рядом. Так непривычно видеть Тамани спящим — совершенно расслабленным и беззащитным. Раньше Лорел не задумывалась, когда он спит. Он постоянно присутствовал в ее жизни, днем и ночью возникал из ниоткуда по первому зову, всегда бодрый и деятельный.
Рассветное солнце окрасило кухню бордовым, потом розовым, и вскоре по полу поползли первые желтые лучи. Тамани заморгал, на бронзовые щеки упали тени от ресниц. Наконец он открыл глаза и рассеянно посмотрел на Лорел. И тут же перекатился и вскочил на ноги, выставив руки перед собой.
— Тэм! — воскликнула она.
Тамани посмотрел на нее, как будто только что узнал, и выпрямился, опуская руки.
— Извини, — немного охрипшим голосом сказал он, потом растерянно огляделся. — Что произошло?
— Ты ввалился сюда около десяти вечера и упал. Я пошла искать Аарона. Он сказал, что я в безопасности и он не знает, зачем ты пришел. Все в порядке?
Тамани осторожно забрался на табурет и протер глаза.
— Да, более или менее. Просто немного переутомился.
— Немного? — Лорел укоризненно улыбнулась.
— Ну, может, и чуть больше, — криво усмехнулся Тамани. — Надо было отоспаться и прийти утром. Слушай, а у тебя найдется что-нибудь поесть?
— Конечно. — Лорел пошла к холодильнику. — Что тебе дать? Персики? Клубнику? Есть еще манго.
— А овощей нет? До смерти хочется брокколи. Хотя нет, — опомнился он, — Нельзя мне брокколи. Я и так ем много зелени, как бы волосы не позеленели.
Лорел принялась рыться в холодильнике.
— Хикаму будешь? Она белая.
— Звучит заманчиво, спасибо.
Лорел вынула блюдо с нарезанной хикамой, которое мама приготовила накануне, и поставила перед Тамани. Ей одной много, а ему после такой ночи полезно подкрепиться. Подождав, пока он съест несколько ломтиков, и ухватив один себе, она спросила:
— Так что произошло?
Вместо ответа Тамани вынул из кармана узелок и протянул ей.
— Осторожно с ним, — сказал он. — Неуверен, что могу добыть еще.
— Что это?
От еды и света Тамани повеселел и стал описывать ночные приключения.
— Этот порошок... как будто кромсает пространство и складывает его в несколько раз. Более странной штуки я в жизни не видел.
Лорел заглянула в узелок, размышляя над тем, как проводить опыты с необычной смесью.
— Думаешь, это магия фей?
— Может быть. Ну, или новая магия троллей. Или забытая магия людей. Но пока все указывает на враждебного нам химика.
— Ты по-прежнему думаешь, что это Юки? — тихо спросила Лорел.
Тамани нахмурился, не спеша с ответом.
— Не уверен. Я не исключаю такую возможность, хотя она слишком молода. Разве ты могла бы сделать что-то подобное?
Лорел покачала головой.
— Очень сомневаюсь. Похоже, тут невероятно сложная смесь.
— А кто тогда?
Они сидели молча. Тамани жевал хикаму и думал, а Лорел рассеянно перебирала пальцами порошок.
— Знаешь, все считают появление Юки чем-то из ряда вон выходящим, — сказала она. — Но если есть одна дикая фея, почему не может быть две? Десять? Сотня? Что, если Юки — это просто... отвлекающий маневр?
Тамани наморщил лоб.
— Это не лишено смысла. Правда, мы не засекли ни одной феи на пути к хижине. Только троллей. Неизвестно даже, на кого они охотятся — на тебя или на Юки.
Лорел кивнула.
— Кстати, о Юки. Мы с ней три дня не виделись, а на следующей неделе начинаются каникулы. Надо будет наверстать, пока не поздно.
Лорел отогнала прочь укол ревности. Это его работа!
Тамани распахнул дверь во двор и вдохнул свежий утренний воздух.
— Спасибо за изысканное ложе на кухонном полу, — засмеялся он, хотя был явно не рад такой ночевке, — и за прекрасный завтрак. Я пошел.
Тамани помчался домой, стараясь не попадаться никому на глаза. В таких штанах и босиком он похож на сбежавшего любовника. Наскоро приняв душ — он уже почти привык к этой роскоши — и переодевшись в дневную одежду, Тамани выскочил на улицу и поспешил к дому Юки, надеясь перехватить ее на пути в школу.
Когда он подошел, она как раз снимала замок с велосипеда.
— Привет, — сказал он, «наклеив» озорную улыбку.
Глаза Юки расширились и заблестели.
— Привет, Тэм, — застенчиво отозвалась она.
Тамани улыбнулся в ответ. Он терпеть не мог уходить от Лорел к Юки: это казалось предательством по отношению к обеим. Он начинал понимать, почему трюкачи изо всех сил избегают работы стражей. Они прирожденные шпионы, и из Авалона их часто отправляют в Великобританию и Египет: в этих странах из-за соседства с людьми разведка так же важна, как охрана врат. Но выдавать себя за другого несравнимо проще на сцене, чем в жизни.
Как бы то ни было, работа есть работа. Юки привязалась к нему, и, если она станет чуть менее скрытной, он может узнать что-то полезное.
Или, еще лучше, что узнавать нечего.
Увы, последнее казалось маловероятным. Едва ли Юки появилась в школе просто так. К тому же ее привела охотница за сверхъестественными существами. С тех пор как Клеа представила Лорел дикую фею, ее видели только один раз — когда она забирала Юки после нападения троллей. Может, и охотилась, хотя ей дважды вдогонку отправляли стражей и те вернулись ни с чем. След пропадал в двух-трех милях от дома Лорел. Прямо как с троллями — еще одно набившее оскомину «совпадение». Что между ними общего? Хотя Клеа всегда в темных очках, как будто не выносит света или прячет разные глаза, в остальном она совсем не похожа на тролля. С другой стороны, кланы троллей грызутся между собой за территорию, и она могла убить Барнса из-за этого. Но как объяснить, что Юки прибилась к группе людей — охотников на троллей, не говоря уж о клане троллей, изображающих охотников на троллей? Мысль Лорел, что Юки не единственная дикая фея, заслуживает внимания, но зачем им союзники вроде Клеа или Барнса?
Вопросов масса, и, каковы бы ни были ответы, Клеа, несомненно, опасна. Она прячется. Тамани не знал, от него или от Лорел, но что прячется — это точно.
«Животные прячутся, когда виноваты или боятся», — подумал он.
Клеа не из пугливых — значит, она виновата. Просто нужно выяснить в чем.
Нельзя сказать, что Юки ему не нравилась, — в последнее время, когда удалось втереться к ней в доверие, с ней стало даже приятно. Она была умнее, чем казалась на первый взгляд, и обладала спокойной уверенностью в себе. Это его восхищало и в то же время затрудняло задачу. Тамани все больше убеждался, что нравится ей, и ощущал себя негодяем, играющим на ее симпатии. Если окажется, что ей ничего не известно, он никогда не избавится от чувства вины. Зато если она хоть как-то угрожает Лорел, игра стоит свеч.
— Думал проводить тебя до школы сегодня. Машина в ремонте, — на ходу сочинил он. На самом деле кабриолет стоял в лесу, где они с Шаром обнаружили хижину.
— А говорил, что «знаешь одного парня», — застенчиво сказала Юки.
Тамани улыбнулся.
— Знаю, и поэтому все будет готово к обеду.
— Неплохо. — Юки защелкнула замок велосипеда и положила ключи в карман. — О! — Она остановилась, сделала шаг вперед и снова застыла.
— Что такое? — озадаченно спросил Тамани. Иногда она так неуклюже себя ведет!
— Глупо, но я... забыла обед, — призналась Юки.
Тамани по опыту знал, как важно фее подкрепиться в школе. Он чуть не рассмеялся, представляя себе ее мучительный выбор: нелепо выглядеть или на весь день остаться без еды.
— Так сбегай, — Тамани махнул рукой на дверь. — Я подожду.
— Можешь зайти на секунду, — сказала Юки, отводя глаза. — Я сейчас.
Он колебался. Зайти в незнакомое обиталище феи — все равно что шагнуть в ловушку, но крошечный домик казался таким безобидным. Вдобавок вокруг полно стражей. И все-таки...
Юки распахнула дверь, впуская в гостиную свежий осенний воздух. На столике рядом с грудой книг стоял маленький телевизор, ярким пятном выделялся пурпурный плюшевый диван у стены, а остальное пространство занимала всевозможная зелень. Пол и подоконники были заставлены вазонами. Неизвестное вьющееся растение вплелось прямо в стену и обрамляло окно, словно занавеска.
— Красивые... растения, — неуклюже сказал Тамани, напрягшись всем телом. Судя по большой ступке, все это может быть инструментарием химика — или просто естественной обстановкой для дикой феи, тоскующей по неведомой цветущей земле, которую она видела лишь во сне.
— Я делаю из них икебаны. — Юки скрылась в глубине дома.
Она уже упоминала японское искусство составления букетов, правда, Тамани не помнил когда. Все-таки икебана должна быть более сдержанной, а тут были практически джунгли. Он вынул из кармана телефон и поспешно сфотографировал увитые зеленью стены в надежде, что Лорел определит виды растений. Едва он успел спрятать телефон, как из комнаты вышла Юки с рюкзаком за плечами.
— Извини. Я готова.
Он улыбнулся, переключаясь из режима задумчивости в режим дружелюбного шпионажа.
— Отлично!
Но Юки не спешила. Сделав несколько неровных вдохов, она выпалила:
— Ты здесь желанный гость.
— Буду иметь в виду, — хитро улыбнулся Тамани.
Юки собиралась сказать что-то еще, но ей не хватило храбрости. Она вышла на крыльцо и, дождавшись Тамани, заперла дверь.
Они неторопливо зашагали к школе.
— Ничего, что я зашел за тобой? — спросил Тамани.
— Я очень рада. — Юки опустила глаза.
Молчание становилось неловким, и Тамани ломал голову, что бы такое не очень глупое сказать, когда у Юки зазвонил телефон. Она вынула его из кармана и, подняв глаза к небу, нажала кнопку включения голосовой почты.
— Хочешь ответить? — спросил Тамани. — Яне против.
— Это просто Клеа, ничего особо важного.
— Она не волнуется, когда ты не отвечаешь?
— Скажу, что была в душе. Или ехала на велосипеде — ведь сложно ехать и говорить одновременно. Когда я быстро перезваниваю, она не беспокоится.
— Тебе и в самом деле не тяжело так часто быть одной?
Юки отбросила локон за плечо.
— Ни капельки. — Она улыбнулась, — Я не боюсь темноты.
Тамани фыркнул про себя: Юки явно красовалась перед ним.
— А родители не возражают?
На лице Юки отразилось недоверие, которое быстро сменилось решимостью. Тамани наклонился ближе, стараясь выглядеть заинтересованным, но не нетерпеливым.
— Моих родителей нет на свете, — быстро сказала она, — Есть только я и Клеа. А в основном только я. Вся эта учеба по обмену... просто чтобы легче было пережить. — Она буравила его взглядом, явно нервничая. — Чтобы начать с жизнь с чистого листа.
— Жизнь с чистого листа — это неплохо. У меня тоже нет родителей. Не люблю об этом говорить. Все сразу начинают жалеть, а это просто...
— Понимаю. Слушай, — Она коснулась его руки. — Не говори никому, ладно?
Тамани не стал больше расспрашивать. Не сегодня — и не на эту тему.
— Конечно, — улыбнулся он, накрыв ее руку ладонью, — Можешь мне доверять.
Юки просияла, однако в ее глазах читалась тревога.
— А как твое наказание?
«Око Гекаты, ну и кому теперь неловко?» — подумал Тамани.
Он смущенно пожал плечами.
— Дурацкое. Рад, что оно позади.
— Все только и болтают о твоей драке с Дэвидом. — Юки неубедительно засмеялась и, помедлив, добавила: — Юн говорил, что вы как будто дрались из-за Лорел.
— Лорел? — Тамани постарался казаться удивленным. — Лорел Сьюэлл? Почему вдруг из-за нее?
— Я слышала, она разняла вас и говорила что-то о выборе.
— О боже! — Он наклонился к Юки, как будто секретничая. — Чушь какая! Лорел классная, она мне помогает на истории. Я же в ней ни черта не смыслю. Думаю, им с Дэвидом просто показалось. Ну, ты понимаешь, — добавил он беззаботным, почти насмешливым тоном.
— Так ты не запал на Лорел?
— Да нет, — Он мысленно проклял себя за кощунство. — Она милая. Но... не знаю. Не мой тип. Чересчур... блондинка.
— А какой твой тип? — застенчиво спросила Юки.
Тамани пожал плечами и чуть заметно улыбнулся.
— Узнаю, когда увижу. — Он пристально посмотрел на нее. Юки отвела глаза, смущенная, но довольная.

ГЛАВА XXIX

— Поедешь к папе на День благодарения? — спросила Лорел Дэвида.
Они сидели за обеденным столом; всю ночь бушевала гроза, и привычное место на улице превратилось в болото, а Челси жаловалась на холод. Даже Лорел было зябко, поэтому сегодня друзья рискнули расположиться в шумном кафе.
— Хотелось бы, — ответил Дэвид. — Мы заказали бы тонну китайской еды и три дня смотрели футбол. А точнее, он бы смотрел футбол, а я — готовился к экзаменам. Так нет же, бабушка с дедушкой устраивают семейное сборище в Юрике. Вбили себе в голову, что умрут в этом году, и хотят повидаться со всеми напоследок.
— Разве на прошлое Рождество они не говорили то же самое? — спросила Лорел.
— Ага, и год назад. И ведь не старые совсем — лет на пять старше твоих родителей.
Здорово, что они с Дэвидом снова общаются. Лорел попыталась вытянуть из Дэвида и Тамани подробности об их наказании, но Тамани заявил, что это мужской разговор, а Дэвид поспешно сменил тему. Похоже, действительно поладили или заключили перемирие — Лорел точно не знала, — Но они больше не обменивались злыми взглядами в коридоре и даже здоровались при встрече. И прекратили донимать ее вопросами о выборе, хотя Лорел не представляла, надолго ли.
— И все-таки каникулы есть каникулы, правда? — спросила Лорел.
— Пф! Толпа родственников в одном доме? Толком не позанимаешься.
— Кажется, ты не совсем понял слово «каникулы», — настаивала Лорел.
— Шутишь? Я и так отстаю.
— Ну конечно, мистер «четыре целых ноль десятых»!
— «Четыре целых четыре десятых». — Дэвид и Челси хором поправили ее и, переглянувшись, рассмеялись. Заметив удивленный взгляд Лорел, Дэвид смущенно добавил: — Для специальных курсов нужно пять баллов, помнишь?
Она закатила глаза.
— Ты безнадежный перфекционист.
— Да, но ты все равно меня любишь. — Машинально произнеся их старую присказку, Дэвид тут же залился краской.
Но Лорел лишь улыбнулась и похлопала его по плечу.
— Ага, — весело сказала она. — Люблю.
Несколько секунд все молчали. Потом Челси хрюкнула и подмигнула друзьям:
— Достаточно глупо получилось?
К счастью, в этот момент на свободный стул напротив Челси уселся Тамани, косясь на Райана: тот стоял в очереди за такосом.
— Привет, — тихо сказал он.
— А где Юки? — Лорел огляделась, — Я вроде видела ее утром.
— Сказала, что днем ее заберет Клеа. Поедет на каникулы на пару дней раньше.
— В хижине ничего нового? — спросила Лорел. Дэвид и Челси проверили, не подслушивает ли кто, и придвинулись к Тамани.
— Ни шороха, ни звука. Ничего. Начинаю думать, что те тролли удирали куда-то за ее пределы.
— А вы туда еще не наведались? — недоуменно спросила Челси, — Чего вы ждете?
«Кто, как не Челси, задаст очевидный вопрос?» — улыбнулась про себя Лорел.
— Шар говорит, важнее выяснить, что они делают. Если пойти на штурм, тролли будут драться насмерть и мы не узнаем ничего нового.
— Они внутри, — сказал Дэвид. — Разве усыпляющие зелья Лорел не должны были подействовать?
— Должны, — согласился Тамани. — Отчасти в этом проблема. Чего только мы в них ни швыряли за последние месяцы — толку ноль. Поэтому мы, мягко говоря, опасаемся штурмовать хижину. Мало ли кто там скрывается?
— Привет! — Райан уселся возле Челси со своим обедом.
Она небрежно улыбнулась ему и похлопала по плечу.
— Вы что, обо мне говорили? — усмехнулся он, видя, что все молчат.
— Вообще-то мы говорили о феях! — восторженно воскликнула Челси. Тамани вытаращил глаза и выразительно покосился на Райана. — Я расспрашивала Тэма. Раз уж он из Ирландии...
— Из Шотландии...
— ...то наверняка кучу всего знает про фей, магию и тому подобное. По крайней мере, но сравнению с нами.
На лице Тамани отражалась борьба ужаса и восхищения. Лорел прикрыла рот рукой, изо всех сил стараясь не засмеяться и не обрызгать друзей спрайтом.
— Знаешь, то, что он из Шотландии... — начал Райан.
— Да брось ты, — оборвала Челси. — Тэм как раз собирался рассказать о том, как враги фей становятся неуязвимыми к древней магии.
— Мм... — сказал Тамани — Вообще-то я без понятия.
— Дай пять! — Райан поднял ладонь, но, встретив недоуменный взгляд Тамани, убрал руку. — Нет, правда, если ты с головой уйдешь в свой волшебный мир, то уже не выберешься. Честное слово, иногда похоже, что она верит в фей. Видели бы вы ее комнату!
Челси смерила его ледяным взглядом.
— Угадай, кого я в ближайшее время туда не пущу.
— Ну что, — вмешалась Лорел, в надежде сменить тему. — Какие планы на День благодарения?
— Поеду к дедушке с бабушкой, — сказал Дэвид.
— Поеду к бабушке, — кивнула Челси. — По крайней мере, это недалеко.
— К нам приедет папа с семьей, — сказал Райан.
Все посмотрели на Тамани. Лорел поняла, что невольно его подставила.
— Да мы особо не празднуем, — спокойно сказал он. — Наверное, просто поваляюсь на диване.

Хочешь к нам на День благодарения? — Лорел поймала Тамани на школьном пороге. Почему-то он в последнее время ее избегал.
Он напрягся.
— Правда?
— Конечно, почему бы нет? — сказала Лорел, всем своим видом давая понять, что это обычное приглашение. — Гостей у нас не будет. Юки уехала. Ты все равно будешь шататься на заднем дворе. — Она вымученно хихикнула.
Тамани по-прежнему был чем-то обеспокоен.
— Не знаю. Родители ведь будут дома?
— Да, и что? Они про тебя знают. — Она наклонилась ближе, подняв брови, — И даже знают, что ты спал на полу в кухне.
Тамани застонал.
— Спасибо за напоминание.
— Не за что, — улыбнулась Лорел.
Он покусал губу.
— Просто это так странно. Ну, твои родители — люди, которые тебя вырастили. Как-то неудобно.
— Неудобно, потому что это мои родители или потому что они люди?
Тамани молчал. Лорел потрепала его по руке.
— Давай уже, признавайся.
— И то и другое. Потому что твои родители — люди. Просто у тебя вообще не должно быть родителей.
— Привыкай! Они никуда не денутся.
— Да, но... ты денешься, — неуверенно сказал Тамани, — То есть рано или поздно.
— Ясное дело, я не собираюсь до сорока лет жить с мамой и папой. — Лорел сделала вид, что не поняла вопроса.
— Это да, но... ты ведь вернешься в Авалон?
Теперь уклониться от ответа было сложнее. Лорел опустила голову.
— Почему ты спрашиваешь именно сейчас?
Тамани пожал плечами.
— Да я давно собирался. Такое ощущение, будто жизнь в мире людей для тебя все важнее и важнее. Надеюсь, ты помнишь, где твое... настоящее место.
— Не уверена, что оно именно там, — честно призналась Лорел.
— То есть как это не уверена?
— А вот так, — твердо сказала она, — Я еще не решила.
— А как иначе?
— Может, пойду в колледж.
Для нее самой это прозвучало неожиданно. Раньше Лорел считала: если Дэвид перестанет давить, ее потянет в Авалон. Но разрыв с Дэвидом не помог принять решение о колледже, и она начала думать, что пойдет учиться дальше. Не ради Дэвида или родителей, а ради себя.
— Зачем? Там тебя не научат ничему полезному.
— Не так, — возразила Лорел, — Не научат тому, что ты считаешь полезным. А я не ты.
— Да ну? Опять учеба? Разве этого ты хочешь на самом деле?
— Может быть.
— Для меня нет ничего хуже уроков. Не могу представить, как тебе может нравиться. Это же ужас!
— В Авалоне тоже уроки. Что бы я ни выбрала, я буду учиться.
— Зато в Авалоне ты будешь изучать уйму полезного. Квадратный корень или косинус? Кому это нужно?
Лорел рассмеялась.
— Уверена, некоторым нужно. Я же не пойду на математический факультет. И по-моему, любые знания полезны.
— Да, но... — Внезапно он умолк, и Лорел обрадовалась, что тягостный разговор окончен. — Не понимаю. Люди одержимы учебой, а мне это неинтересно. Нет, люди-то интересны. И ты тоже. Даже твоя... семья. Хоть они и странные, — добавил он с улыбкой.
— Так что? — спросила она. — Придешь в гости?
Он улыбнулся.
— А ты будешь?
— Конечно.
— Тогда я тоже.
— Отлично. — Лорел отвела глаза и шепотом добавила: — Заодно покажу, что выяснила о порошке.
— Есть новости? — Тамани дотронулся до ее руки.
— Не так уж много, — ответила Лорел, стараясь не замечать прикосновения, — Надеюсь, к четвергу узнаю больше. Я провожу опыты каждый вечер после уроков.
— Никогда в тебе не сомневался, — Он улыбнулся и ласково сжал ее руку.

ГЛАВА XXX

Лорел относилась к Дню благодарения с особенной теплотой, сама не зная почему, ведь индейку, картофельное пюре и тыквенный пирог она не ела, по крайней мере в традиционном виде. Но праздничный ужин в кругу семьи был радостным событием, пусть даже семья состояла только из них троих.
В этом году мама решила приготовить вместо индейки двух корнуэлльских кур.
— Чего возиться, если половина присутствующих даже не попробует? — шутила она.
Лорел одобрила эту идею. Из кухни доносился восхитительный аромат тертого розмарина, к сожалению немного разбавленный запахом запекаемого мяса.
Мама выкладывала на большое блюдо овощи, а Лорел заканчивала оформлять тарелку с фруктами. Она подняла голову, чтобы спросить, резать ли клубнику ломтиками, но увидела, что мама смотрит в окно.
— Что там? — Лорел потрогала ее за руку.
Мама вздрогнула и обернулась.
— А их тоже надо пригласить?
— Кого?
— Стражей.
— О боже, только этого не хватало!
— Нет. Честное слово! Они не обидятся. После ужина я вынесу блюда с овощами и фруктами и предложу, но думаю, они откажутся заходить.
— Ты уверена? — Она продолжала с материнской заботой вглядываться в гущу деревьев.
— Абсолютно.
Лорел представила, как армия суровых мужчин в зеленом толпится на кухне, слыша опасность в каждом шорохе. Сплошной праздник.
В дверь позвонили. Она вскочила с табуретки.
— Я открою.
— Кто бы сомневался, — еле слышно прокомментировала мама.
— Мама! — на бегу возмутилась Лорел.
На пороге стоял Тамани. Было солнечно, и от яркого света он сам как будто сиял. Лорел почувствовала слабость в коленках и на миг засомневалась, точно ли стоило его приглашать.
Он улыбнулся и наклонился к ней совсем близко. Лорел судорожно вдохнула, но Тамани всего лишь шепнул:
— Не имею понятия, как себя вести. Надеюсь, мне не нужно было ничего приносить.
— Нет, что ты! — улыбнулась она. Приятно, что при всей внешней самоуверенности он хоть иногда о чем-то волнуется. — Только себя.
«Что за чушь! Как будто он мог оставить себя дома?» — с досадой подумала Лорел.
Ну почему в его присутствии она становится такой косноязычной?
Когда Лорел с Тамани вошли в кухню, мама как раз склонилась над духовкой. Вряд ли ей в самом деле нужно было проверять готовность кур, и все же Лорел порадовалась, что мама не встречает их демонстративно. Даже удивительно, как благосклонно родители относились к Тамани — особенно мама. Лорел невольно задалась вопросом: почему?
— Тамани пришел, — сказала Лорел.
Мама подняла голову, закрыла духовку и, вытерев руку о фартук, протянула ее Тамани.
— Рада, что ты поужинаешь с нами.
— Мое почтение, — ответил он, как заправский английский джентльмен. — И... извините за последнюю встречу. Обстоятельства были... мягко говоря, не лучшие.
— Да брось ты. — Мама беззаботно махнула рукой и улыбнулась, приобняв Лорел. — Когда у тебя дочь фея, ко всему привыкаешь.
Тамани повеселел.
— Вам помочь?
— Нет, что ты. День благодарения — это день футбола. Можешь сесть с Марком в гостиной. Ужин будет готов через пятнадцать минут.
— Точно? — настаивал он. — Я отлично режу фрукты.
Мама рассмеялась.
— Не сомневаюсь. Нет уж, у нас свои секреты. А ты иди.
Лорел хотела возразить, но Тамани уже направился в гостиную. Она пошла следом и задержалась на пороге, наблюдая за мужчинами. Смотреть было особо не на что: они пожали руки, пробормотали приветствия, и папа стал объяснять Тамани правила игры в футбол. Правда, маме пришлось дважды напоминать, что пора выкладывать фрукты.
Наконец все собрались за столом. Мама разложила еду по тарелкам, и Тамани сделал ей комплимент за великолепное блюдо.
— Выглядит фантастически, миссис Сьюэлл. Хоть я и не охотник до мяса, запах просто изумительный. Это ведь розмарин?
Мама зарделась.
— Спасибо! Так приятно, что ты узнал приправу. И прошу тебя, зови нас Сара и Марк, без всяких «мистер» и «миссис». — Она шутливо стиснула руку мужа. — А то мы чувствуем себя стариками.
— А вы и есть старики, — хихикнула Лорел.
Мама подняла бровь.
— Довольно, юная леди.
— Так что, Тамани, каково это — быть стражем?
— Ну...
— Марк, не приставай с разговорами о работе. У нас праздник!
— Да я не против, — сказал Тамани. — Я обожаю свою работу. По сути, это моя жизнь, в праздники и в будни.
Папа засыпал его вопросами о работе стража, о детстве в Авалоне, об их еде. Потом он перешел к экономике в Королевстве фей, и Тамани растерялся окончательно. Когда мама наконец подала пирог, Лорел уже сидела как на иголках. Тамани не съел и половины того, что ему положили, хотя положили не так уж много. Лорел мечтала под любым предлогом вытащить его из-за стола, пока папа не спросил еще что-нибудь о ВВП Авалона или политической системе.
— Дай парню поесть, — нахмурилась мама, передавая папе огромный кусок тыквенного пирога со взбитыми сливками. Для Лорел и Тамани она приготовила два небольших блюдца сорбета из мороженых фруктов.
— Обычно после десерта мы смотрим фильм, — снова обратился папа к Тамани, — Составишь нам компанию?
— Вообще-то мы с Тамани собирались погулять, — вмешалась Лорел. — Как раз застанем конец фильма.
— О, и я не прочь пройтись, — сказал папа, поглаживая живот.
Лорел со стоном закатила глаза. Ох, эти родители! Схватив Тамани за руку, она почти что силой потянула его к двери, торопясь сбежать, пока больше никто ничего не сказал.
— Не терпится побыть со мной наедине? — подмигнул Тамани, когда дверь закрылась.
— Не могла себе представить, что все выйдет так глупо.
— Глупо? — искренне удивился он. — Я бы не сказал. Ну разве что поначалу. Но с новыми людьми всегда так. Поверь, все было гораздо менее глупо, чем я ожидал. Они классные.
Они бесцельно шатались какое-то время, пока Лорел не поняла, что ноги сами несут ее к школе. Вместо того чтобы свернуть, она направилась к футбольному полю и полезла на трибуны. Оказавшись наверху, она схватилась за перила, подставив лицо и волосы ветру. Тамани замешкался, но потом забрался следом.
— Жать, что у тебя все так вышло, — сказал он, не глядя на Лорел. — Я не рассчитывал на приключения, когда стал стражем. Некоторые до самой смерти не видят ни одного тролля. Ты должна была жить обычной жизнью в старом доме, вернуться в Авалон, когда унаследуешь землю, и... тогда моя работа была бы совсем простой.
— Джеймисон говорил то же самое. — Лорел взглянула на Тамани через плечо. — Что я жила бы обычной человеческой жизнью, а потом вернулась в Авалон. Наверное, ничего не бывает так просто, как мы надеемся.
— И дело не только в троллях. Неужели феи рассчитывали, что она уйдет из мира людей, не оглядываясь и не сожалея?
— Это правда, — согласился Тамани, — и все-таки я не теряю надежды.
Он придвинулся ближе, оперся на перила и, помедлив, приобнял Лорел и накрыл ее руку своей.
Лорел понимала, что надо бы отстраниться, но не могла. Не хотелось. Надоело сдерживаться! Она застыла, наслаждаясь прикосновением Тамани — живительным, словно свежий ветер.
Все было так естественно, что она не сразу заметила, как он прижался щекой к ее шее, затем коснулся ее губами. Он осыпал Лорел нежными поцелуями, словно умоляя девушку повернуться к нему и позволить сделать то, чего он безмолвно ждал. У Лорел перехватило дыхание. Тамани опустил руку ей на талию и мягко развернул девушку к себе. Он поцеловал ее в уголки рта и, вздохнув, приник губами к ее губам.
Собрав последние крохи самообладания, Лорел прошептала:
— Я не могу.
— Почему? — спросил Тамани, прижимаясь лбом к ее лбу.
— Просто не могу. — Она отвернулась.
Но он взял ее за руки и снова притянул к себе, глядя в глаза.
— Не обманывай, — ласково проговорил он. — Я сделаю все, что ты скажешь. Просто хочу знать почему. Почему ты так скованна?
— Я дала себе обещание... что-то решить. Когда мы целуемся, я не в силах думать. Мне нужна ясная голова.
— Я не прошу тебя принимать решение. Просто хочу тебя целовать. — Коснувшись ее шеи, он прижал ладонь к ее щеке, — А ты хочешь меня поцеловать?
Она еле заметно кивнула.
— Но...
— Ну так целуй. И завтра я ничего не потребую. Иногда, — добавил он, касаясь пальцем ее губы, — поцелуй — это просто поцелуй.
— Я не хочу морочить тебе голову, — слабым голосом отозвалась Лорел.
— Знаю. И рад этому. А сейчас мне все равно. Даже если ты больше никогда меня не поцелуешь — у нас есть этот день, — шепнул он, согревая ее своим дыханием.
— Я не хочу сделать тебе больно.
— Разве это может быть больно?
— Сам знаешь. Ты возненавидишь меня завтра.
— Я не способен тебя ненавидеть.
— Это не навсегда.
— Я не прошу навсегда, — сказал Тамани, — Только сейчас.
Лорел исчерпала все доводы. Ну, почти все. Но они не имели смысла, когда его руки крепко обнимали и ласкали ее, а губы манили к себе. Она наклонилась и ответила на зов.

ГЛАВА XXXI

Домой они возвращались в приподнятом расположении духа. Правда, хорошее настроение не помогало Лорел привести в порядок волосы.
— Почему ты не носишь в кармане расческу, как нормальный парень? — спросила она, тщетно пытаясь распутать узлы пальцами.
— Разве я когда-нибудь давал повод считать себя «нормальным парнем»?
— Один-ноль. — Лорел шутливо ткнула его в живот.
Он сгреб ее в охапку, прижав руки к туловищу, и закружил в воздухе, несмотря на протестующий визг. Тамани изменился: таким беззаботным она его давно не видела. Пожалуй, с того дня в Орике. Она долго была сосредоточена на себе, а ведь Тамани вся эта история вымотала не меньше. Зато сегодня, на целый час позволив себе расслабиться и быть собой, оба наконец-то смогли как следует отдохнуть. Лорел опасалась, что ее настигнет привычное чувство вины, однако ничего подобного не ощутила.
— Спасибо, что помог причесаться, — выдохнула она, ловя ртом воздух.
— Думаю, это гиблое дело.
Тамани поставил ее на землю.
— Увы, похоже, ты прав. Может, родители не заметят?
— А как же, — усмехнулся он.
— О черт!
— Что такое? — Тамани тут же насторожился и шагнул вперед, закрывая ее собой.
— Все нормально. — Лорел показала на машину, припаркованную перед ее домом. — Челси приехала.
— Это плохо? — растерялся Тамани, — Она ведь классная, разве нет?
— Классная. Но она все замечает и не забудет прокомментировать, — многозначительно сказала Лорел.
— Иди сюда. — Тамани снова притянул ее к себе. — Я помогу.
Лорел застыла, а он стал перебирать ее волосы, распутывая мельчайшие узелки, пока не разгладил их полностью.
— Ухты! — Лорел провела руками по длинным локонам. — Где ты так научился?
Он пожал плечами.
— Подумаешь, волосы. Идем.
Они зашагали к дому, не держась за руки.
Челси сидела у кухонной стойки с тарелкой тыквенного пирога и соскребала с него сливки.
— Ну наконец-то! Я жду уже полчаса. Где вас носит?
Лорел смущенно улыбнулась и сделала вид, что не услышала вопрос.
— Привет, Челси.
— Извини, что не позвонила. — Челси в открытую пялилась на Тамани. — Просто хотела куда-нибудь сбежать; мои братцы — это кошмар наяву. Он тоже с нами?
— Могу уйти, — сказал Тамани. — Не хочу вам мешать.
— Ну вот еще! Оставайся! — Челси хлопнула в ладоши, — Когда еще будет такая возможность поприставать к тебе?
— Не уверен, что я рад этому, — медленно сказал Тамани, — И мы не совсем одни.
— А, ну Лорел не считается.
— Вот спасибо, — криво усмехнулась Лорел.
— В том смысле, что ты не ходячий фонтан тестостерона. Ну, ты понимаешь.
Увы, Лорел понимала.
— Можешь идти, если хочешь, — пробормотала она Тамани.
— Да мне некуда, — улыбнулся он.
— Не говори, что я не предупреждала. Мама, мы наверх.
— Оставь дверь открытой, — машинально отозвалась мама.
— Тоже мне, нашла проблему, — пробормотала Лорел.
— Спасибо за доверие, миссис С. — Челси со смехом взбежала по лестнице.
Пока Челси расспрашивала Тамани о древних феях, садовых мифах и сказках всего мира, мысли Лорел витали где-то далеко. А точнее, на школьном футбольном поле. Почему она не в силах сопротивляться? Почему не может хоть немного побыть собой? Неужели она влюблена? И да и нет. Нет, пока живы чувства к Дэвиду. Она начинала всерьез скучать по нему, хотя они виделись почти каждый день. Но если она не влюблена в Тамани, то как это назвать? Уже в который раз Лорел задалась вопросом, можно ли любить двоих. И если да, что толку? Едва ли кто-то из них согласится делить ее с соперником. Похоже, ответа нет.
Отгоняя грустные мысли, она стала слушать, как Челси донимает Тамани теми же вопросами, что и папа, посмеиваясь над его стараниями ответить как можно подробнее.
— Сдаюсь! — со смехом сказал Тамани через полчаса. — Твое любопытство ненасытно, и я не в силах его удовлетворить. Да и солнце садится, а мне еще надо заглянуть в хижину. Кстати, Лорел обещала рассказать о результатах опытов.
Он посмотрел на нее, словно умоляя избавить его от допроса.
— Мне есть что показать.
Лорел направилась к столу, надеясь, что Тамани промолчит о флаконе со светящимся раствором, к которому она не решалась прикасаться неделями. Включив лампу, она вынула несколько сверкающих баночек, на вид из граненого стекла, но на самом деле алмазных.
— Я разделила порошок на пять частей. Надеюсь, этого хватит, — Она показала на три баночки. Тамани и Челси молча заглядывали ей через плечо. — Я проводила опыты с разными веществами. Сначала смешала с дистиллированной водой и сделала пасту, которую трогала и пробовала на вкус...
— Пробовала? Ты уверена, что это безопасно? — забеспокоился Тамани. — А вдруг порошок ядовитый?
— Я проверяла: ничего подобного. Это я умею определять. Ну, в целом, — Перехватив его взгляд, она поспешила продолжить: — К тому же я пробую его уже три дня — и все в порядке. Даже голова не болела. Поверь мне — он безвреден.
Тамани с сомнением кивнул.
— Эту порцию я смешала с базисным маслом — оно нейтральное и обычно не вступает в реакцию, — объясняла Лорел. Друзья завороженно слушали. — Сюда добавила миндального масла, чтобы разделить на составляющие. Мне удалось выявить два ингредиента.
— Не знала, что ты такое умеешь, — восхищенно сказала Челси.
— Я немного экспериментирую, — призналась Лорел. — Раскладывать смесь на составляющие непросто. Для этого нужно определить свойства каждого компонента и сопоставить со свойствами известных растений. С некоторыми это легко. — Объясняя подробности, она почувствовала себя увереннее. — Например, я регулярно работаю с фикусом и стефанотисом. Но смесь ужасно сложная.
— А что ты сделала с этой порцией? — Челси указала на баночку со следами пепла.
— Ничего не добавляла. Просто нагрела на открытом огне, остудила и посмотрела, что получилось. К сожалению, сила порошка при этом пропадает. Зато я выяснила, что там есть голубика.
— Голубика? — Челси наклонила голову набок. — Ну да, он ведь голубой.
— Это маскировка Голубика ни на что не влияет. Если бы ее было больше, она бы разрушила магическую силу.
— Тогда зачем ее добавили? — спросил Тамани.
Лорел пожала плечами.
— Понятия не имею. Я определила одиннадцать компонентов, и это еще не все. Главное — я до сих пор не выявила основной ингредиент. Больше половины в этом порошке от цветущего дерева, но я не могу понять какого.
— Вроде яблони? — спросила Челси.
Лорел покачала головой.
— Скорее катальпы. Она только цветет, но не плодоносит. Но это не катальпа. — Лорел махнула рукой на груду книг у изголовья. — Я прочла их от корки до корки в надежде узнать дерево. Больше всего бесит, что оно точно попадалось мне раньше. Я просто не могу вспомнить. — Она со вздохом покосилась на Тамани. — Но я постараюсь.
— Не сомневаюсь, — Он положил ей руку на плечо. — Рано или поздно выяснишь.
— Надеюсь.
Лорел отвернулась и стала смотреть в окно. Зря она так строга к себе. Никто и не ожидает от нее мастерства на уровне выпускников Академии. Она толком не догнала даже подмастерий и все-таки была недовольна собой. Она же родом из Авалона! Значит, должна что-то уметь.
«Кажется, я обчиталась фэнтези», — подумала Лорел.
— Хочешь, добуду еще порошка? — спросил Тамани.
— Нет-нет, — быстро ответила она, — Не стоит рисковать. Тем более у меня еще есть две порции.
— Дай знать, если понадобится, — мягко сказал Тамани. — Я найду способ.
Лорел кивнула. Немного досадно, что они не одни. Это не значит, что она бросилась бы целоваться. Просто обняла бы его, не рискуя нарваться на каверзные вопросы Челси. Правда, все опять могло зайти слишком далеко.
— Ну что ж, — сказал Тамани, пока пауза не стала неловкой. — Я пойду. Челси, рад был тебя видеть. Береги себя.
Челси кивнула.
— Лорел, увидимся... рано или поздно.
Он многозначительно посмотрел на нее и скрылся за дверью.
Челси почти моментально повернулась к Лорел, сверкая глазами.
— Это фантастика! — почти взвизгнула она. Потом добавила: — Он, конечно, не Дэвид, но по-своему очень обаятелен.

Увидев, что в домике Юки светятся окна, Тамани свернул на обочину. Похоже, они только приехали. Если повезет, Клеа еще там. Тамани заглушил мотор, выключил звук в телефоне и зашагал к дому, ступая бесшумно, но не крадучись, чтобы случайный сосед не вызвал полицию. Подойдя ближе, он услышал голос Юки через открытое окно — похоже, она говорила по телефону. И была чем-то расстроена.
— Я стараюсь. — (Тамани затаил дыхание и навострил уши.) — Постоянно стараюсь. Но она не даст соврать: надо сделать перерыв.
Тамани едва дышал, пытаясь уловить каждое слово. Видимо, от огорчения Юки не осознавала, что повысила голос.
— Я знаю, что старик умеет, ты все время это твердишь. Но я не умею, а он далеко. Некому меня научить.
Тамани напрягся. Кто такая «она»? И «старик»?
После долгой паузы Юки вздохнула.
— Знаю, знаю. Извини.
Теперь она снова говорила тихо. После нескольких «угу» Тамани понял: разговор близок к завершению. Он нарочито громко подошел к двери и постучал, пока Юки не обнаружила, что ее подслушивают.
Юки умолкла, потом сказала в трубку:
— Мне пора. Тэм пришел.
Тамани вытянул шею и попытался заглянуть в окно. Она что, его видела? С другой стороны, кто еще мог постучать? Все равно странно. Юки открыла дверь, успев изобразить дружелюбную улыбку.
— Привет! Ты не говорил, что зайдешь.
Она машинально посмотрела на телефон, как будто ждала сообщения.
— Просто ехал мимо и увидел свет в окне. Не думал, что ты уже вернулась.
— Клеа вызвали по работе. Опять. Она высадила меня на полпути, я разозлилась и пошла пешком... Ладно. — Ее голос задрожал. — Хочешь зайти? — Она распахнула дверь.
— А может, посидим на крыльце? — спросил Тамани. — Погода чудесная.
Юки на что-то зла и нервничает; пожалуй, этим стоит воспользоваться. Правда, в ее глазах горит какой-то страстный огонь. Главное — не поддаваться.
— Если хочешь, — поколебавшись, сказала она. Выходит, не зря он подозревает неладное. Они сели на ступеньках лицом к улице.
— Чем занимался в День благодарения? — спросила Юки.
«Врать или не врать?»
— Ничем, — улыбнулся он. — В Шотландии его не отмечают.
— А в Японии есть похожий праздник, — сказала Юки, — Правда, кинро канся но хи отмечают по-другому. В любом случае, каникулы — это хорошо.
— Ясное дело! — искренне согласился Тамани. — Когда я пришел, ты говорила с Клеа?
— Ага, — Голос Юки снова дрогнул. — Но не очень хочу это обсуждать.
— Не буду, не волнуйся, — заверил Тамани. Она его подозревает? Или просто расстроена разговором?
— Тэм?
— Да?
Она сделала глубокий вдох, словно собиралась с духом, и выпалила:
— Я твоя девушка или нет?
Тамани стоило немалых усилий продолжать улыбаться. Он опустил и поднял голову, как будто обдумывал ответ.
— Не знаю. Вообще-то я не люблю ярлыки. Они только все усложняют. Предпочитаю просто жить.
Юки кивнула.
— Ладно, — нервно сказала она. — Я просто не была уверена и решила... уточнить.
— Уточняй сколько хочешь. — Тамани с улыбкой откинулся назад, опершись рукой на ступеньку за спиной Юки. Казалось, он пересек невидимый барьер.
Перевести разговор на нейтральную тему было легко — он спросил, попадались ли ей в последнее время стоящие фильмы, и они проболтали около часа. Все-таки Юки классная. У нее веселый характер; она смеется даже над глупыми шутками. Будь все иначе, они могли бы подружиться. Жаль, что это вряд ли возможно — даже если Юки ни в чем не замешана, узнав, как часто он лгал и притворялся, она не захочет его видеть.
Несколько раз он попытался снова заговорить о ее жизни, но она отвечала уклончиво, особенно если речь шла о Клеа. Хотя Тамани было немного досадно, он решил не давить; можно и потратить еще один вечер ради укрепления доверия. Рано или поздно он будет вознагражден за терпение.
— Мне пора, — сказал Тамани, когда из-за облаков вынырнула луна. — Дядя не знает, где я.
— Хорошо. — Юки стала медленно подниматься.
Тамани замешкался, раздумывая, стоит ли обнять ее на прощание.
Юки глубоко вдохнула и шагнула вперед. Скрепя сердце он приготовился ответить на объятия. Вместо этого она привстала на цыпочки и поцеловала его. Тамани стоило усилий не отшатнуться. Поцелуй вышел нервным, быстрым и совсем не чувственным. После него хотелось вытереть губы, но он сдержался.
— Ой, — смущенно сказала Юки. — Извини... так получилось.

ГЛАВА ХХХII

— Ты в порядке?
Челси села на пол рядом с Лорел. Та привалилась спиной к шкафчику, ломая голову над тем, как поступить с последней порцией порошка. Вчера она решила смешать предпоследний образец с воском, сделать свечу, зажечь ее и посмотреть, что получится. В итоге комната наполнилась зловонным дымом, который намертво въелся в занавески и постель, несмотря на распахнутые всю ночь окна.
От проветривания комната вымерзла. Хотя по календарю до зимы оставалась неделя, на Кресент-Сити уже дохнуло холодом и сыростью, и Лорел весь день не могла отогреться.
— Нормально. — Она подняла глаза. — Просто немного устала. И голова болит.
Несколько недель мигрени ее не беспокоили, но после Дня благодарения вернулись с новой силой. Таких болей Лорел не испытывала с прошлого года, когда попала в переделку с троллями.
— Хочешь пообедать на свежем воздухе? — спросила Челси.
— Да там такой дождь, что совсем неохота. — Лорел пожала плечами. — Наверное, просто что-нибудь съем.
Хотя к концу семестра она всегда немного выдыхалась, выяснять отношения с Дэвидом, Тамани и Юки оказалось чересчур утомительно. Пожалуй, она предпочла бы еще одну стычку с троллями. Тем более на каникулах это стало уже почти доброй традицией.
Но Шар был против. Сколько бы они с Тамани ни предлагали штурмовать хижину, он стоял насмерть. По мнению Лорел, они зря тянули три недели, однако Шар настаивал, что неразумно вламываться туда, не узнав больше. К тому же тогда шансы выяснить что-то новое будут равны нулю.
Отгоняя мрачные мысли, Лорел улыбнулась подруге.
— Все будет хорошо. Просто сейчас конец семестра.
— Ага, выпускные. Понимаю, — вздохнула Челси. — Мне пора сдаваться. Если только Дэвид не завалит все экзамены, я его не обгоню. Зато если я расслаблюсь, это будет единственный семестр, когда Дэвид их завалит, и я буду знать, что могла обойти его, но поленилась. Так что у меня горячая пора. — Она подняла вверх оба больших пальца.
Лорел покачала головой. Хотя она тоже гордилась хорошими оценками, Дэвид и Челси были настоящими маньяками.
Коридор постепенно пустел. Лорел думала, не пойти ли в кафе, но вставать было лень. Обычно она не спала в перерыве, а сейчас хотелось сделать исключение.
— Можно задать странный вопрос?
Лорел уставилась на Челси.
— Ты только что уже задала странный вопрос. По крайней мере, странный для тебя.
Челси нервно хихикнула.
— Ну, я просто... хотела узнать. Ты давно уже не с Дэвидом. Вы расстались насовсем?
Лорел опустила глаза.
— Не знаю.
— И все-таки?
Она молча пожала плечами.
— А предположим... если бы я пригласила его на Зимний бал на следующей неделе, ты была бы против?
У Лорел странно засосало под ложечкой.
— Ты рассталась с Райаном?
Челси закатила глаза.
— Нет-нет. Я же сказала «предположим».
— Довольно смелое предположение, — Мысли Лорел путались. Она не ожидала, что Челси хочет пригласить Дэвида. Но... если пригласит? — Я...
Она растерялась. Представить Дэвида на танцах с другой? Невозможно! Они всегда ходили на все балы вместе.
— Тогда забудь, — сказала Челси. — Вижу, тебе это неприятно. Извини, что напрягла, только не сердись.
— Да нет. — Лорел поднялась и подала ей руку. — Я рада, что ты спросила. Честно. У вас с Райаном все так плохо? Ты давно ничего не говорила о его планах на колледж. Я думала, все наладилось.
— Скорее, мы перестали об этом говорить. Ладно, идем поищем тебе поесть.
Внезапно Лорел поняла: меньше всего ее сейчас интересует еда. Вокруг было столько загадок — хижина троллей, голубой порошок, Юки, — что на Зимний бал не оставалось времени и сил, но после вопроса Челси он сразу завладел ее мыслями. Лорел еще не знала, как поступит, а внутренний голос отчаянно требовал: «Сделай же что-нибудь!»
Войдя в шумное кафе, Лорел сразу заметила Дэвида: они с Райаном были на голову выше остальных. Челси встала в очередь за горячим обедом, а Лорел приблизилась к Дэвиду и похлопала его по плечу.
— Привет! — Он с улыбкой повернулся к ней. Так по-дружески. Просто образец платонической привязанности — если не считать страсти во взгляде. Лорел поняла, что не готова его потерять. Совсем не готова.
— Мы можем поговорить? Где-нибудь в тишине?
— Конечно, — подхватился он.
Они шли молча, пока не обнаружили уединенный закуток в коридоре.
— Все в порядке? — спросил Дэвид, касаясь ее плеча.
— Я... — Говорить стало неожиданно тяжело, — Я хотела спросить... — Сделав глубокий вдох, Лорел выпалила: — Ты уже пригласил кого-нибудь на Зимний бал?
Только произнеся вопрос вслух, она осознала, что уже приняла решение.
Дэвид удивленно посмотрел на Лорел. Интересно, у нее тоже такой ошалевший вид?
— Я тут подумала... что если бы мы пошли... Извини, наверное, это выглядит нелепо, просто я считаю, что вся эта... история не должна испортить нам жизнь, и решила, может быть... — Лорел оборвала себя, чтобы не наговорить глупостей.
— Я так и не понял, о чем ты меня просишь, — пробормотал Дэвид, изучая носки своих туфель.
В этот момент Лорел поняла: она только что пригласила Дэвида на свидание. Чем это обернется для них? А для Тамани? Голова шла кругом.
Лорел опустила глаза, не решаясь смотреть на Дэвида. Правда, он тоже избегал ее взгляда.
— Я просто хотела, чтобы мы пошли на бал вместе. Как... друзья, — добавила она, вспомнив о Тамани.
Дэвид медлил, и на миг Лорел показалось, что он откажет.
— Хорошо, — наконец кивнул он. — Даже здорово.
Дэвид заулыбался, и в его глазах вспыхнула надежда. Лорел задумалась, не совершила ли она серьезную ошибку. Но в глубине души девушка радовалась его согласию.

— Когда у тебя последний экзамен? — спросил Тамани, лениво листая учебник истории, пока Лорел рылась в холодильнике в поисках еды.
— В пятницу, — ответила она. Интересно, он когда-нибудь читал хоть один учебник по-настоящему? — В пятницу утром. Потом я весь день свободна.
— Ты идешь в субботу на танцы — на Зимний бал?
Лорел внутренне сжалась в комок.
— А почему ты спрашиваешь?
Она знала, что не может пойти с Тамани — слишком опасно, — но внутри что-то неприятно кольнуло, как тогда с Челси.
— Похоже, Юки... ждет, что мы пойдем вместе. Хотя я ее не приглашал, она уже почти все распланировала. И просила узнать, можем ли мы опять собраться компанией. Видимо, тогда ей понравилось, несмотря на печальное завершение вечера. Я знаю, что ты уже не с Дэвидом, поэтому не страшно, если...
— Нет, все нормально. — Лорел понимала, каково ему даже представлять ее с Дэвидом, а тем более просить об этом самому. — Я поговорила с ним: мы будем на балу вместе. Как друзья, — добавила она, пока Тамани не успел подумать лишнее. — Компания — это здорово. Только давай на этот раз без троллей.
— Не волнуйся, — заверил Тамани. — Я обо всем позаботился; больше никаких набегов. Никаких спасателей с сомнительной репутацией. Кроме стражей у твоего дома нас всю ночь будут прикрывать два отряда: наблюдать за хижиной, патрулировать город и трассы сто один и сто девяносто девять. И еще часть стражей будет в резерве.
Лорел уставилась на него с открытым ртом.
— Сколько же всего здесь часовых?
— Около двухсот.
«С ума сойти!» — пронеслось у нее в голове.
— Шутки в сторону, — мрачно сказал Тамани. — Год назад, когда Варне попытался похитить вас с Дэвидом, в Кресент-Сити было два отряда. Три отряда стерегли твой дом, когда он выманил их и схватил Челси. Два месяца назад тут была почти сотня стражей, и все равно эти твари устроили засаду в миле от твоего дома. Любой тролль, который посмеет явиться на эту вечеринку, сдохнет быстрее, чем посмотрит на тебя.
— Или на Юки, — добавила Лорел.
— Или на Юки, — согласился Тамани. — Или на Челси. Неважно, за кем они охотятся. Единственное, что я позволю троллям делать в Кресент-Сити, — это умирать.
— Значит, Шар все-таки будет штурмовать хижину? — Лорел избегала слова «убийство» даже в адрес троллей, хотя в последнее время они вызывали все меньше сочувствия. Она рассеянно взяла свой лепесток из декоративной серебряной чаши на стойке. Мама обработала несколько штук лаком для волос и положила на солнце. Нагреваясь, лепестки распространяли по кухне нежный аромат.
— Он твердит, что нужно ждать. Ненавижу ждать, — сказал Тамани, — но вряд ли он будет тянуть слишком долго. Уже почти месяц, а мы так ничего и не узнали.
— Можем основать клуб, — угрюмо сказала Лорел. — Я тоже ничего не выяснила о порошке.
— А как со светящимся раствором?
— Честно? Я забросила опыты, с тех пор как смешала раствор с твоим соком. По-моему, феи одного и того же времени года тоже все разные. Видимо, чтобы делать серьезные выводы, нужно провести опыты с половиной Авалона.
Лорел почувствовала, что впилась ногтями в лепесток, опустила его в чашу и убедила себя расслабиться. На гладкой голубой поверхности остались четыре полукруглые отметины. Она растерла пальцами капельку сока — лепесток еще не высох полностью.
Девушка на миг застыла, потом снова потерла пальцы друг о друга.
— Не может быть, — прошептала она себе под нос, почти забыв, что Тамани стоит рядом.
Он попытался заговорить, но она жестом остановила его и стала принюхиваться к пальцам. Это оно. Как же она раньше не додумалась?!
«Вот что значит "ответ прямо под носом"», — пошутила она про себя.
Выхватив лепесток из вазы, Лорел выскочила из кухни и помчалась наверх, перепрыгивая через ступеньки. Она достала последнюю склянку с голубым порошком и заставила себя дышать ровно.
— Все в порядке? — В дверях появился Тамани.
— Да. — Лорел силилась унять дрожь в руках. Лизнув палец, она взяла несколько гранул порошка и потерла о пальцы на другой руке. Ощущение было почти идентичное.
— Что...
— Главный ингредиент порошка. Цветущее дерево. Как же я не додумалась?! И ведь знала, что так бывает! Знала, когда ты поцеловал меня в тот день, что феи могут быть ингредиентами, но мне и в голову не пришло...
— Лорел! — Тамани взял ее за плечи, — Что это?
Лорел подняла длинный голубой лепесток, который выхватила из чаши.
— Вот, — сказала она, не веря сама себе. — Цветок феи.
— Но... Юки не цвела, по крайней мере с тех пор как мы общаемся. Если бы она... — Тамани указал на свою ладонь — пыльца выдала бы тайну Юки. — Если она не Весенняя и не Летняя, это не ее цветок.
— Не знаю, — перебила Лорел, — Что-то в этом порошке странное. Думаю... — Она изо всех сил старалась расслабиться и доверять интуиции, — Думаю, лепестки свежие. Не сушеные и не увядшие... Тамани, их срезали! — Она содрогнулась от жуткой догадки. Помнится, она отщипнула кончик лепестка, и то было больно. А когда тролль вырвал целую горсть, боль не утихала несколько дней. Наверняка отрезать цветок полностью ужасно мучительно, но чтобы спрятать в лесу целый дом, нужно очень много лепестков.
— Если срезать цветок, то должен ведь остаться... шрам. На Осеннем балу я касался спины Юки, и там была гладкая кожа. Даже если она Осенняя и сама сделала порошок, то цветок не ее.
Ей послышалась надежда в его словах? Лорел решила отложить вопрос на потом. Разве она сама не надеется на то, что Юки невинна?
— Бессмыслица какая-то. Зачем ей делать укрытие для троллей? Я-то думала, они за ней охотятся!
Тамани помолчал.
— А что мы знаем о Клеа? Я имею в виду, наверняка.
— Она любит оружие, — сказала Лорел, — И никогда не снимает свои дурацкие темные очки.
— Зачем постоянно носить очки? — спросил Тамани.
— Чтобы спрятать глаза... — Лорел начала догадываться.
— И ты говорила, что под ее обтягивающей одеждой цветок не спрячешь, но...
— Если она его срезала, то прятать нечего.
Клеа. Фея. У Лорел голова шла кругом. Ее папу отравили ядом, приготовленным феей. Год назад стражей Лорел отвлекли кровью феи. А теперь появились тролли, неуязвимые для магии фей. Следы фей обнаруживались во всем, что происходило с ней за последние два года. От этой мысли ее замутило. Все гораздо проще, когда можешь отличить врагов по внешности. А если лицо врага похоже на то, что она каждый день видит в зеркале?..
— Если она на стороне троллей, то зачем убила Барнса? — спросил Тамани, обращаясь скорее к себе.
— Барнс упоминал какую-то сделку с дьяволом, — вспомнила Лорел, — Именно так для тролля выглядит союз с феей. Что, если он пытался ее обмануть?
Тамани кивнул.
— И если ты нужна Клеа живой — а похоже, так и есть, ведь она тысячу раз могла тебя убить...
— То ей пришлось прикончить его, чтобы защитить меня, — потрясенно продолжила Лорел, — И если она спасла мне жизнь, то рассчитывала, что я... Что? Помогу ей в чем-то? Барнс пытался прорваться в Авалон. Какая фея захочет привести в Авалон толпу троллей?
— Та, что затаила обиду, — мрачно сказал Тамани, вынимая из кармана айфон, — Думаю, стоит всерьез рассмотреть версию, что Юки нужна для отвода глаз, что охотников за троллями не существует и тролли все время работали на Клеа.
— Но... отвода глаз от чего? Какова ее цель?
— Не знаю — Тамани поднес телефон к уху. — Но думаю, давно пора наконец наведаться в хижину.

ГЛАВА XXXIII

Лорел стояла на коленях, протирая дно шкафчика мокрым бумажным полотенцем — это было обязательное задание перед зимними каникулами. По правилам полагалось использовать сильнодействующее моющее средство, но Лорел сочла его чересчур ядовитым. К тому же учителя не особенно следили за работой. Пожалуй, они ждали каникул не меньше, чем их подопечные.
— Ну что, копуша, идем уже! — поддразнила Челси. — Ты должна помочь мне выбрать платье!
Лорел смущенно улыбнулась и махнула рукой на шкафчик.
— Осталось чуть-чуть.
— Хочешь, я домою? — Челси взяла рулон полотенец, забытый уборщиками.
— Запросто. Ты моешь мой шкафчик, а я выбираю тебе наряд. Устроит такой вариант?
— По-моему, справедливо. А ты наденешь то платье?
— Думаю, да, — сказала Лорел. Челси говорила о платье, которое Лорел привезла из Авалона и надевала на праздник Самайн. После ее рассказов Челси постоянно упрашивала ее пойти в нем на бал. — Я не...
Лорел успела сдержать крик. Голова взорвалась слепящей болью. Оглушенная жутким завыванием ветра, раздирающим мозг на части, девушка провалилась в темноту.
А потом все стихло.
— Лорел! Лорел, ты в порядке?
Открыв глаза, Лорел обнаружила, что упала навзничь и лежит, распростершись на полу. Над ней склонилась испуганная Челси. Лорел села и украдкой огляделась в надежде, что никто не заметил ее дурацкий припадок.
Юки мыла свой шкафчик напротив; встретившись взглядом с Лорел, она тут же отвернулась, прикрыв рукой улыбку.
Интересно, может ли Юки вызывать мигрени? Приступы часто случались в ее присутствии... правда, она так тесно вошла в жизнь Лорел, что постоянно ошивалась поблизости. К тому же «насылать головные боли» феям не под силу, а даже если и под силу, есть более простые способы отвлекать внимание от чего бы то ни было. Впрочем, какая разница: через несколько дней всему конец. Шар уже здесь и в эту самую минуту обсуждает с Тамани план действий.
— Поехали отсюда, — пробормотала Лорел, сгорая от стыда.
Челси заботливо обняла ее и повела к машине.
По дороге они молчали. Сначала Лорел было неуютно, но вскоре тишина стала действовать умиротворяюще. Всю неделю она подскакивала от любого шороха, рисуя себе страшные картины: то Юки догадалась, что они раскусили Клеа, то в школу ворвались тролли. Казалось, никто не замечает, что мир стал другим. Юки по-прежнему клеилась к Тамани, Райан пребывал в счастливом неведении, а Лорел. Дэвид и Челси старались разговаривать и смеяться, как обычно. Вдобавок надо было сдавать экзамены.
Приехав к Челси, Лорел попыталась оставить переживания за порогом. В этом доме ей всегда было уютно. Что бы ни случалось в ее собственной жизни, у Челси самыми страшными монстрами были младшие братья, самой серьезной бедой — беспорядок в комнате, а самой сложной проблемой — выбор платья.
— Пожалуй, красное лучше, — сказала Лорел, когда Челси примерила платье в третий раз.
— Зачем мы идем на бал с ней? — спросила Челси, критически рассматривая себя в большом зеркале на двери шкафа, — Если Юки нужна для отвода глаз, какая разница, чем она занята? Так хочется ее послать. Опять же, от чего она нас отвлекает?
— От хижины — Правда, Лорел не раз задумывалась, зачем понадобилось так тщательно маскировать хижину в лесу. — Судя по всему, Юки не подозревает о своей роли. Говорю тебе, Клеа — искусный манипулятор. И на всякий случай, пока они не начнут штурм, мы должны вести себя как ни в чем не бывало.
— А когда будет штурм?
Лорел пожала плечами. Шар, как обычно, не говорил ничего определенного. Его медлительность приводила Тамани в бешенство.
— Хм. Ну, это решать Тамани. Или Шару?
Челси посмотрела в зеркало, подняв над макушкой вьющиеся локоны.
— Платье идет к моим волосам?
— По-моему, оно подчеркивает их золотистый оттенок. — Лорел была рада сменить тему. — Потрясающе выглядишь. Райан будет в обмороке, — хитро улыбнулась она.
Челси помрачнела.
— Что такое? — удивилась Лорел. — Это из-за колледжа? Все ведь выяснится не раньше чем через пару месяцев.
Челси помотала головой.
— А что тогда?
Она повернулась и молча уселась на кровать рядом с подругой.
— Рассказывай, — мягко подбодрила Лорел.
Глаза Челси наполнились слезами.
— Челси, что с тобой? — Лорел положила ей руку на плечо.
— Я давно ломаю голову, как рассказать тебе, чтобы ты поняла. И не потерять тебя.
— Челси! — воскликнула Лорел. — Ты никогда меня не потеряешь! Ты моя лучшая подруга на целом свете и всегда ею будешь.
— После бала я расстаюсь с Райаном.
Лорел побледнела.
— Почему? Что-то произошло?
Челси рассмеялась.
— Кроме того, что я постоянно исчезаю в неподходящий момент и скрываю от него полжизни?
Но Лорел было не до смеха.
— Он что-то не то сказал? Или ты?
Челси покачала головой.
— Нет, ничего такого. У нас все хорошо. Конечно, он не подал документы в Гарвард, но суть не в этом. Я могу и не поступить. Это не значит, что я ему безразлична, — сказала она с легкой горечью в голосе. — Просто ему важнее остаться в Калифорнии. — Она перевела дух. — В самом деле, почему он должен отказаться от своей мечты ради меня? Нет, вся проблема в тебе.
— Во мне? — потрясенно переспросила Лорел. — Что я такого сделала?
— Ты порвала с Дэвидом, — тихо сказала Челси.
Лорел уставилась на свои колени. Теперь все ясно.
— Я думала, что все позади. Честно. И была счастлива с Райаном. Очень счастлива. А потом ты бросила Дэвида, и ему было так плохо, и я поняла... когда вы начали встречаться, я была не против, потому что он был счастлив. А теперь он несчастен, и... — Она умолкла, собираясь с мыслями. — И если он несчастен, я тоже не могу быть счастлива.
Лорел молчала. Как ни странно, ревности не было. Только пустота.
— Я не собираюсь за ним бегать, — продолжала Челси, словно читая мысли Лорел, — Это нечестно и не по-товарищески. Но... если он решит заметить меня спустя все эти годы, и я проморгаю это, потому что буду уговаривать себя остаться с Райаном, то... — В ее глазах снова блеснули слезы. — Я возненавижу себя. Поэтому я просто буду рядом... на случай, если понадоблюсь. А поскольку ты моя лучшая подруга, я решила, что рассказать будет честно.
Лорел кивнула, не в силах поднять голову. Челси права: это по-честному. По сути, так даже легче. Если у Дэвида с Челси все получится, никто не останется без пары.
Тогда почему так хочется заплакать? Несколько мгновений они сидели молча. Потом Лорел притянула Челси к себе, сжала в объятиях и шепнула:
— Иди в красном. Тебе в нем здорово.

ГЛАВА XXXIV

Лорел стояла перед зеркалом, разглядывая свое отражение. Забавно, что она идет на человеческий бал с Дэвидом в том же платье, в котором была с Тамани на празднике Самайн, С того самого дня ни разу не представилось случая надеть любимый наряд, да и настроения искать обновки в магазине не было. Волосы она то закрепляла сверкающей заколкой — тоже из Авалона, — то снова распускала. Шесть раз поменяв прическу, Лорел поняла, что времени на сомнения не осталось.
Через десять, нет, семь минут все соберутся внизу при полном параде и, фальшиво улыбаясь друг другу, отправятся на бал. Причем в разных машинах — так настоял Тамани. Мало ли что.
Холодную дождливую осень сменила менее дождливая, но морозная зима, и Лорел надеялась, что не будет выглядеть нелепо в легкой накидке. Когда солнца нет, в курточке слишком душно и тесно.
Интересно, как оденется Тамани? Он ведь никогда не был на балу у людей. Может быть, стоит заехать к нему и проверить? Черный костюм с плащом, в котором он сопровождал ее в Авалоне, выглядит сногсшибательно, но едва ли будет уместен на школьном балу.
Решив, что яркая заколка отвлечет внимание от ее лица — а значит, и от тревожного выражения, которое не скрыть даже улыбкой, — Лорел снова закрепила волосы и, заставив себя оторваться от зеркала, пошла вниз.
— Потрясающе выглядишь! — крикнула из кухни мама.
— Спасибо! — Лорел невольно улыбнулась и обвила ее руками за шею. — Именно этих слов мне так не хватало.
— Что с тобой? — забеспокоилась мама.
— Да эта история с Дэвидом и Тамани — для Юки он еще и Тэм — слегка... действует на нервы. И все остальное, конечно.
Лорел предупредила родителей, что Клеа наверняка фея и ей не стоит доверять, но пока ничего предпринять нельзя.
Мягко развернув дочь, мама легонько помассировала ей спину. Лорел зажмурилась от удовольствия.
— Как твоя голова? — Теперь мама разминала шею.
— Уже хорошо. Вчера было неважно, а теперь экзамены позади, и я надеюсь как следует отдохнуть и расслабиться.
Мама кивнула.
— Честно говоря, я немного удивлена, что сегодня за тобой заходит Дэвид.
— Почему все так удивляются? — раздраженно спросила Лорел.
— Ну вы ведь расстались.
Лорел промолчала.
— После Дня благодарения я была уверена, что ты теперь с Тамани.
— Он должен следить за Юки.
— А если бы нет?
Лорел пожала плечами.
— Не знаю.
— Послушай. — Мама снова развернула ее к себе. — Ничего страшного, если ты просто побудешь собой. От меня ты точно не услышишь, что без парня счастья не видать. Но если ты не ставишь точку в отношениях, потому что боишься сделать больно Дэвиду, то тем самым делаешь больно Тамани. А может, и Дэвиду заодно, ведь ты не даешь ему самому поставить точку. Если — учти, это не совет! — если ты действительно любишь Тамани, но будешь все время отталкивать его из-за Дэвида, то когда наконец решишь остаться с ним, может быть поздно. Это все, что я хотела сказать.
Мама улыбнулась и снова принялась выдавливать из кондитерского шприца фигурные пирожные. Не десерт, а произведение искусства!
— Эти пирожные никто не будет есть!
Мама обеспокоенно взглянула на десерт.
— Почему?
— Они слишком красивые.
— Как и ты. — Мама поцеловала дочь в лоб.
В дверь постучали, и у Лорел все оборвалось внутри. И неважно, кто пришел: сейчас ее нервируют все до единого.
Она открыла дверь: на пороге стоял Тамани. Один, в черном смокинге с длинными фалдами, блестящем белом жилете и бабочке. Наряд завершали начищенные черные туфли и белые парадные перчатки, словно он собрался на прием к королевской особе. Хотя предстоящее мероприятие называлось балом, Лорел знала: в лучшем случае парни придут в костюмах и галстуках. Может, Тамани будет и не единственным в смокинге — Дэвиду они тоже нравятся, — но уж точно самым элегантным. Опасаясь, как бы Тамани не выбрал неподходящую одежду, Лорел не предполагала, что он нарядится торжественнее всех.
Оценивая его внешний вид, Лорел заметила, что Тамани нервничает не меньше. А ему это, мягко говоря, несвойственно.
— С тобой все нормально?
Тамани наклонился к ней.
— Тут еще кто-нибудь есть?
Лорел покачала головой.
— Хорошо. — Он скользнул в холл и закрыл за собой дверь, — Юки попросила не заезжать за ней.
— То есть ее не будет? — Лорел похолодела. Неужели Юки о чем-то догадалась?
— Нет, она сказала, что опоздает и мы увидимся на балу. И все-таки это подозрительно.
— Она слышала, как я приглашала компанию на десерт. Может, не хочет есть при всех. Ей же невдомек, что мы все знаем. Ну, кроме Райана. Пожалуй, я бы тоже могла так поступить, — тихо добавила Лорел.
— Может быть. Но у нее был странный голос. По телефону.
В дверь позвонили.
— А стражи у ее дома есть?
Тамани кивнул.
— И сегодня ее дом похож на крепость: все шторы закрыты, а переднее окно завешено простыней. Уж очень подозрительно.
— Мы все равно ничего не сделаем, пока не встретимся с ней, — прошептала Лорел. И добавила еще тише: — Ты великолепно выглядишь.
Тамани оторопел, потом расплылся в улыбке.
— Спасибо. Ты тоже прекрасна. Как всегда.
Почти над ухом раздался звонок. Лорел вздрогнула и подтолкнула Тамани в кухню, потом впустила Челси, Дэвида и Райана.
— Ничего себе! — Челси с порога бросилась обниматься. На ней было красное платье, которое посоветовала Лорел. — Волшебно выглядишь! Это... то самое платье? — спросила она, покосившись на Райана.
— Ага, — Лорел расправила подол, — Удачная оказалась находка.
«Находка, — повторила она про себя, — Ха!»
В Авалоне одежду действительно находят на рынке и забирают бесплатно.
— Ну что, танцы начинаются через пятнадцать минут, а мне обещали десерт, — шутливо надула губы Челси. — Райан не разрешает мне есть десерт после обеда, так хоть тут попробую.
— Не слушайте ее. — Райан ласково увлек ее за собой. — Я предлагал съесть хоть два десерта — а она неверно поняла.
Челси улыбнулась, и они оба направились в кухню. Лорел проводила их грустным взглядом. После разговора с Челси на Райана было больно смотреть. Он все так же без ума от Челси. Занудный внутренний голос тут же напомнил, что Райан соврал о поступлении, но разве он заслуживает такого удара?
Лорел повернулась к Дэвиду, который только что переступил порог. На нем был смокинг безупречного кроя, черная шелковая рубашка с воротником-стойкой и блестящей черной пуговицей на шее вместо бабочки. Он был совсем не похож на парня, с которым она познакомилась два года назад. Казалось, этому элегантному юноше в черном по плечу любые испытания.
— Привет! — Лорел внезапно смутилась. Дэвид смотрел на ее платье, и она буквально ощутила, как в голове у него складывается картинка. Правда, по глазам ничего не было видно.
— Ты прекрасна, — только и сказал он.

Дэвид подъехал к набитой машинами школьной стоянке. Лорел не находила себе места от беспокойства. Хотя она сама уговаривала Тамани не дергаться, очень странно, что Юки так опаздывает. Особенно сейчас, когда им осталось просто убрать ее с дороги и решить, как поступить с Клеа. Но делать было нечего — только взять Дэвида под руку и стараться не выдать волнения.
Обогнав Лорел, к двери размашистым шагом подошел Тамани. Его ждала Юки в серебристом вечернем платье, по-видимому сшитом на заказ. Оно напоминало бы традиционное кимоно, если бы не смелый, чересчур глубокий, по мнению Лорел, вырез. Вместо тяжелой парчи наряд был сшит из тонкого атласа и шифона и развевался вокруг щиколоток на легком вечернем ветру. Плечи были почти открыты, а рукава украшены чем-то блестящим. Талию облегал отделанный тесьмой оби, завязанный замысловатым узлом, который закрывал практически всю спину и доходил до мягких локонов. Зеленые глаза Юки эффектно подвела черным, а губы накрасила сочной алой помадой. Выглядела она очень изысканно.
— Все в порядке? — Тамани погладил ее по плечу. Лорел стиснула руку Дэвида. Похоже, ничего страшного с Юки не случилось.
«Небось, не хочет признаваться, что четыре часа наряжалась и красилась», — сердито подумала Лорел.
Выходит, зря они волновались. Юки словно сияла в сумерках и особенно оживилась при виде Тамани. У Лорел зачесались руки. Стереть бы эту улыбку пощечиной.
Она заставила себя повернуться к Дэвиду. В конце концов, на этом балу они вместе. Лорел сделала несколько глубоких вдохов и вошла в зал. Организаторы определенно превзошли себя. Потолок был задрапирован темным тюлем, который спадал на пол мягкими волнами, а светящиеся гирлянды напоминали мириады звезд на ночном небе. Стулья были укрыты тканью — такое Лорел видела только на свадьбах или в хороших ресторанах, а стол ломился от разнообразных миниатюрных пирожных, которые даже у нее возбудили аппетит. Над головой вращались два вентилятора, украшенные завитыми лентами, чтобы в людном спортзале было не так душно.
— Вот это да! — воскликнул Дэвид. — Лучше, чем в прошлом году.
Когда заиграла новая песня, он взял Лорел за руку и потянул на площадку.
— Потанцуем?
Дэвид увлек ее в глубину зала, подальше от входа — Лорел была уверена, что неслучайно. Затем прижал ее к себе, и они стали раскачиваться под музыку.
— Ты просто сногсшибательна, — шепнул он ей на ухо.
Лорел опустила ресницы и улыбнулась.
— Спасибо. Ты тоже. Черный тебе идет.
— Если я признаюсь, что мама помогала мне выбирать, будешь смеяться?
— Нет. У твоей мамы всегда был отличный вкус. Но все-таки наряд носишь ты, так что главная заслуга твоя.
— Рад, что ты заметила.

ГЛАВА XXXV

Пусть бал проходил в закрытом помещении, где не было Летних фей с миражами, Тамани не мог не признать, что люди потрудились на славу. Наблюдая, как Юки по-детски восторженно разглядывает пышное убранство, он едва сдерживал улыбку. Теперь, когда выяснилось, что Юки не представляет опасности и нужна лишь для отвода глаз — да и об этом вряд ли догадывается, — с ней стало легче общаться.
— Восхитительно! — В ее глазах плясали отблески сотни огней.
Без единого слова Тамани увлек Юки на край танцплощадки, где было меньше людей.
— Чудесно выглядишь.
Юки смутилась.
— Спасибо, — тихо отозвалась она. — Я... надеялась, что тебе понравится.
— Мне очень нравится, — ответил Тамани. Хоть иногда можно не врать! Платье было ослепительное, и непривычный фасон делал его только прекраснее. Он на секунду представил Лорел в подобном наряде и легонько тряхнул головой, напоминая себе, что сейчас есть дела поважнее. — Извини, что не смог заехать за тобой. — Тамани понизил голос, чтобы Юки наклонилась к нему ближе. Он положил одну руку ей на талию, а второй взял за руку и притянул к себе — традиционная танцевальная позиция, не то что неуклюжие объятия, которые невесть почему предпочитают люди.
— И ты извини. Тут... ничего не поделаешь. — Смущенно оглядевшись, она добавила: — Я собирала вещи.
Тамани напрягся всем телом.
— Вещи?
«Ясное дело, она не будет тут сидеть все зимние каникулы, — мысленно выругал он себя. — Успокойся!»
Осознав, как крепко он сжимает ее руку, Тамани понадеялся, что Юки примет это за проявление страсти. Он закружил ее и снова притянул к себе. Она двигалась плавно и умело; изящная грация безошибочно выдавала в ней фею.
— Завтра за мной приедет Клеа, — сказала Юки немного сдавленным, но ровным голосом.
— А когда ты вернешься? — сдержанно спросил Тамани. Пока ничего особенного она не сообщила.
— Я... я... — Юки опустила глаза.
Было видно, что она собирается соврать. Но Тамани хотел знать правду. Через несколько часов может быть уже неважно, а сейчас ему нужна правда. Он наклонился к Юки, задев ее щеку своей щекой, а губами нежно касаясь уха.
— Рассказывай, — шепнул он.
— Я не вернусь, — прерывающимся голосом сказала Юки.
Тамани отстранился и с неподдельным ужасом заглянул ей в глаза.
— Никогда?
Она покачала головой, беспокойно обшаривая глазами зал, словно боялась, что кто-нибудь подслушает ее тайну.
— Я не хочу уезжать. Клеа вообще была против, чтобы я шла на бал, но я не могла пропустить такое событие.
Похоже, Юки откровенно гордилась своим актом неповиновения.
Тамани молчал. Она посмотрела на него, ожидая не то ответа, не то помощи. В надежде выиграть время он крепко обнял ее, слушая частое дыхание и снова касаясь губами мочки уха.
— А ты не можешь остаться? — решился он. — Она тебя не послушает?
— Клеа никого не слушает, — буркнула Юки.
Тамани прекратил танцевать. Рядом кружились пары, постепенно отдаляясь. Он поднял руку в перчатке и нежно провел пальцами по щеке Юки. Ее тяжелые ресницы затрепетали.
— Далеко уезжаешь?
— Не знаю.
— В Японию?
— Нет, не настолько далеко. Почти уверена, что мы останемся в Калифорнии.
Почувствовав толчок в спину, он оглянулся и, вместо того чтобы прижать Юки к себе, позволил ей грациозно отступить на шаг и протянул руку, предлагая в этот раз подойти самой. Она немедленно приникла к его груди, и они снова стали покачиваться в танце.
— Она ведь не отнимет у тебя мобильный? — спросил Тамани. Их лица были так близко, что губы почти соприкасались.
— Ну... думаю, нет.
— Значит, я смогу позвонить тебе. И у меня есть машина. Приеду, и мы увидимся.
— А ты приедешь?
Тамани наклонился еще ближе.
— Непременно.
— Тогда я найду способ выйти на связь, — пообещала она.
— А почему сейчас? — Тамани вел Юки назад в медленном ритме вальса, скользя между танцующими людьми. Даже несмотря на то что он выспрашивал ее тайны, она двигалась легко и непринужденно. Танцевать с ней было одно удовольствие. — Ты не можешь остаться до Рождества? Это всего через пару дней.
Юки покачала головой.
— Не могу. Это... не очень удачная мысль.
— Почему? — Тамани постарался вложить в свой вопрос немного страсти и при этом не быть чересчур настойчивым.
— Я... — Она снова опустила глаза. — Клеа говорит, это слишком опасно.
Заиграла другая музыка, и Тамани повел Юки быстрее и по более сложной траектории.
«Разговори ее!» — мысленно велел он себе.
— Я не хочу тебя отпускать, — шепнул он.
Юки ответила ласковым взглядом.
— Правда?
Тамани едва не заскрежетал зубами.
— Ты особенная.
На миг она насторожилась и тут же заулыбалась снова.
— Разве? Я такая же, как все.
У нее неплохо получалось. Но он научился врать раньше, чем у его сеянца выросли лепестки.
— Нет. — Тамани крепко прижал ее к себе, прислушиваясь к неровному дыханию. — Ты особенная, я уверен. В тебе есть что-то непостижимое. — Он положил ей голову на щеку, чувствуя, как дрожит ее рука — И я так хотел бы узнать о тебе больше.
Юки улыбнулась и открыла рот, но, на беду, у Тамани зажужжал телефон.
— Секунду, — пробормотал он, украдкой глядя на экран. Аарон. Кто бы сомневался? Тамани поднял голову и, извиняясь одними глазами, сказал: — Это дядя. Сейчас вернусь. Возьми себе что-нибудь выпить.
Он коротко стиснул ее руку и, улыбнувшись, зашагал к выходу.

— Я рада, что пошла с тобой, — сказала Лорел, глядя на Дэвида.
— Правда?
— Да. Полезно расставить все по местам. Я... — Она запнулась, — Ты должен знать, что я не планировала наш разрыв. Так получилось.
— Да я знаю. Я тогда здорово взбесился. Ты имела на это право.
— Вообще-то да.
Дэвид закатил глаза.
— Я буду вести себя хорошо. Если ты дашь мне еще один шанс.
— Дэвид...
— Я не теряю надежду. — Он поднес руку Лорел к своим губам и поцеловал кончики ее пальцев.
Лорел невольно улыбнулась. Через плечо Дэвида она заметила Тамани: он выходил из зала с непроницаемым лицом, прижав к уху телефон.
— Что-то случилось, — сказала она. — Я сейчас вернусь.
Стараясь не привлекать к себе внимания, Лорел выскользнула в холл.

— Вы пошли на штурм без меня? — прошептал Тамани. Он укрылся в темном углу и, озираясь, заметил Лорел. — Ну, я рад, что ты еще жив. Одной Гекате известно, чем это могло закончиться. И что там было?
— Ты все равно не мог бы участвовать. — Говорил Шар. По телефону Аарона. Видимо, «забыл» свой «человеческий прибамбас» в лесу... — Я же сказал — ты себя не бережешь.
— Ты не имел права...
— Еще как имел. Я тут главный, хотя ты с радостью об этом забываешь, когда тебе удобно.
Тамани сжал зубы; там, где речь шла о Лорел, он мог пренебречь иерархией, и Шар прекрасно это знал.
— Что вы обнаружили? — сдержанно спросил он.
— Тамани, там было пусто.
Дэвид подошел к ним и встал рядом.
— Пусто? — Тамани не поверил своим ушам, — Как это?
— Ну, не совсем пусто. Тролли, за которыми мы гнались, были внутри.
— Спустя месяц?
— Я не сказал, что они живые.
— Мертвые?
— Похоже, один умер от голода. Но сначала частично съел своего собрата. Воняло там... скажем так: на ближайшее время я лишился обоняния.
— Почему они не сбежали?
— Должно быть, видели нас и понимали, что окружены. За порогом их ждала смерть. Я оказался более терпеливым. — Шар откашлялся, — Клянусь небом, как же от них смердело!
Тамани вздохнул. Сказал бы он Шару пару ласковых слов, да сейчас не время.
— Ладно, спасибо, что сообщил. Извини, не могу больше говорить, у меня дела.
Не прощаясь, он отнял телефон от уха и ткнул в надпись «завершить звонок» на экране. Раз, потом другой. Проклятая перчатка! Выругавшись про себя, он придержал ее зубами и сорвал, потом с силой стукнул по экрану и поднял голову. Дэвид и Лорел выжидающе смотрели на него.
— Вы чего тут шатаетесь? Я пытаюсь разговорить Юки, а вы можете все испортить. Идите! Танцуйте! — Он махнул рукой в сторону двери.
— Тэм! — Глаза Лорел расширились. — Твоя рука. Посмотри на свою руку!
Тамани опустил глаза.
Вся ладонь была покрыта искрящимся порошком.
Не порошком. Пыльцой!
Дэвид вскинул бровь.
— Приятные мечты?
Грудь Лорел вздымалась от неровного дыхания.
— Я уже не цвету, — прошипела она.
— Нет! — с ужасом воскликнул Тамани. — Нет, нет, нет! Не может быть!
— Тамани, — со странным спокойствием сказала Лорел, — сегодня первый день зимы.
— Нет!
У Тамани словно переключатель в голове щелкнул. Он снова натянул перчатку, скрывая зловещую улику, и схватил Лорел за руку, достаточно крепко, чтобы дать понять, насколько серьезно он настроен.
— Если Юки — Зимняя фея, нам всем угрожает опасность. Она не знает, что ты фея. Зато знает, что я фей. Иначе и быть не может. С самого начала все ее слова были ложью. Все до единого. — Он сглотнул. — И она знает, что я тоже все время врал.
Он положил Лорел в руку телефон.
— Позвони Шару. Набери номер Аарона, он ответит. Расскажи ему все. Я задержу Юки на балу, сколько смогу. Потом найду способ заманить ее к себе домой. Придумайте что-нибудь за это время.
— Может, подождем до завтра? — Лорел запаниковала. — Не думаю, что стоит спешить...
— Времени нет, — перебил Тамани, — Завтра за Юки приедет Клеа и увезет ее насовсем. Не знаю, для чего Юки отправляли сюда, но она выполнила задание. Нужно успеть сегодня, — Он замешкался, не желая оставлять Лорел. Затем скрипнул зубами и выпрямился, — Я и так тут долго — как бы она чего не заподозрила. Вам пора.
Лорел кивнула и повернулась к Дэвиду.
— Я позвоню Шару из туалета — и сразу вернусь.
Тамани проводил ее взглядом. Потом схватил Дэвида за плечо и пристально посмотрел ему в глаза.
— Береги ее, Дэвид.
— Непременно, — сдержанно ответил тот.
Какой из него защитник? С другой стороны, когда речь шла о Лорел, Тамани никому не доверял полностью. Лучшего все равно нет. Этот парень еще никогда ее не предавал. Тамани мог только надеяться, что удача ему не изменит.
Он на миг застыл, собираясь с духом, и направился в спортзал. Юки стояла рядом с чашей для пунша, не глядя в его сторону. Тамани посмотрел на нее по-новому — как на опасного, хищного врага. В сверкающем платье она казалась такой невинной. Только сейчас он наконец понял: большой бант на спине идеально подходит, чтобы скрыть цветок.
Изобразив чарующую улыбку, Тамани приблизился к Юки. Она наверняка знала, что все его слова — ложь. Было только одно — с самого начала, — чему она всегда верила. Он уверенно притянул ее к себе, ласково касаясь губами шеи, и шепнул.
— Придешь ко мне сегодня ночью?
Юки чуть отстранилась и удивленно посмотрела на него.
— Это наша последняя ночь, — продолжал он.
Казалось, она молчит вечно. Тамани чувствовал, как его затылок покрывается испариной. Юки безмолвно буравила его взглядом, пытаясь разгадать его намерения.
— Хорошо, — шепнула она.

ГЛАВА XXXVI

Тамани вставил ключ в замок и стал открывать дверь, но Юки накрыла его руку ладонью.
— Тэм, подожди.
При мысли о том, каким мукам способна подвергнуть его разъяренная Зимняя фея — особенно если ее не связывают устои и традиции Авалона, — у Тамани затряслись руки. В сравнении с ее местью смерть наверняка покажется благом. Он повернулся к Юки и нежно — насколько мог в таком состоянии — тронул ее за плечо.
— С тобой все в порядке?
Она неуверенно кивнула.
— Да, все хорошо, просто... Я должна кое-что тебе сказать.
Неужели она собирается раскрыть карты? Как далеко зайдет ее откровенность? Безусловно, она знает, что он не человек: Зимняя фея чувствует растительную жизнь на расстоянии и на расстоянии способна ее оборвать. Известно ли ей, что он страж? Что он телохранитель, защитник и наставник Лорел? Догадывается ли она, что он ее разоблачил?
Тамани беззаботно улыбнулся и провел пальцем по щеке Юки. С объяснениями она опоздала.
— Давай сначала зайдем — ты наверняка замерзла.
Он почти физически ощущал, как она цепляется за последнюю возможность отложить признание на несколько минут. Тамани повернул ручку и открыл дверь. Интересно, Шар ждет их внутри? Умрет ли Юки, не успев вздохнуть? Мысль об убийстве Зимней, пусть даже и дикой, показалась Тамани кощунством. Страх ледяными пальцами сжал горло. Тамани ничуть не стыдился: хотя он всей душой доверял Шару, с такими могущественными врагами они еще не сталкивались.
Он нащупал выключатель и щелкнул рычажком.
Света не было.
— Странно. — Тамани говорил спокойно, но достаточно громко, чтобы кроме Юки его услышали те, кто прячется в темной комнате. — Заходи. Пойду включу свет на кухне и проверю, что тут с люстрой.
Юки замешкалась, переступая порог, — словно чуяла опасность.
Тамани на ощупь прошел в кухню, скользя рукой по стене, и потянулся к выключателю. Его руку накрыла теплая ладонь. Человек. Кто-то схватил Тамани за плечо и поднес ладонь к его уху.
— Позови ее, — прошептал Дэвид, бесшумно отходя вправо. — Скажи, что отключили электричество.
— Иди сюда, — сказал Тамани. — Похоже, электричество отключили.
Юки стояла в дверях; ее силуэт в густом сумраке чуть заметно освещали тусклые уличные фонари.
— Я ничего не вижу, — отозвалась она тоненьким детским голосом, явно чувствуя подвох.
— Если упадешь, я тебя поймаю, — ласково сказал Тамани.
Поколебавшись, она сделала несколько шагов навстречу.
— Я тут, — позвал Тамани. Дэвид подтолкнул его чуть правее.
Что-то лязгнуло, и Юки испуганно завизжала. Послышалась возня и глухие удары, потом два щелчка и пронзительный вопль. Дэвид куда-то подевался.
Над головой загорелся свет; Тамани вздрогнул и зажмурился. Потом поморгал и стал искать глазами Шара.
Но его не было.
Дэвид стаскивал очки ночного видения. Челси держала наготове моток веревки. Наверное, страховала Дэвида. Так странно было наблюдать их в вечерних нарядах с орудиями усмирения в руках.
Юки, тяжело дыша, извивалась на металлическом стуле, привинченном к полу. Руки ее были пристегнуты за спиной двумя парами наручников: одно кольцо на запястье, а второе — на спинке стула. Достаточно свободно, чтобы дергаться, но недостаточно, чтобы наклониться вперед дальше чем на фут.
Тамани оторопел.
— Что вы натворили? Она же нас убьет, — прошипел он.
Дэвид молчал. Мертвенно-бледный, он с ужасом смотрел на Юки.
«Наверное, никого раньше не связывал», — подумал Тамани.
Но сейчас было не время строить догадки. Тамани заслонил собой людей, готовясь принять любые последствия.
Юки на миг перестала вырываться и метнула на него яростный взгляд. Ее глаза угрожающе сузились, затем голова дернулась назад; фея взвыла, на этот раз не от злости, а от боли, и бессильно уронила голову.
Тамани наконец заметил, что стул стоит внутри круга из белого порошка. Он шагнул вперед и присел, разглядывая его.
— Не трогай! — В дверях появился запыхавшийся Шар. Интересно, откуда он бежал?
— Что это? — Тамани отдернул руку.
Шар застыл, переводя дух, и как будто растерялся. Тамани его замешательство пугал о куда больше, чем пойманная в ловушку Зимняя фея.
— Именно то, что ты думаешь, — наконец шепнул он.
Тамани снова взглянул на круг и узнал кристаллы соли.
— Как просто!
Это очень опасное заклятие, и его трудно применить. Зимняя фея должна войти в круг по доброй воле, иначе магия не сработает. Если бы ты не убедил ее подойти, мы были бы уже мертвы.
— Отпустите! — крикнула Юки. Ее лицо напряглось, скулы заострились.
— Я бы на твоем месте так не шумел, — с ледяным спокойствием сказал Шар, — У меня с собой скотч, и я не побоюсь им воспользоваться. Обещаю, его очень больно отрывать.
— Тебе будет все равно, когда сюда нагрянут копы. — Юки набрала воздуха, чтобы завопить.
— Да брось ты, — хохотнул Шар. Ошарашенная его шутливым тоном, Юки умолкла. — Вы, могущественные деспоты, вечно недооцениваете силу обольщения. Копы не войдут сюда, хоть обкричись. Я призываю вести себя потише не потому, что боюсь, а потому, что не хочу поить весь район эликсиром забвения.
Юки зарычала и метнула на Шара хищный взгляд. Через мгновение она снова дернула головой и вскрикнула сквозь зубы. Затем сгорбилась и затряслась в рыданиях.
— Шар, почему ей так больно? Прекрати это! — Тамани был хорошо знаком с болью; по правде говоря, он потратил немало времени, учась ее причинять, но никогда не пытал фей, тем более молодых девушек. Потрясенный, он еле сдерживал порыв подбежать к ней и утешить, даже понимая, что погибнет от одного взгляда.
— Все заклинания, произнесенные внутри круга, обращаются против нее самой. Как только она перестанет нападать на нас, — объяснил Шар, слегка повысив голос, — круг перестанет нападать на нее.
Юки зло покосилась на Шара, но, похоже, поняла. Крики прекратились. Тамани вздохнул с облегчением и, обернувшись к Шару, прижал его к стене.
— Шар, это черная магия? Наверняка запрещенная.
— Бери выше. — Шар отвел глаза в сторону, — Забытая.
Забытая магия. Магия давних времен, слишком опасная, чтобы передавать ее потомкам.
— Тебя мать научила? — Тамани и не пытался скрыть упрек.
— Неблагие всегда хорошо помнили то, что все забывают.
— Значит, она надоумила тебя в тот день, когда мы с Лорел пришли в Авалон.
— Я решил, она издевается. Рассказал ей про Юки, а она стала что-то бубнить про убийство Зимних. Я подумал, что она подстрекает меня убить Марион, — недрогнувшим голосом сообщил Шар. — Видимо, мать все-таки меня любит.
— Шар, ты не сделаешь этого! Я не позволю тебе стать Неблагим.
Шар рассмеялся, коротко и надменно.
— Брось, Тэм. Ты знаешь, кому я предан — Благие и Неблагие тут ни при чем. Мое сердце в Авалоне. Ради нее я пойду на все.
Тамани знал, что Шар имеет в виду не Лорел, а свою подругу Ариану и их сеянца.
— Я готов защищать их всеми доступными способами. Подумай об этом, Тамани. Юки отделяет от Авалона лишь то, что врата скрыты. Стоит ей обнаружить их, и мы никак ее не задержим.
«Во что я ввязался?» — подумал Тамани.
Горло словно сдавил стальной обруч. Но разве у них есть выбор?
— Да здравствует Авалон! — тихо сказал он и оглянулся. — А где Лорел?
— Дома. — Шар снова обернулся к Юки. — Если у нас не получится, ей лучше быть подальше отсюда. Я приказал стражам не выпускать ее любой ценой, — Он помолчал. — А она неплохо дерется.
Тамани сглотнул, стараясь не думать, что имел в виду Шар.
— А ты где был?
— Ты не хуже меня знаешь — а может, и лучше, раз уж Джеймисон твой приятель, — что Зимняя фея способна учуять другую фею. Я ждал меньше чем в километре отсюда, достаточно близко, чтобы увидеть, как зажегся свет, — Шар покачал головой, — Всю операцию провернули люди и, надо сказать, блестяще справились!
Но герои вечера не отреагировали на похвалу. Дэвид оставался бледным как смерть; Челси выглядела чуть бодрее и все же была заметно напугана.
— Ну что ж, — сказал Шар, вынимая из кармана нож. — Пора выяснить все окончательно.
Юки вытаращила глаза и открыла рот, готовясь закричать, но Шар передал нож Дэвиду.
— Разрежь ей платье. Я хочу своими глазами увидеть цветок.
— Давай я. — Тамани протянул руку. Шар перехватил его запястье.
Тебе нельзя. Если ты войдешь в круг, то окажешься в ее власти. Растения не должны пересекать черту, иначе мы все погибнем.
Тамани неохотно убрал руку.
Дэвид уставился на нож, поджал губы и помотал головой.
— Нет! Это уж слишком. Приковать ее к стулу — о большем мы не договаривались. Резать одежду беззащитной девушки? Ты отдаешь себе отчет, что это значит? — Он начал отступать к открытой двери. — Т-ты сошел с ума. Она ничего плохого не сделала. А круг? Ты не предупреждал, что ей будет больно. Защищать Лорел — это одно, а тут... я не могу в этом участвовать.
С этими словами Дэвид скрылся за дверью.
Тамани рванулся следом, но Шар остановил его.
— Пусть идет. У него была непростая ночь. — Он повернулся к Челси и, поколебавшись, подал ей нож. — Ты могла бы...
— Мужчины, — презрительно процедила Челси, игнорируя нож.
Осторожно и почти бестрепетно она перешагнула белую линию. Юки тут же забилась в оковах, однако Челси встала перед ней, уперев руки в бока, и сказала:
— Юки, угомонись.
К удивлению Тамани, Юки послушалась. Может, ей было невыносимо ощущать себя беспомощной в присутствии человека, но что-то в ней сломалось. Челси аккуратно развязала серебристый оби и на несколько дюймов расстегнула молнию на платье. Затем стала стягивать белый эластичный бинт, которым Юки обмотала туловище.
Все ахнули, когда Челси сняла бинт с четырех широких белых лепестков. Внешне цветок напоминал обычную пуансеттию.
Хотя Тамани уже видел пыльцу у себя на ладонях, при виде классического белого Зимнего цветка он переполнился ужасом и чуть не упал на колени.
Шар негромко выругался, и Тамани мысленно подхватил его слова, как отчаянную молитву:
— Храни нас, Геката!

БЛАГОДАРНОСТЬ

В первую очередь я благодарю великолепных редакторов, Тару Вейкам и Эрику Шуссман, за то, что они всегда преподносят мои тексты в выгодном свете, а также замечательного агента Джоди Ример за... собственно, за то же самое! Спасибо вам за постоянство. Бесчисленные сотрудники издательства «Харпер», которых я даже не знаю по имени, — персональное спасибо каждому из вас за неустанную работу над этой книгой! Команда, представляющая мои интересы за рубежом, — Майя, Сесилия и Челси, ваши заслуги невозможно описать словами! Алек Шейн, бессменный ассистент моего агента, ваши рукописные пометки на моей почте всегда означают хорошие новости.
Сара, Сара, Сара, Кэрри, Сондра (теперь также известная под именем Сара) — без вас я бы сошла с ума. Спасибо за все!
Тетя Клеа, примите мою благодарность и извинения. Так вышло, что вы не упомянуты в разделе «Благодарность» в предыдущем томе! (Всему виной моя короткая память.) Спасибо, что позволили мне бессовестным образом украсть ваше имя. И не беспокойтесь, кроме имени, у вас с персонажем ничего общего! Все остальные, у кого я позаимствовала имена и фамилии: мистер Робисон, психолог в моей старшей школе, который помог мне получить диплом, несмотря на... определенные проблемы с успеваемостью, спасибо вам! Миссис Кейн — вы научили меня любить разную литературу. Я использовала вашу фамилию в книге в знак признательности; по сей день я бесконечно ценю ваши уроки. Аарон Мелтон, высококлассный риелтор, от которого главный напарник Тамани унаследовал имя и характер. Я же говорила, что сделаю это, а вы не верили! Ха! Спасибо Элизабет/LemonLight — первой, кто узнал меня в книжном магазине, — я знаю, что она это прочтет.
Кении — мои чувства не выразить словами. Ты моя самая надежная опора. Одри, Бреннан, Гидеон, Гвендолин — вы мои главные достижения. Моя семья — вы лучшая группа поддержки.
Спасибо вам!